Варфоломеев: перестройка финского туризма на Запад Хельсинки не по карману

МОСКВА, 13 авг — РИА Новости, Надежда Сарапина. Финляндия никак не может адаптироваться к жизни без русских. Из-за нехватки денег пустеют целые области. Решить проблему самостоятельно властям не по карману. Еврокомиссия бьет тревогу и готовит антикризисный план. Что происходит на границе двух стран — разбиралось РИА новости.

Исчезновение российских путешественников подорвало основу экономики восточных регионов Финляндии, пишет Euractiv. Восток лишился последней опоры — после масштабной деиндустриализации там не осталось иных производств, кроме лесопереработки и фермерских хозяйств. Плюс теперь нет доступа к дешевым ресурсам, что значительно увеличило расходы локального бизнеса. Так, затраты животноводческих хозяйств выросли на 30 процентов.

Проблемы начались еще в 2020-м, в пандемию, а в 2022-м Финляндия закрыла границу с Россией. С тех пор власти пытаются нащупать новую модель развития для восточных территорий, но пока получается плохо, отмечает советник ректора РГСУ, член советов директоров госкомпаний Константин Поздняков.

Согласно данным сайта мониторинга Konkurssilista, только с апреля 2025-го по апрель 2026-го в шести приграничных провинциях о банкротстве заявили около 315 компаний: в области Кюменлааксо — 45, в Южной Карелии — 34, в Северной — 79, в Кайнуу — 25, в Северной Остроботнии — более 90, в Лапландии — 40. А в общей сложности за прошлый год обанкротилось почти четыре тысячи предприятий — рекордный показатель с 1996-го. Больше всего пострадали сфера услуг, строительный сервис и торговля. Да и в целом государство понесло существенные убытки. Член национально-консервативной партии "Альянс свободы" Армандо Мема заявил, что после разрыва отношений с Россией Финляндия ежегодно теряет по 20 миллиардов евро.

Ставка на внутренний туризм не сыграла. Местные останавливаются на одну ночь и едут дальше. Такой формат путешествий не позволяет достаточно зарабатывать гостиницам, магазинам и ресторанам. Для того чтобы содержать регион, нужны полноценные туры — люди должны задерживаться на несколько дней и охотно тратить деньги.

Европейцам же направление отнюдь не интересно. "От Петербурга до приграничной Лаппеенранты — час-полтора на машине. Западные гости совсем в другом положении: им придется лететь специально, а региональные аэропорты и прямые рейсы из Центральной Европы все еще недостаточно развиты, да и сама территория не так узнаваема в Европе, как, например, Лапландия с ее северным сиянием и рождественским брендом", — отмечает инвестиционный советник в реестре Банка России и партнер Российского экспортного центра (РЭЦ) Сергей Варфоломеев.

Финны активно рекламируют отдых на природе. Но быстро перестроиться на западных туристов не выйдет — нужна смена бизнес-модели и новая инфраструктура. В первую очередь необходимо наладить удобные авиационные и железнодорожные связи с регионом и предложить соседям по ЕС готовый продукт — не просто ночлег, а полноценный опыт, который оправдывает дальнюю поездку. "Наконец, нужно время, чтобы сформировать привычку. Пока же Восточная Финляндия остается периферией даже внутри страны: основной иностранный поток идет в Лапландию и в столичный регион. Полностью заменить российский объем западным в среднесрочной перспективе вряд ли удастся. Можно лишь частично компенсировать, сделав ставку на более высокий средний чек и на более длительное пребывание", — добавляет эксперт.

Формальное членство в Евросоюзе само по себе не защищает регион от подобных потрясений. Общеевропейские механизмы поддержки рассчитаны на выравнивание структурных диспропорций в долгосрочной перспективе, а не на быструю компенсацию разрыва экономических связей с конкретной третьей страной, указывает Поздняков.

Пострадал не только туризм, но и местные хозяйства. До украинского конфликта фермеры сами регулярно ездили в Россию закупиться топливом подешевле, теперь же издержки существенно увеличились. "Транспортные затраты региона в целом выросли на 12-15 процентов из-за переориентации логистики через Швецию и страны Балтии. Без субсидий и свободного доступа к кредитованию часть небольших ферм рискует не пережить следующий сезон", — считает Поздняков.

В итоге все, кто может, уезжают, а деревни пустеют, сообщает Euractiv. И все же ЕС заинтересован в том, чтобы в приграничье с Россией оставались люди. "Инвестировать в регионы, граничащие с Россией, Беларусью и Украиной, — значит инвестировать в безопасность, стабильность, сплоченность и конкурентоспособность Европы", — подчеркивает исполнительный вице-президент Еврокомиссии по вопросам сплочения и реформ Раффаэле Фитто.

В качестве меры поддержки ЕК предлагает инициативу EastInvest Facility, упрощающую доступ к кредитам и консультационной поддержке для частных и государственных инвесторов в восточных регионах ЕС.

Однако в текущих условиях этого недостаточно. От государства особенной помощи ждать не приходится. Сейчас власти вынуждены вкладывать деньги уже не только в развитие, но и в компенсацию последствий прежних решений, отмечает заместитель директора АНО "Центр развития законодательства", член экспертного клуба "Дигория" Дмитрий Матюшенков.

"Показателен пример Иматры: бывший спа-центр и другие центры притяжения, построенные в расчете на российских туристов, убыточны, и некогда туристический город теперь переоборудуют в производственную площадку для зеленых технологий", — напоминает он. Проект обещает быть долгосрочным и крайне дорогим. При этом у самой Финляндии пространство для маневра ограничено — в стране бюджетный кризис. И получается противоречивая ситуация: государству необходимо одновременно сокращать расходы, поддерживать экономику и искать деньги на развитие регионов, наиболее пострадавших от разрыва прежних связей.

Только кредитами решить проблемы не выйдет. Министр лесного и сельского хозяйства Финляндии Сари Эссайя отметила, что для обеспечения близких к России областей рабочими местами и инфраструктурой важно направлять туда бюджетные средства Евросоюза. Однако добиться прямого финансирования приграничья от ЕС у Финляндии пока не получается.