Дональд Трамп объявляет, что Индия больше не будет покупать российскую нефть. Норендра Моди эту тему замалчивает. Интересно было бы узнать, что думают по поводу американского запрета владельцы и управленцы индийских нефтеперерабатывающих заводов? Еще тридцать лет назад это были выпускники вузов СССР. Да и сами заводы строились при нашем содействии. Вот только термин "мягкая сила" тогда никто не знал. Сегодня он активно используется в конкурентной борьбе за рынки. Индийские студенты в вузах России — тоже инструмент нашего влияния, но, правда, пока с низким коэффициентом полезного действия. Среди них, обучающихся в России, популярны два направления — "Лечебное дело" и "Стоматология". Что же касается "нефтянки", то ее добыче и переработке молодых индийцев учат в США, Канаде и Австралии. В то время как именно в этой профессиональной сфере "мягкая сила" российского образования может быть максимально эффективна.
Как сказал Нельсон Мандела, символическая фигура в антиколониальной борьбе, "Образование — это самое мощное оружие, которое можно использовать, чтобы изменить мир". Отказавшись от колониализма в буквальном смысле, Запад продолжает экспансию в развивающиеся страны с помощью своих университетов. В Великобритании, как известно, количество всевозможных агентств и советов при правительстве значительно меньше, чем у ведущих стран континентальной Европы. При этом британцы имеют сразу два экспертных органа по продвижению "мягкой силы" — межпартийную парламентскую группу и созданный в прошлом году консультативный совет. Они понимают, что в период трансформации мироуклада взращивание симпатизантов за рубежом становится делом государственной важности.
Буквально на днях Индия заключила соглашение о свободной торговле с Евросоюзом. Предусматривается отмена ввозных пошлин на 96% товаров из Европы и рост объема инвестиций — оттуда же. Пока что совокупная доля иностранных компаний в недропользовании Индии невелика. В нефтегазовом секторе она составляет 10-15%, в других сегментах еще ниже. Однако с подписанием соглашения ситуация может измениться.
Безусловно, страна намерена продолжать реализацию национальной программы "Делай в Индии", предусматривающей резкое наращивание объема промышленного производства продукции с высокой долей добавленной стоимости. Однако для достижения этой цели придется не только более интенсивно использовать сырьевые ресурсы, но и бороться за сохранение суверенитета в области добычи и переработки полезных ископаемых. Что здесь реально может предложить Россия?
Один из примеров — в Санкт-Петербургском горном университете императрицы Екатерины II успешно обкатывается очный годичный курс для иностранных специалистов и руководителей компаний и государственных органов в минерально-сырьевом комплексе "Управление объектами недропользования" со странами африканского континента. Конкурс среди потенциальных слушателей на участие в проекте составил несколько сотен человек. По итогам жесткого отбора была набрана группа из числа руководителей среднего звена в Бурунди, Мали, Нигере, Нигерии, Судане, Сьерра-Леоне и ЮАР. Все они — специалисты с высшим образованием (некоторые — со степенью PhD), статусом и солидным опытом работы. Программа курса разделена на технологический и управленческий блоки и помимо теории включает в себя стажировки и практики в сырьевых компаниях, государственных структурах, а также в лабораториях и на учебно-производственных площадках вуза.
Этот проект постдипломного образования стало возможно реализовать после того, как десятки выпускников Горного показали свою эффективность в качестве горных инженеров в сырьевых компаниях африканского континента. Среди них уже есть и топ-менеджеры самого высокого уровня, и даже несколько профильных министров. Предысторией проекта стала идея сырьевого диалога, предложенная президентом России Владимиром Путиным в ходе второго саммита "Россия — Африка" в июле 2023 года. В декабре того же года Санкт-Петербургский горный университет провел на своей площадке международный конгресс "Африка ищет решения", на котором был создан консорциум вузов "Недра Африки". В него вошли более ста африканских вузов, научных институтов и министерств по профилю использования природных ресурсов из 42 стран континента.
Опыт сырьевого диалога с Африкой успешно распространяется в рамках Глобального Юга. Следующим шагом стало сотрудничество с академическими кругами и бизнесом Малайзии. В частности, одной из центральных тем заседания российско-малазийской комиссии по экономическому, научно-техническому и культурному сотрудничеству в ноябре прошлого года стала договоренность о проведении российско-малазийского сырьевого диалога в Петербурге в третьем квартале 2026 года.
Подобные проекты подходят, конечно, не только африканцам и малазийцам, но и другим незападным странам, в частности, Индии. Дело в том, что, несмотря на формально высокую степень интернационализации и признанный потенциал в отдельных областях, в частности информационных технологиях, Индия характеризуется невысоким, в целом, качеством высшего образования и дефицитом технологий и компетенций для разработки собственных недр.
Недавний доклад с весьма говорящим наименованием — "От "фабрик дипломов" к "Центрам трудоустройства", подготовленный авторитетным индийским государственным аналитическим центром, подтверждает, что около 75% высших учебных заведений Индии не отвечает сегодня потребностям и ожиданиям тех отраслей национальной экономики, для которых они готовят специалистов.
Образовательные программы лишь менее девяти процентов вузов полностью согласованы с потребностями экономики, 51% вузов признают полное отсутствие такого согласования. Устаревшие учебные планы усугубляются слабым вовлечением промышленности в университетские образовательные процессы. Только 23% вузов сообщают о непосредственном участии отрасли в подготовке студентов, 54% вузов вообще не внедряли эту модель. Менее десяти процентов университетов предоставляют студентам стажировки, 38% в принципе не предусматривают производственной практики. Преодолеть разрывы между тем, чему студенты учатся в учебных аудиториях, и теми навыками и знаниями, которые работодатели требуют на рабочем месте, не удается уже длительное время.
Индия — это около 40 миллионов студентов вузов, которые стремятся к качественному образованию, гарантирующему профессиональный успех, но в силу описанных причин не могут его добиться. Более 44% выпускников в возрасте от 20 до 24 лет не трудоустроены, а квалифицированных кадров не хватает.
В ходе совместной работы с рядом индийских вузов по программе студенческих "Летних школ" мы смогли убедиться в их заинтересованности в образовательном сотрудничестве с Россией и с Горным университетом в частности. Индийским коллегам близко понимание нашей цели высшего инженерного образования, опирающейся на всю 250-летнюю историю вуза. Она состоит в формировании целостного профессионального мировоззрения, мотивирующего выпускника к самореализации.
С мая 2023 года Санкт-Петербургский горный университет участвует в президентском пилотном проекте совершенствования высшего образования. Модель подготовки горного инженера, которую вуз разрабатывает и реализует в рамках проекта, предусматривает единый уровень базового высшего образования с шестилетним сроком обучения. До 52 недель увеличена продолжительность производственных практик, от учебно-ознакомительной практики на первом курсе до преддипломной стажировки в качестве инженера-стажера. В процессе обучения студенты получают не менее двух рабочих специальностей, а также восьми и более дополнительных профессиональных компетенций. В целом значительно усилена связь образовательного процесса с производством. Представители компании-партнера вместе с университетом оценивают уровень приобретенных студентом практических навыков, участвуют в работе квалификационной комиссии по определению остаточных знаний, присутствуют на защите дипломных проектов.
Подготовка современного инженера, обладающего активным багажом перечисленных знаний и навыков, в рамках болонских бакалаврских программ невозможна, даже если затем добавить к ним обучение в магистратуре. Необходимо непрерывное шестилетнее образование, пронизанное сквозными едиными профессиональными целями и мировоззренческими установками. Именно такие программы реализует сегодня Санкт-Петербургский горный университет.
Отсюда и высокое качество наших программ профессиональной переподготовки бакалавров и магистров. Мы дотягиваем их до стандартов полноценного инженерного образования, рекомендованных ЮНЕСКО. Напомню, что именно при Санкт-Петербургском горном открыт Международный центр компетенций в горнотехническом образовании под эгидой этой организации.
Центром ЮНЕСКО и Национальной ассоциацией горных инженеров разработан проект Международного стандарта компетенций горного инженера — наднационального профессионального эталона, устанавливающего общие критерии оценки уровня подготовки горных инженеров. Стандарт не вступает в конфликт с национальными системами аттестации, аккредитации или лицензирования, а дополняет их и обеспечивает международную сопоставимость. Критерии оценки охватывают технические и инженерные компетенции, промышленную безопасность и управление рисками, экологическую ответственность и устойчивое развитие, профессиональную этику, а также экономические и финансовые аспекты горных проектов. Учитываются также требования финансовых и фондовых рынков, инвесторов и регуляторов в части устойчивости, прозрачности и управления рисками.
Стандарт создает основу для сотрудничества и диалога между национальными инженерными институтами, отраслевыми ассоциациями и образовательными организациями по всему миру. Его ключевые положения получили поддержку профессиональных сообществ в ходе Российско-Африканского сырьевого диалога. В настоящее время документ проходит этап экспертного обсуждения и региональной апробации с участием профессиональных инженерных организаций Кении, Нигерии и стран Южной Африки.
Будем честны, сегодня иностранные студенты едут к нам прежде всего потому, что в России учится дешево, а не в попытке найти замену своему образованию, после которого надежды на трудоустройство часто призрачны. Разрыв между производством и вузами налицо — что в странах Глобального Юга, что у нас. Без цепочки "ознакомительная практика, когда молодые люди убеждаются в выборе профессии, — производственная практика, где получают ее азы и навыки, подтвержденные разрядами, — дипломная практика под руководством опытного мастера и последующая работа в статусе молодого специалиста" никакого горного инженера быть не может. В условиях техногенной цивилизации любая "теория без практики" очевидно нежизнеспособна. То есть не может быть и реиндустриализации страны. А именно этот вопрос и для России — вопрос выживания.
