Иран, будучи одним из ключевых политических игроков на Ближнем Востоке, столкнулся за минувший год с беспрецедентным количеством вызовов. О том, повлияли ли эти события на отношения Тегерана и Москвы, о том, когда российские туристы смогут воспользоваться картами "Мир" на территории Ирана, а также об отношении Запада к участию Китая и России в переговорах по иранской ядерной программе в интервью РИА Новости рассказал посол РФ в исламской республике Алексей Дедов. Беседовала Марина Вялова.
— Как вы оцениваете отношения между Ираном и Россией с учетом изменений, произошедших в регионе Ближнего Востока за последний год? И как будут строиться отношения Тегерана и Москвы после заключения Договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве?
— Заключение межгосударственного договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве – это действительно важнейший этап в истории наших отношений. Он во многом фиксирует тот продвинутый уровень отношений, который мы уже достигли за последние годы, и прокладывает путь на будущее, поскольку определяет магистральные направления развития нашего сотрудничества. Что касается влияния ближневосточных событий, тут я бы отметил, что наши отношения с Ираном имеют настолько прочную фундаментальную основу, что вряд ли какие-то события вовне могут нанести этим отношениям ущерб. Перспективы этих отношений – это их дальнейшее укрепление, развитие по различным направлениям, реализация конкретных проектов и, естественно, многое-многое другое.
— Рассматривает ли Москва для себя роль посредника в вопросе возобновления переговоров по ядерной сделке? Готова ли она предложить альтернативу ядерной сделке и, если да, то какую?
— Здесь мы не были и не будем посредником. Мы – непосредственные участники этого процесса. Этот процесс начался еще в начале двухтысячных годов, когда образовался формат "Иран с одной стороны и 5+1 – с другой стороны". Что такое "5 плюс 1"? Это пятерка постоянных членов Совета Безопасности (ООН – ред.) плюс Германия. Соответственно, Российская Федерация с самого начала в этом формате была. И, естественно, мы ожидаем, что соответствующие переговоры будут продолжены именно в этом формате, поскольку у нас есть информация, что, к сожалению, западные страны пытаются отлучить от этого процесса Россию и Китай. Но мы исходим из того, что без России и Китая такого рода переговоры никогда не достигнут своей цели и не будут продуктивными. То есть, мы выступаем за то, чтобы этот формат "5+1" с одной стороны и Иран - с другой был бы сохранен.
— Какие совместные проекты в сфере мирного атома Москва и Тегеран планируют реализовать в будущем?
— Проекты в области мирного атома уже находятся на стадии реализации. Крупнейший среди них – АЭС в Бушере. Как известно, первый блок был введен в строй несколько лет назад и успешно работает. Он дает ток в электросеть Ирана, и сейчас осуществляются работы по сооружению второго и третьего блоков Бушерской АЭС. Когда они будут завершены, доля этой атомной электростанции увеличится и будет играть свою роль в решении тех энергетических проблем, которые сейчас стоят перед Ираном.
— Какие задачи по международному транспортному коридору "Север-Юг" стоят перед Россией и Ираном в 2025 году?
— Проект международного транспортного коридора Север-Юг – это очень масштабный и амбициозный проект. В случае его окончательной реализации может быть достигнуто бесшовное движение по маршруту Усть-Луга (портовый поселок в Ленинградской области) – Бендер-Аббас (портовый город на юге Ирана на берегу Персидского залива – ред.). Но, как говорится, проект проектом, но есть некоторые важнейшие элементы, которые следует реализовывать в самое ближайшее время. Это, прежде всего, участок Решт-Астара, который позволит замкнуть железнодорожное сообщение по западной ветви МТК "Север-Юг". Как известно, есть центральная ветвь – через Каспийское море – и восточная ветвь. Длина этого участка 162 километра. В настоящее время где-то 19 километров уже выделено под строительство иранской стороной, еще 11 километров, как нам говорят иранские друзья, уже приобретено для дальнейшего освоения, поэтому основная задача на 2025 год – реализовать намерение о полном выкупе или отчуждении земель, которые будут задействованы под строительство участка Решт-Астара с тем, чтобы согласно соответствующему межправосоглашению мы могли бы начать не только изыскательские, но и строительные работы. Вот это и есть задача номер один на 2025 год.
— Какие меры планируют принять Иран и Россия для увеличения взаимного туристического потока?
— Соответствующие меры уже приняты и уже дают результаты. Это, во-первых, введение формата безвизового въезда для туристических групп и введение практики электронных виз. Первым форматом воспользовались 29 тысяч иранских туристов, вторым 15. Всего иранских туристов в России в прошлом году насчитывалось порядка 50 тысяч. То есть, мы понимаем, что созданные форматы – безвизовый въезд для групп и электронные визы – сейчас заработали, и все больше и больше иранских туристов ими пользуются. Думаю, что мы будем и дальше продолжать в этом направлении.
Следующие шаги, которые должны обеспечить комфортное пребывание туристов, – это, во-первых, взаимный прием карт ШЕТАБ и "МИР". В России прием карт ШЕТАБ уже заработал. Что касается карт МИР, то ожидаем, что в обозримом будущем их тоже начнут принимать в Иране. Это, конечно, должно тоже стимулировать взаимный туристический поток. Будем надеяться, что когда эти форматы в Иране заработают, это скажется и на количестве российских туристов. Повторяю, в России этот формат уже заработал. Пока сложно сказать по срокам. Может быть, это будет уже летом.
— Какую роль в отношениях Тегерана и Москвы играют гуманитарные обмены? Как две страны планируют наращивать объем таких обменов?
— Важным элементом гуманитарных обменов является туристический обмен, о котором я уже сказал. Помимо этого, конечно, культурные обмены. В прошлом году был сделан очень важный шаг: было ратифицировано и вступило в силу Соглашение об учреждении и условиях деятельности культурных центров. Иранский культурный центр в Москве, как известно, успешно функционирует достаточно давно. Мы рассчитываем, что в этом году мы сможем все-таки запустить работу и нашего культурного центра. Ближайшая задача – аренда помещения с тем, чтобы уже на базе этого помещения развернуть свою деятельность. Тут по поводу дат, к сожалению, предсказать сложно, но в этом плане мы, конечно, надеемся на сотрудничество и помощь со стороны наших иранских партнеров.
Плюс к этому, организация различного рода культурных мероприятий. В частности, в конце февраля планируется концерт в Тегеране оркестра Санкт-Петербургской филармонии в рамках совместного проекта "Музыкальный мост Санкт-Петербург – Тегеран". Говоря о более длительной перспективе, примерно в мае-июне мы планируем проведение Дней культуры России в Иране. Помимо того, достаточно широко идет обмен фильмами, участие в кинофестивалях. Это то, что касается культуры.
Что касается образования, значительное количество, порядка девяти тысяч иранских студентов обучается в России, из них порядка 600 по нашим государственным стипендиям. Это, прежде всего, медицинские специальности. Думаю, что это направление будет также развиваться, поэтому можно с уверенностью сказать, что этот гуманитарный элемент играет важную роль в укреплении и развитии отношений на человеческом уровне между Россией и Ираном.
