МОСКВА, 8 фев - РИА Новости. Резкое столкновение с грунтом при спуске представляет особую опасность для исследователей морского дна на глубоководных аппаратах, рассказал РИА Новости глава лаборатории донной фауны океана Института океанологии имени Ширшова РАН, доктор биологических наук Андрей Гебрук в День российской науки, отмечаемый 8 февраля.
"Перед посадкой на дно подводный аппарат гасит скорость во избежание удара. Крайне важно действовать по протоколу и не пропустить этот момент. Дважды были случаи, когда этот протокол по тем или иным причинам нарушался, и аппарат неконтролируемо контактировал со дном, можно сказать, ударялся. Хорошо, что это был мягкий осадок, а не скальные грунты, о которые можно было бы разбить аппарат", - сказал Гебрук.
Опять же, при посадке на мягкий грунт аппарат может запросто завязнуть, заблокировав ученых и экипаж на дне, отметил он.
"У наших аппаратов нижняя часть представляет собой две лыжи, на которых удобно скользить вдоль дна, не контактируя с ним. Именно они обеспечивают мягкую посадку на грунт для выполнения ряда операций, которые необходимо делать в контакте со дном. Аппарат должен спокойно, мягко опуститься на лыжи и дальше сориентироваться, и начать движение или работы", - добавил учёный.
Океанолог вспомнил два эпизода жёсткой посадки на морское дно в своей практике.
"Один случай с моим участием произошел на аппарате "Пайсис" на озере Байкал. Второй эпизод был у меня на глазах, в экспедиции, где я участвовал, с аппаратом "Мир" в Норвежском море", - сказал Гебрук.
Оба столкновения закончились благополучно, но ушли часы на то, чтобы освободить аппараты, отметил учёный.
"Людей, дайверов, зачастую губит паника. Во время погружения на Байкале мы были вдвоём с пилотом. Сначала стали безуспешно работать пропеллерами вперед-назад, вверх-вниз. Поскольку глубоководный аппарат – это сфера диаметром около двух метров, в итоге мы встали в распорку, опираясь руками на противоположные стенки, и стали его раскачивать. В силу чисто физических процессов мы его раскачали и вырвались из вязкого грунта", - добавил он.
"В Норвежском море, где мы работали с двумя нашими "Мирами", все тоже закончилось благополучно, несмотря на более затяжную и тревожную ситуацию. Вообще работа с двумя аппаратами – это колоссальное преимущество. Если что-то случается с одним аппаратом, второй может прийти на помощь, что и произошло тогда. Но, к счастью, помощь не потребовалась, в итоге он освободился сам", - сказал океанолог.
Также ученый вспомнил случай с американским глубоководным аппаратом, который накрыло оползнем в результате слишком близкого приближения к крутому склону.
"Он оказался в ловушке, что было весьма критично ввиду невозможности выбраться самостоятельно. Если не ошибаюсь, они успели подогнать другой аппарат, находившийся в распоряжении американских военных, и все тоже закончилось благополучно", - заключил Гебрук.
"На ранних этапах наш Институт на Черном море использовал мелководные аппараты с глубиной погружения 300-400 метров. Однажды во время работы у дна один из таких аппаратов каким-то образом зацепился лыжей за подводный кабель. Второго аппарата в помощь на тот момент не было, а все предпринимаемые нами усилия были тщетны. Прошло двое суток пребывания экипажа с учеными на борту, прежде чем нам удалось решить эту проблему, выбрав кабель со дна моря, который и поддернул аппарат, выведя его из зацепа", - заключил океанолог.
