Министр иностранных дел Южной Осетии Ахсар Джиоев рассказал в интервью РИА Новости, что углубление интеграции с Россией — безусловный приоритет внешней политики республики. При этом перспективы перемирия с Грузией, которая продолжает курс на интеграцию с НАТО и европейскими структурами, остается под вопросом с точки зрения национальной безопасности Цхинвала.
— Ахсар Муратович, 1 октября у вас запланирована встреча с министром иностранных дел Российской Федерации Сергеем Викторовичем Лавровым. Какова цель вашего визита в Москву? Каких итогов ожидаете после переговоров?
— Для нас каждый диалог с Сергеем Викторовичем – это знаковое событие, к которому мы готовимся с самым конструктивным настроем. Внешнеполитические ведомства Южной Осетии и России находятся в постоянном и тесном контакте, и ежегодные встречи между их главами уже стали доброй традицией и эффективным инструментом. Они позволяют не только вырабатывать общие подходы по ключевым региональным вопросам, но и синхронизировать действия в более широком контексте.
Особый импульс нашему взаимодействию придал план консультаций на 2026-2027 годы, подписанный нами прошлой осенью. По сути, это полноценная дорожная карта, охватывающая все направления межведомственного сотрудничества.
В этой связи предстоящая встреча – это, конечно, возможность сверить часы. Мы детально обсудим ход интеграционных процессов и статус текущих договоренностей. Уверен, что разговор получится предметным, а по его итогам мы наметим конкретные шаги для дальнейшего укрепления союзнических отношений между республикой Южная Осетия и Российской Федерацией.
— На чем строится правовая база взаимоотношений между Россией и Южной Осетией?
— На сегодняшний день правовая база взаимоотношений между Южной Осетией и Россией базируется на более чем 150 двусторонних документах, и их эффективная и планомерная реализация позволит существенно улучшить наше положение по всем сферам. На это и нацелена программа президента Южной Осетии Марата Камболова.
— Ранее в посольстве России в Южной Осетии рассказали, что подавляющее большинство жителей республики получат российские паспорта уже в следующем году. Как вы оцениваете этот фактор?
— Когда подавляющее большинство жителей республики имеют российское гражданство, это лишь подтверждает тот факт, что мы де-факто уже являемся частью российского мира. А юридические формы сосуществования могут решаться в тесном взаимодействии с руководством Российской Федерации, исходя из интересов наших народов.
— Как сегодня Южная Осетия развивается на внешнеполитическом треке, если учесть непростую геополитическую обстановку?
— Геополитическая обстановка в мире, безусловно, сложна. Мы живем в эпоху глобальной трансформации, когда привычные правила игры меняются, и это вызывает необходимость действовать максимально прагматично и последовательно.
Наш главный внешнеполитический приоритет остается неизменным – это стратегическое союзничество и интеграция с Российской Федерацией. Это фундамент нашей безопасности и государственности.
— Какие страны для республики наиболее выгодны для сотрудничества?
— Если говорить о принципиально выгодных странах, то мы ориентируемся на тех партнеров, которые разделяют принципы суверенитета, уважения к международному праву и готовы к равноправному диалогу.
— Ожидает ли Южная Осетия признание со стороны всех стран? Возможно ли признание республики в обозримом будущем?
— В вопросе признания мы являемся реалистами. Мы работаем над тем, чтобы нас слышали, чтобы наш голос звучал на международных площадках, и чтобы круг наших друзей расширялся. Что касается признания в обозримом будущем, то все возможно. Мир становится более фрагментированным, и многие страны начинают пересматривать свои подходы к внешней политике, отходя от западных шаблонов.
— Есть ли в списке принципиально новые страны, с которыми бы хотелось развивать сотрудничество?
— При поддержке наших российских коллег мы активно работаем над расширением географии наших контактов, делая упор, в том числе, на культурный обмен и гуманитарное сотрудничество. Мы не изолированы, мы интегрированы в пространство наших союзников и открыты для всех, кто готов строить отношения на принципах взаимного уважения.
— С какими странами возможно развитие, прежде всего торгово-экономического сотрудничества?
— Здесь важно исходить из текущих геополитических реалий и наших стратегических интересов. Повторюсь, что безусловным приоритетом является углубление интеграции с Российской Федерацией, и, в частности, привлечении российских инвестиций в реальный сектор экономики республики. Но для того, чтобы это сотрудничество стало реальным, а не декларативным, нам необходимо упростить логистические цепочки, сделав акцент на развитии транспортной инфраструктуры, сформировать понятный инвестиционный профиль республики, чтобы потенциальные партнеры видели конкретные ниши, где они могут работать, принося пользу нашей экономике.
— Насколько вы считаете возможным перемирие между Южной Осетией и Грузией?
— Вопрос о перемирии с Грузией, а точнее, о сохранении мира и стабильности, для нас не является теоретическим, это вопрос нашей национальной безопасности и исторической справедливости. С августа 2008 года благодаря усилиям Российской Федерации в рамках договоренностей Медведева-Саркози проходят дискуссии по безопасности в Закавказье (МДЗ). Ключевым аспектом для нас на переговорах является вопрос достижения договоренностей о неприменении силы Грузией в отношении Южной Осетии и Абхазии. Переговоры непростые, поскольку грузинская сторона не делает практических шагов в этом направлении и уходит от полноценного политического урегулирования в контексте существующих реалий на земле. Для нас это весьма важно.
— Есть ли перспектива развития дипломатических отношений между странами?
— Что касается перспектив развития дипломатических отношений, то здесь надо понимать, что до признания официальным Тбилиси республики Южная Осетия как независимого государства, это невозможно. Собственно, пока в Грузии на государственном уровне продолжается политика непризнания и риторика об "оккупированных территориях", говорить о полноценных дипотношениях преждевременно.
— Что на сегодняшний день мешает перемирию между Южной Осетией и Грузией?
— Главным препятствием здесь, как уже отмечалось, является отсутствие у грузинской стороны политической воли к подписанию юридически обязывающего документа о неприменении силы в отношении Южной Осетии. Мы годами слышим декларации, но не видим правовых гарантий. Грузия продолжает курс на интеграцию с НАТО и европейскими структурами. Это прямо прописано в грузинской конституции. Для Южной Осетии это является угрозой ее безопасности. Кроме того, в Тбилиси до сих пор не готовы признать ответственность за геноцид осетинского народа и последствия агрессии 2008 года. Без признания этих фактов и без юридических гарантий безопасности доверие невозможно.
— Могут ли другие страны отказаться от дипломатических отношений с Южной Осетией на примере Науру (Наоэро), на которую, по заявлению министерства иностранных дел республики, оказывалось давление со стороны грузинских властей?
— Ситуация с республикой Наоэро, которая в свое время столкнулась с беспрецедентным давлением из-за признания независимости Южной Осетии, – это не просто частный случай. Это наглядная иллюстрация того, как современная геополитика использует экономические и политические рычаги для пересмотра суверенных решений малых государств.
— Могут ли в этом случае грузинские власти пойти на провокации и оказывать давление на другие государства?
— Что касается возможных провокаций, то это покажет время. Однако стоит отметить, что страны, которые, несмотря на угрозы, сохраняют дипломатические отношения с Южной Осетией, демонстрируют высокую степень политической субъектности. Для Цхинвала это означает, что каждый такой партнер – это не просто галочка в списке признавших нас стран, а надежный союзник, прошедший проверку на прочность.
— Если вернуться к вопросу с внешней политики, как вы видите развитие отношений Южной Осетии и Сирии в контексте сегодняшних событий?
— Вопрос о наших отношениях с Сирийской Арабской Республикой требует взвешенного подхода. Мы прекрасно понимаем, что геополитическая ситуация в мире динамична, а внешнеполитические приоритеты государств могут меняться под влиянием глобальных процессов. Мы понимаем, что Дамаск сейчас решает масштабные задачи по восстановлению страны и укреплению своих позиций на международной арене. Мы готовы к гибкому формату диалога. Главное для нас – сохранять открытые каналы связи и развивать те направления, которые приносят пользу людям.
Как говорится, дипломатия – это искусство возможного. Мы не форсируем события, но и не отказываемся от достигнутого. Думаю, что при взаимном уважении мы найдем ту модель взаимодействия, которая будет отвечать интересам и Южной Осетии, и Сирии в новых реалиях.
