Новая "Дама с камелиями":

Это новая версия оперы Джузеппе Верди "Травиата". Действие спектакля перенесено в начало ХХ века — в эпоху великих потрясений и великого искусства. Теперь это история жизни русской балерины, которая вынуждена выбирать между сценой и чувствами. События 1917 года вынуждают Маргариту покинуть Петербург. Благодаря влиятельному покровителю — барону Дюфолю — даже в эмиграции девушка ни в чем не нуждается. Однако, уехав из России, балерина обнаруживает, что годы уходят, а вместе с ними утекают силы и талант.

— Некоторые боятся, конечно, и их можно понять. Но у нас отличная заполняемость.

— А вы сейчас будете вводить во МХАТе какие-то дополнительные меры безопасности?

— У нас всегда все в порядке с безопасностью. Вот верите, я приехал 22 марта в театр — увидел, что на входе стоят такие… тучные охранники.

— Да, наши! Я сразу вызвал их руководителя и предупредил: еще раз увижу охрану с такими животами — разорву все контракты. К вечеру охранников поменяли: все стояли стройные, поджарые — как надо. Ну это же важно!

Я очень серьезно отношусь к пожарной безопасности и в целом к безопасности зрителей. Двадцать второго марта, например, во МХАТе на сцене выступала моя шестилетняя дочка, в зале была теща. Мы с женой приехали на второе отделение. И вот мои артисты спрашивают, что делать. Продолжать играть? И мы решили все же не останавливать спектакль, доиграть до финала.

— Не было никакой паники, все было спокойно и достойно.

— Я — человек, который исповедует средний, царский путь — ни влево, ни вправо. Нельзя допускать суеты, страха и в итоге — ухудшения положения нашего зрителя. У нас во МХАТе много камер наблюдения, мы всех внимательно отслеживаем еще на подходе к театру. Понятно, что противостоять людям с автоматическим оружием тяжело. Но понятно и то, что теракт 22 марта в "Крокус Сити Холле" — единичный случай. Последний раз такого масштаба вещи были в России 20 лет назад — я имею в виду Беслан. Все эти годы мы жили без подобных трагедий. И сейчас, мне кажется, это вопрос профилактики, чтобы такого больше не повторилось.

— Честно скажу: произошло несколько событий, из-за которых я обратил внимание именно на этот сюжет.

Первое — это, конечно, великолепный спектакль Зальцбургского фестиваля, в котором Виолетту пела Анна Нетребко. Это было в 2005 году, но спектакль произвел на меня большое впечатление и надолго остался в голове.

Второе событие — празднование 200-летия Верди в Ла Скала в 2013-м, для которого Дмитрий Черняков поставил, на мой взгляд, не самую удачную "Травиату". Но музыкально это было невероятно интересно, и я тоже запомнил эту историю. И третий момент. В чем, на мой взгляд, некая проблема "Травиаты" Верди? Это то, что исполнить партию Виолетты от начала до конца (и особенно первую арию) может только выдающаяся певица. И я понимал, что эта выдающаяся певица не может быть…

— Да, молодой и очень красивой. И тогда я подумал, нельзя ли разделить эту знаменитую арию? Медленную часть спеть в начале…

— А быструю — в финале?

— Да, зафиналить. Я рассказал о своей идее Александру Александровичу Соловьеву, нашему музыкальному руководителю, он ответил, что не видит в этом проблемы. Наш главный приглашенный дирижер Тимур Зангиев это подтвердил. Вот в этот момент у меня все сложилось. И я подумал, что мой спектакль все же будет не совсем "Травиатой" Верди.

— Конечно. А эту "Даму с камелиями" мы сделали именно для молодого состава. Еще мне в спектакле был нужен некий системообразующий персонаж — барон Дюфоль, — который рассказывал бы всю эту историю. Я решил посоветоваться с Сергеем Петровичем Лейферкусом, звездой петербургской и международной оперной сцены. Я думал, что он не вернется ко мне с ответом, но он перезвонил со словами: "Блистательно — работаем!" И все — у меня появился барон!

– Да! Мне действительно очень важно было, чтобы в спектакле нашем была признанная звезда. И он — все время на сцене, рассказывая историю как бы от своего имени. Как мне кажется, я придумываю новый театральный стиль под названием "драма-опера-балет". Я окончил ГИТИС с дипломом, который назывался "Создание истории спектакля в музыкальном театре". Мало кто из режиссеров этим занимается.

Но в нашей "Даме с камелиями" такое будет. Например, очень важные дивертисментные номера в исполнении известных балерин, приглашенных звезд. Каждый раз разных — в зависимости от их расписания.

— Да, такого масштаба нет ни у кого в Москве. А мы здесь можем показывать спектакли любой сложности. Это универсальный зал: можно нажать на кнопку — и оркестровая яма превратится в дополнительные ряды кресел, появится еще 100 мест. И кстати, наши декорации к "Даме с камелиями" в московском МХАТе смотрятся даже лучше, чем в петербургском Михайловском театре.

— А еще у нас будет прекрасный буфет и столовая.

— Самая вкусная столовая для сотрудников, и буфет — для всех. Все будет очень симпатично, правда. Мы, знаете ли, строим главный номенклатурный театр нашей страны.

— Вкладываю то, что мы полностью открыты для всей нашей так называемой бюрократии. Я бы хотел, чтобы люди приходили сюда общаться и просвещаться. У нас же здесь рядом прекрасные соседи: Минкульт, мэрия Москвы и много других ведомств. Пусть приходят на наши завтраки с сырниками или на обеды.

— Когда-то Екатерина Фурцева фактически подарила это здание Олегу Ефремову на 75-летие МХАТа. И вот мы возрождаем эту традицию, чтобы МХАТ стал местом встреч артистов, театральных, политических деятелей и московской публики.