Амурские тигры из России, завезенные в Казахстан в рамках программы реинтродукции, успешно осваиваются в новом доме и уже начали охотиться, говорит генеральный директор Центра "Амурский тигр" Сергей Арамилев. В интервью РИА Новости он рассказал о перспективах этого международного эксперимента, о тигр-дипломатии, а также объяснил, почему тигры всегда худеют летом. Беседовала Надежда Егорова.
– Сергей Владимирович, в мае Россия передала Казахстану четырех амурских тигров. Как они осваиваются на новом месте?
– Тигры успешно осваиваются. Самое главное, что у них не проявилось никаких скрытых травм или болезней. Считается, что если есть какое-то заболевание, травма, то в течение 30 дней это проявится. Но уже прошло достаточно времени, и, к счастью, ничего не проявилось. Это говорит о том, что тигры были доставлены в нормальной физиологической форме, без повреждений и заболеваний.
– Как тигры реагируют на местных копытных? Пробуют ли охотиться сами?
– Они прекрасно двигаются по вольерам, каждый в силу своего возраста охотится. Тигрятам выпускают кроликов – это имитация зайцев, как раз размер добычи, который им под силу. Также их комбинируют с мясом. Взрослым тиграм выпускают кабанов, кроликов, иногда оленей – весь спектр животных, которые мы используем в России для подготовки тигров к выпуску. Животные там пахнут чуть иначе, чем на Дальнем Востоке, но внешне схожи. Если хищники правильно охотятся, то все будет хорошо. В ближайшее время планируется оценка этих охот российско-казахстанскими специалистами, после этого будет приниматься решение о выпуске взрослых тигров.
– Как российские тигры переносят климат Казахстана?
– Там жарко, но у них отмечается правильная история: в летнее время тигр всегда более худой, чем зимой. Для существования в жарком климате норма, когда зверь худой. Тигры сбросили тот вес, который они набрали, готовясь к суровым условиям, и сейчас приходят в норму "летнего" тигра. Переносят жару нормально. Если бы не переносили, то были бы тепловые удары, отказ от пищи, но такого нет.
Тигр – это южный вид. И мы верим, что они привыкнут к местному климату, потому что генетически изначально вид приспособлен к высоким температурам.
– При успехе этого эксперимента за какой срок в Казахстане может появиться стабильная группировка тигров?
– Все очень условно. Самый оптимистичный вариант – если все выпуски будут успешными, тигры будут оставаться на месте и образовывать пары, то подтверждением успеха проекта будет появление потомства на территории Республики Казахстан, взросление этого потомства и переход к самостоятельной жизни. Тогда мы сможем говорить об устойчивой группировке. Это может произойти в течение десяти лет, но может затянуться и на 20-30 лет. Мы ждем первых результатов лет через десять и даем оценку, что это произойдет при благоприятном стечении многих обстоятельств.
– Президент России Владимир Путин на ПМЭФ сообщил, что многие страны заинтересованы в работе по сохранению популяции тигров. Обсуждаются сейчас проекты в других странах, аналогичные казахскому?
– В 2010 году в Санкт-Петербурге была подписана декларация о сохранении вида. В 2022 году в Владивостоке была подписана обновленная декларация. В рамках этих документов есть механизм работы стран ареала тигра – сейчас их 14, включая Северную Корею. Есть общие механизмы обмена данными, в основном это обмен научными сведениями, информацией. И в рамках этого сотрудничества есть отдельные двусторонние проекты. Например, российско-индийские, где мы делимся передовыми технологиями изучения популяции, мониторинга и учета численности.
Россия также сотрудничает с Китаем: здесь мы связаны общей границей, соответственно, общими группировками тигров, которые живут и в КНР, и в России. И здесь взаимодействие охватывает более широкий круг направлений: обмен специалистами, взаимодействие в учете, мониторинге тигра, обмен технологиями, опытом в предотвращении каких-то общих угроз, связанных с эпизоотиями – особо опасными видами болезней у животных. Плюс по отдельно взятым вопросам Россия сотрудничает с Непалом и Бангладеш. Все страны ареала тигра так или иначе взаимодействуют с Российской Федерацией. Другие страны активно используют российский опыт и методологию. Регулярно – раз в год – проводятся встречи ученых, специалистов, где каждая страна представляет свои достижения в той или иной области, другие страны их потом используют.
По поводу восстановления популяции тигров – в каждой стране свой подвид этого хищника. Амурский тигр, кроме России, обитает только в Китае и Северной Корее. Поэтому здесь пока достаточно методов без завоза тигров в эти страны. Достаточно правильно охранять существующих зверей, чтобы процесс шел успешно.
– Нужно ли России развивать тигр-дипломатию – по аналогии с панда-дипломатией в Китае?
– И внутри нашей страны, и за ее пределами мы уже использовали такую дипломатию: амурских тигров передавали и в Объединенные Арабские Эмираты, и в Белоруссию, и в Казахстан, и в другие страны мира. Поэтому в принципе эта дипломатия уже существует и даже больше здесь, в России. Это достаточно крепкая история, которая помогает странам находить общие темы для общения, взаимодействия, международного сотрудничества и понимания.
– Есть ли запрос от других стран о передаче в их зоопарки российских тигров?
– Московский зоопарк курирует программу разведения тигров в неволе. Сейчас обращаются страны-союзники, либо нейтральные страны. Но в целом можно говорить, что все запросы, которые поступают от стран о передаче тигров, оперативно отрабатываются. В неволе достаточно много амурских тигров с чистым генотипом, поэтому обращения находят ответ.
– Городской зоопарк японского города Фукуока недавно сообщал о смерти старейшего в стране тигра. Может ли Россия передать им хищника, если будет такой запрос?
– Насколько я знаю, запроса от них не было. Но, если что, Россия может рассмотреть такой запрос.
– Ранее вы рассказывали, что власти РФ и КНДР обсуждают возможность обмена амурскими тиграми, живущими в зоопарках. В какой стадии сейчас этот вопрос?
– Пока проект, скажем так, в начальной стадии и постепенно развивается.
– На ВЭФ-2025 Центр "Амурский тигр" подписал меморандум о присоединении к Международному альянсу крупных кошачьих, созданный по инициативе премьер-министра Индии Нарендры Моди. Какая работа сейчас ведется в рамках меморандума?
– Сотрудничество развивается, к альянсу присоединилось и Минприроды России, нас там стало больше. Планировался общий саммит Альянса больших кошек в Индии, но из-за вспышки Эболы в ряде африканских стран он был перенесен, предварительно, на осень 2026 года. В рамках работы мы уже успели выпустить книгу: комитет альянса в научно-популярном виде собрал истории о кошках из всех стран-участниц. От России у нас две истории о встречах с тиграми: от жителя приморского поселка Красный Яр Якова Кончуги и от меня. Кроме того, между членами альянса регулярно идет обмен информационными и научными данными, страны делятся опытом. Например, если нас интересуют какие-то новые модели фотоловушек, то мы обращаемся в страну, которая уже их использует, и нам не отказывают. Идет живой обмен опытом.
На съезде альянса будут выбраны различного рода рабочие тематические группы по тигру, по леопарду, по пуме и так далее. В рамках этих подгрупп будут заниматься теми или иными проблемами. Какие-то из них будут общими, допустим, по эпизоотиям. Страны в вопросе болезней животных уже взаимодействуют. Все вспышки исследуются, ученые делятся результатами, публикуют их, и другие страны пользуются ими. Раньше все варились в собственном соку или изобретали велосипед. Сейчас такого нет – все данные открыты, идет активный обмен опытом, что помогает многие проблемы решать еще на стадии их появления.
