"У стен Кремля"

"Мои солдаты перешли в решающее наступление на Москву. Наступление фронтом в 500 километров! За эту операцию я боролся и дрался. Я привязался к ней, как к ребенку. <…> Эта операция должна сломать противнику хребет", — писал в октябре 1941-го начальник немецкого Генштаба Франц Гальдер. Спустя несколько месяцев он признает, что такой армии, которой Третий рейх располагал к началу вторжения, у него больше не будет никогда. И ключевая причина — поражение в битве за Москву. О том, как удалось отстоять столицу 85 лет назад и одолеть до того непобедимый вермахт, — в материале РИА Новости.

В сентябре 1941-го Красная армия несла тяжелейшие потери и отступала, а преимущества вермахта в мобильности оборачивалось катастрофическими окружениями. Из-за котла, которым завершилась Белостокско-Минская операция, в июле в плен попало более 330 тысяч советских солдат. В окружении под Уманью — еще около сотни тысяч. Самым тяжелым стал провал Киевской оборонительной операции. Юго-Западный фронт РККА был разгромлен. Потери, по некоторым оценкам, достигли 700 тысяч человек.

Под Смоленском советские войска попытались перейти в наступление. Это привело к еще одной катастрофе: безвозвратные потери достигли почти полумиллиона человек.

Однако отчаянное сопротивление здесь помогло выиграть два месяца — сражение завершилось только 10 сентября. По плану "Барбаросса" Москва должна была к этому времени пасть. Но битва за столицу началась лишь 30 сентября.

Москву уже два месяца бомбили. Удары наносил второй воздушный флот люфтваффе под командованием Альберта Кессельринга.

"Мои авиаторы! Вам удавалось бомбить Великобританию, где приходилось преодолевать сильный огонь зениток, ряды аэростатных заграждений, отбивать атаки истребителей. И вы отлично справились с задачей. Теперь ваша цель — Москва. Будет намного легче. Если русские и имеют зенитные орудия, то немногочисленные, которые не доставят вам неприятностей, как и несколько прожекторов. Они не располагают аэростатами и совершенно не имеют ночной истребительной авиации. Вы должны <…> подойти к Москве на небольшой высоте и точно положить бомбы. Надеюсь, что прогулка будет для вас приятной. Через четыре недели войска победоносного вермахта будут в Москве, а это означает конец войне", — так, по воспоминаниям фельдфебеля бомбардировочной эскадры KG 28 Людвига Хавигхорста, немецкий фельдмаршал напутствовал подчиненных.

Но прогулка легкой не оказалась. За полгода люфтваффе совершило около восьми тысяч самолето-вылетов, и лишь пара сотен бомбардировщиков прорвалась к Москве. Ежедневно враг терял около трех десятков машин.

Однако главная судьба столицы решалась на земле.

Вермахт превосходил обороняющихся по всем показателям. В группе армий "Центр" под командованием фельдмаршала фон Бока было 1,8 миллиона солдат, 1700 танков, 14 тысяч артиллерийских орудий и минометов, 1390 самолетов.

В распоряжении советских военачальников — 1,25 миллиона солдат, 1044 танка, 10 309 орудий и минометов и 545 самолетов. В такой ситуации каждый батальон был на вес золота.

Облегчить ситуацию помогла шифровка, полученная из Японии от разведчика Рихарда Зорге. Он передал, что Токио, несмотря на уговоры Берлина, отказался вступать в войну с СССР как минимум до начала 1942-го. Это фактически спасло столицу от захвата, позволив Ставке успеть оттянуть и скрытно перебросить к Москве 26 дивизий из Сибири и с Дальнего Востока. А советского резидента и членов его группы вскоре арестовала японская контрразведка. В 1944-м "сталинский Джеймс Бонд" был казнен в токийской тюрьме.

Немецкая операция "Тайфун" началась 30 сентября — ударом Гудериана. Основные части вступили в бой 2 октября. Продвигались широким фронтом в 600 километров. Спустя сутки вермахт захватил Орел. Войска противника, набирая темп, пытались фланговыми ударами рассекать оборону советских войск, запирая их в окружениях.

Уже 7 октября под Вязьмой сомкнулось кольцо, в котором оказались четыре армии — около 600 тысяч человек. С боями из котла прорвались от 500 до двух тысяч солдат на дивизию.

Сталин принял экстренное решение: назначить Георгия Жукова командующим Западным фронтом. Впоследствии под его руководство также перейдет и Резервный фронт.

Силами не только военных, но и мирных жителей на подступах к столице создавались оборонительные линии. Около 450 тысяч москвичей и жителей Подмосковья выкопали 1350 километров противотанковых рвов и обустроили более 5500 огневых точек.

К 18 октября немецкие войска заняли Можайск. До Кремля оставалась сотня километров. Однако наступление замедлилось: советским войскам помогли дожди и распутица.

В столице объявили эвакуацию. В указе от 15 октября отмечалось, что Иосиф Сталин покинет город "завтра или позднее, смотря по обстановке". Но Верховный главнокомандующий так и не выехал из Москвы.

Из-за участившихся грабежей в столице ввели осадное положение и комендантский час. За нарушение режима предусматривались суровые наказания, шпионам и подстрекателям — расстрел. Это положило конец панике.

Седьмого ноября провели традиционный парад в честь годовщины Октябрьской революции. Несмотря на всю секретность подготовки, Красная площадь встречала защитников во всем великолепии — с увенчанных рубиновыми звездами башен Кремля даже сняли авиамаскировку.

С трибуны Мавзолея Сталин обратился к участникам парада, многим из которых предстояло сразу же отправиться на фронт. "На вас смотрит весь мир — как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков. На вас смотрят порабощенные народы Европы, подпавшие под иго немецких захватчиков, — как на своих освободителей. Великая освободительная миссия выпала на вашу долю. Будьте же достойны этой миссии! Война, которую вы ведете, есть война освободительная, война справедливая!" — сказал он.

За час по Красной площади прошло почти 29 тысяч военнослужащих с техникой. Парад транслировали по радио на весь СССР, но весть о нем разлетелась и дальше.

"Сталин организовал на знаменитой Красной площади одну из самых блестящих демонстраций мужества и уверенности, какая только имела место во время войны", — писала британская Daily Mail.

Ударили морозы, и это дало второй шанс выдыхавшемуся немецкому наступлению. Войска вермахта 23 и 24 ноября захватили Клин и Солнечногорск. До Кремля — менее 35 километров.

"Не помню точно, какого числа — это было вскоре после тактического прорыва немцев на участке 30-й армии Калининского фронта, — мне позвонил Сталин и спросил: "Вы уверены, что мы удержим Москву? Я спрашиваю вас это с болью в душе. Говорите честно, как коммунист", — вспоминал Жуков.

Он ответил утвердительно. И оказался прав.

Пятого декабря войска Калининского фронта перешли в контрнаступление. Спустя сутки их поддержали Западный и Юго-Западный фронты. За пять дней вермахт потерял более 30 тысяч убитыми, а наши части захватили 356 танков, 400 орудий и минометов, около пяти тысяч машин и мотоциклов.

К январю немец был отброшен от Москвы на 120-150 километров. Наступление продолжалось до 20 апреля 1942-го в рамках Ржевско-Вяземской операции. Московскую и Тульскую области освободили полностью, частично — Калининскую и Смоленскую.