Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Сотрудники медицинского стационара в аэропорту Шереметьево
Распространение коронавируса

Кто может не пережить эпидемию COVID-19

© РИА Новости / Денис Абрамов / Перейти в фотобанкПалата реанимации в Ставропольском краевом онкологическом диспансере
Палата реанимации в Ставропольском краевом онкологическом диспансере
Читать ria.ru в
МОСКВА, 29 апр — РИА Новости, Мария Марикян. Отсроченная химиотерапия, отказ в госпитализации, сложности с получением лекарств — во время эпидемии онкобольные балансируют на грани жизни и смерти в ожидании лечения. Многие медучреждения не готовы принимать новых пациентов из-за карантина. А ряд онкодиспансеров перепрофилировали на лечение COVID-19. Остальные "на низком старте" — на тот случай, если эпидемиологическая обстановка ухудшится. Как сейчас выживают люди, больные раком, разбиралось РИА Новости.

Бег по кругу

Диагноз "острый лимфобластный лейкоз" 54-летней Нине Волковой поставили еще два с половиной года назад. Лечилась она в отделении гематологии Королевской городской больницы. Удалось добиться ремиссии. "Приезжала на лечение в Королев один-два раза в месяц. А жила в небольшой деревне во Владимирской области. Там ей комфортнее и спокойнее", — рассказывает РИА Новости ее дочь Марина.
В апреле Волковой стало плохо: поднялась температура, воспалились лимфоузлы. Она сразу обратилась в больницу города Меленки. Восемнадцатого апреля результаты обследований показали, что у Нины Юрьевны рецидив. В Меленках женщине помочь ничем не могут — нет подходящих условий. Данные переслали по месту прописки — в Королевскую городскую больницу. Там выдали направление на госпитализацию в отделение гематологии.
© Фото : страница Марины Волковой в FacebookНаправление на госпитализацию
Направление на госпитализацию
Направление на госпитализацию
"У мамы была температура. Перевозить ее на машине было опасно. Поэтому ждали скорую, а она прибыла только через день. Маму вывезли из Владимирской области 23 апреля в четыре утра. В восемь она была на месте", — вспоминает Марина.
Вот только в гематологии Нину Юрьевну никто и не ждал: в госпитализации ей отказали. "Я звонила в отделение буквально за несколько минут до того, как она приехала. Предупредила, что пациентка будет с минуты на минуту. В ответ: "Да-да, мы вас ждем!" А тут такое! И обошлись с нами абсолютно по-хамски. "Если доживете до шестого мая, может быть, возьмем вас в отделение". Как такое можно говорить в лицо больному человеку? — возмущается девушка. — Мы не двинулись с места. Мама осталась в отделении скорой. Если бы мы в тот момент уехали домой, — точно ничего бы не добились".
События развивались так: мать с дочерью попросили покинуть медучреждение, поскольку принять Нину Юрьевну все равно не могли. "Мы позвонили в службу 112. У мамы ведь температура была. Но и там нам отказали в госпитализации, — продолжает Марина. — Потом перезвонили и сказали, что связались с главным гематологом Московской области по поводу нашей ситуации. Посоветовали снова обратиться в онкодиспансер. Что я и сделала. Тогда наша коллекция бумаг пополнилась еще одной — направлением в хоспис".
Родственники Нины Юрьевны пытались пристроить ее хоть куда-то, но из-за карантина получали одни отказы. Тогда Марина не выдержала и написала пост на фейсбук о том, как ее мать отправили домой умирать.
"Я не ожидала такого отклика", — признается девушка. В течение дня ее буквально завалили сообщениями и звонками. "Одни предлагали помощь. Другие признавались, что оказались в похожей ситуации. Честно говоря, я даже не осознавала, какой масштаб у проблемы".
 ГБУЗ НИКИО им. Л.И. Свержевского
В НИИ имени Свержевского будут оказывать помощь онкобольным
Благодаря резонансному посту в соцсети дело сдвинулось с мертвой точки. В Королевской городской больнице согласились сделать Нине компьютерную томографию. "Если легкие окажутся чистыми, ее госпитализируют на лечение в Подольск. Но есть сомнения: обострение основного заболевания могло вызвать пневмонию. Как я поняла, врачи должны исключить воспаление легких из-за ковида. Что бы ни показало обследование, буду идти до конца".
РИА Новости обратилось за разъяснениями в Королевскую горбольницу. "Женщине назначили госпитализацию на 22 апреля. Но она прибыла 23-го — с этого дня гематологическое стационарное отделение закрыто на карантин, — прокомментировал ситуацию сотрудник по связям с общественностью. — Информацию о том, что ее ждали утром 23 апреля, мы можем как допустить, так и исключить — от заведующего отделением ответа нет. Возможно, трубку взяла медсестра и ввела пациентку в заблуждение. Мы назначили томографию, но они решили пройти ее в другом месте. Запись аннулировали. Сегодня отправили доктора на дом для забора мазков, чтобы выяснить, какого типа пневмония у пациентки. Предварительно принято решение о госпитализации в Подольск".

"Женщины плакали"

Двадцать первого апреля в Ставропольском краевом онкодиспансере произошел конфликт между приехавшими из соседних регионов на лечение пациентами и медиками. Запись перепалки попала в Сеть. У входа образовалась очередь, людей не пускали внутрь. У пациентов требовали справки, что они не контактировали с зараженными COVID-19, а эпидемиологическая обстановка в районе, где они живут, стабильная. Снабдить такой справкой онкобольных должен был врач из больницы по месту жительства.
© Аккаунт Алисы в InstagramОнкобольные у входа в Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер. Стоп-кадр видео
Онкобольные у входа в Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер. Стоп-кадр видео
Онкобольные у входа в Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер. Стоп-кадр видео
"Я приехала на химию. У входа было человек пятнадцать. Стоял крик. Какая там социальная дистанция! Нас просто не хотели брать на лечение, требовали справку", — рассказывает РИА Новости Алиса из Кисловодска, у нее рак груди. Девушке ставят капельницу раз в семь дней. "В прошлый раз у меня ничего не просили".
Некоторых, впрочем, все-таки успели предупредить накануне. "А мне никто не позвонил. Получается, кто успел получить бумагу, тот успел. Людям говорили, что их терапевты были удивлены новыми требованиями, ведь даже формы специальной нет, — возмущается Алиса. — Мне, к примеру, в одну сторону пришлось проехать 250 километров, другим — и того больше. Женщины плакали, одна даже упала в обморок. Большая часть приехавших в тот день до сих пор не получили лечения".
На инцидент отреагировал глава Ставрополья Владимир Владимиров. На следующий день он посетил медучреждение и обсудил проблемы с его руководством. В инстаграме губернатор опубликовал видео разговора с главврачом. Владимиров предложил поликлиникам, выдающим направления в онкодиспансер, на месте брать тесты на коронавирус. "Технические накладки при организации таких рутинных процессов, как работа со справками, оправданием служить не могут", — подчеркнул глава края. И пообещал проработать вопрос. Но сроки не обозначил.
© Аккаунт губернатора Ставропольского края в InstagramГубернатор Ставрополя с главврачом онкологического диспансера. Стоп-кадр видео
Губернатор Ставрополя с главврачом онкологического диспансера. Стоп-кадр видео
Губернатор Ставрополя с главврачом онкологического диспансера. Стоп-кадр видео

Химиотерапия

У 48-летней москвички Светланы в январе диагностировали рак шейки матки четвертой стадии. "Я два месяца пыталась попасть больницу. Бегала от врача к врачу, пока меня на скорой не увезли с сильнейшим кровотечением, — вспоминает Светлана. — Врачи еще удивились, почему меня до сих пор не приняли в онкодиспансере. После того случая я добралась до "конечного пункта" — ГКБ № 57 имени Плетнева".
В конце марта Светлане провели эмболизацию маточных артерий: процедура необходима для того, чтобы кровь не поступала к опухоли. Через две недели нужно было приступать к химии.

"Я пришла в 57-ю ГКБ 14 апреля. Врач назначил четыре курса химиотерапии. Но отправил на лечение по месту жительства. Как он сказал, медучреждение планируют переоборудовать для заболевших коронавирусом, — описывает ситуацию Светлана. — Записалась на прием в диспансер, к которому прикреплена. Но там меня просто развернули. "Ищите сами, где смогут сделать химию, обзванивайте больницы. Как что-то найдете, приходите, выпишем направление", — такого я не ожидала услышать! Врач сказала, что многие онкодиспансеры закрыты для приема новых больных из-за пандемии. Поэтому она "не знает, что и посоветовать". А мне как быть?"

К поискам больницы, где могли бы принять Светлану, подключились все ее родные. "О платном лечении речь не идет: у меня трое детей, мужа нет. Каждая копейка на счету, — женщина не скрывает отчаяния. — Обратилась в Ассоциацию онкологических пациентов за советом. Они быстро нашли клинику, использовали свои связи. На неделе меня должен принять врач".
Врач скорой помощи
Минздрав запустил горячую линию по коронавирусу для онкобольных

Резонанс

У двадцатисемилетней Юлии Никифоровой из Санкт-Петербурга — рак лимфатической системы. Она прошла два курса химии в НМИЦ имени Петрова, в одном из ведущих специализированных лечебно-диагностических центров России. Все шло по плану, пока не грянула новость, что отделение гематологии, где проходит терапию Юлия, хотят закрыть. Онкодиспансер включили в список медучреждений, которые в случае ухудшения эпидемиологической обстановки в середине мая перепрофилируют под COVID-19. Об этом стало известно 17 апреля. Пациенты создали петицию, которую подписали более 120 тысяч человек. В итоге через несколько дней перепрофилирование отменили.
Юлия объясняет, чем ей грозило бы закрытие отделения. В конце апреля она должна пройти обследование. После чего врачи могут поменять схему лечения.
"Если анализы будут нормальные, мне достаточно одной капельницы в две недели. До этого режим был — две недели в больнице, неделю дома, — говорит Юля. — По словам моего врача, в Питере всего несколько гематологических отделений, все хотят перепрофилировать. Если бы наше закрыли, капельницу пришлось бы ставить в обычной поликлинике. Появляться там с моим ослабленным иммунитетом слишком рискованно. Можно, конечно, вызвать медсестру на дом. Но если оставят прежнюю схему, тогда в случае закрытия идти просто некуда".
Многие пациенты этого диспансера — из регионов. Их бы отправили на лечение по месту жительства. "А там с гематологией дело плохо. Ни на какую медпомощь за рубежом тоже рассчитывать не приходится: границы закрыты. Не описать словами, как мы счастливы, что наш онкодиспансер в список не включили".
© Фото : public domainЗдание НМИЦ онкологии имени Н. Н. Петрова
Здание НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова
Здание НМИЦ онкологии имени Н. Н. Петрова

Плановая операция

Ирина Мацюк из Кирово-Чепецка с февраля ждет пересадки костного мозга. Трансплантация должна была пройти в ближайшем городе — Кирове — еще в марте. "Острый лимфобластный лейкоз мне диагностировали в июле прошлого года, — рассказывает Ирина. — О том, что нужна пересадка, сообщили сразу. Но для начала нужно было пройти химиотерапию".
Одновременно мне искали подходящего донора. "У дочери с сыном — совпадение только на 50 процентов. Этого недостаточно. Должно быть процентов 90, не меньше. В российской базе донора не нашлось, зато в международной было из кого выбрать".
Операция стоит миллион шестьсот тысяч рублей. Сумма для семьи Мацюк неподъемная. Помогли родные, друзья и благотворительные организации. В январе деньги перечислили в Германию, в международный регистр имени Штефана Морша, где и нашелся донор.
В феврале Ирину начали готовить к пересадке. Дело оставалось за малым — отправить курьера за костным мозгом. "В Европе вирус уже полыхал вовсю. Границы еще не были закрыты, но посылать никого не рискнули: человек мог заболеть или застрять на границе. Если бы все пошло по плану, операцию провели бы в начале — середине марта".
Все, что остается Ирине сейчас, — ждать. Пока она на поддерживающей терапии. "Конечно, нельзя тянуть. Да и больше некуда. В моем состоянии счет идет буквально на дни. Никто не может сказать, во что выльется эта отсрочка. Все зависит от моего организма".
Сотрудница медицинского стационара на территории больничного комплекса в Коммунарке
Минздрав опубликовал рекомендации для онкобольных пациентов

"Работают на износ"

О том, с какими сложностями сталкиваются сейчас онкобольные, РИА Новости рассказала и сотрудник санкт-петербургского фонда "AdVita" Юлия Паскевич: "До трансплантации костного мозга пациента и его потенциального донора надо обследовать на COVID-19. Если они оба находятся в городе, все намного проще. А если едут из разных регионов? Где поселится донор, пока не пройдет тест на коронавирус? Где перед госпитализацией может остановиться реципиент? Эти моменты никак не продуманы. Но мы, как можем, стараемся помогать людям на всех этапах".
Еще одна серьезная проблема заключается в том, что пациентам постоянно откладывают выдачу рецептурных препаратов в аптеках. "Если некоторые онкобольные останутся без лекарства более чем на неделю, лечение будет считаться прерванным. Ко всему прочему, людям стали резко менять схемы лечения. Как правило, в сторону удешевления. На основании чего — непонятно", — обращает внимание президент Ассоциации онкологических пациентов "Здравствуй!" Ирина Боровова.
Но обвинять во всем врачей неправильно, полагает эксперт. "Медики сейчас находятся буквально в военной ситуации: идет борьба с вирусом, который в первую очередь опасен для пациентов со сниженным иммунитетом. Наши врачи работают просто на износ!"
 
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала