Рынок решений для межмашинного взаимодействия (М2М) в России переходит от нишевой технологии к полноценной инфраструктуре экономики данных. Почему M2M перестал быть "интернетом для чайников", как регулирование меняет рынок, зачем автопроизводителям нужна сеть обмена данными и почему видеонаблюдение становится частью интернета вещей, в интервью РИА Новости на полях форума "Цифровая индустрия промышленной России" рассказал директор департамента по продуктам бизнес-рынка МТС Максим Ананченко.
– Максим, что сегодня происходит на рынке M2M? Какие тенденции вы наблюдаете?
– Если говорить кратко, то рынок окончательно перешел от стадии экспериментов к индустриальному масштабированию. По итогам 2025 года сегмент M2M (Machine‑to‑Machine) в МТС вырос более чем на 30% год к году. И это уже не просто органический рост спроса, а изменение самой философии потребления подобных сервисов.
Если раньше M2M воспринимался как специализированное решение для крупных телематических проектов, например, транспорта, энергетики, систем "умного города", – то сегодня это полноценный инфраструктурный слой, который пронизывает практически все отрасли экономики. Речь уже идет не только о корпорациях, но и о среднем и малом бизнесе – от агротехнологий и логистики до розницы и пищевого производства.
Я бы выделил три тектонических сдвига. Первый – взрывной рост количества подключенных устройств. Роботизированные комплексы, интеллектуальные счетчики, датчики промышленной безопасности, автономная складская техника – всем им нужен не просто интернет-доступ, а управляемый и гарантированный канал связи с предсказуемыми параметрами.
Второй тренд – запрос на единый центр управления инфраструктурой. Без него автоматизация в промышленном масштабе невозможна. Когда у компании тысячи сим-карт, обслуживание вручную превращается в зоопарк.
Третий фактор – изменение регуляторной среды. Усиление контроля за использованием сим-карт и борьба с серыми схемами создали окно возможностей для крупных технологических игроков. Бизнес все чаще понимает, что легальная и прозрачная модель подключения – это не дополнительные расходы, а защита от блокировок, штрафов и простоев. И рост рынка более чем на 30% – прямое подтверждение того, что компании начали активно инвестировать в такую инфраструктуру.
– Вы упомянули регуляторику. Для многих предпринимателей это скорее головная боль. Почему для вас это окно возможностей?
– Регуляторика постепенно очищает рынок от недобросовестных практик. Раньше можно было "раздать коробку симок", не задумываясь, куда и как они будут использоваться. Это создавало риски для всей экосистемы: от мошеннического трафика до компрометации сетей.
Сейчас правила игры изменились, и бизнесу нужен технологический комплаенс – решение, которое автоматически обеспечивает соответствие требованиям. Наша M2M-платформа позволяет в реальном времени контролировать подключение устройств: отслеживать геолокацию, анализировать профиль потребления трафика, управлять IMEI-привязкой, сетевыми политиками и сценариями использования. Если система фиксирует отклонение, например, попытку нецелевого использования сим-карты или работу в несанкционированной геозоне – платформа может автоматически ограничить подключение или перевести его в защищенный режим. Для бизнеса это прежде всего инструмент управления рисками и непрерывностью процессов.
Кроме того, такие решения позволяют обеспечивать стабильную работу даже в условиях ограничений или повышенной нагрузки на сеть. За счет защищенных каналов и гибкого управления профилями критически важные устройства продолжают функционировать даже в нестандартных условиях.
– Кто сегодня основной потребитель M2M? Действительно ли малый бизнес активно пошел в эту технологию?
– Да, и это, пожалуй, одно из самых заметных изменений последних лет. Исторически M2M был территорией крупных компаний и государственного сектора. Сейчас ситуация быстро меняется. Причина проста: стоимость потерь от неконтролируемой связи для малого бизнеса может быть столь же чувствительной, как и для корпораций. Условная региональная сеть АЗС или пищевое производство не могут позволить себе простой из-за того, что где-то "ушла в минус" симка на холодильной установке или терминале оплаты.
Мы видим высокий спрос на относительно простые, но очень практичные сценарии: мониторинг холодовой цепи в малом ретейле, контроль работы выездных бригад, управление парком телематических устройств в агросекторе. И здесь важна демократизация технологии. Мы перевели сложные M2M-инструменты в облачные интерфейсы, которые не требуют глубокой IT-экспертизы. По сути, малый бизнес получает доступ к тем же инструментам управления, которые раньше были доступны только крупнейшим корпорациям, но с другим уровнем стоимости и входного порога.
Есть и прямой экономический эффект. Платформа позволяет выявлять так называемых "молчунов" – сим-карты, которые не передают данные, но продолжают тарифицироваться, а именно оптимизировать пакеты услуг и управлять трафиком. В ряде случаев компании сокращали расходы на связь на 15–25% уже в первый месяц после внедрения.
– Вы неоднократно подчеркивали важность единого центра управления. Почему без него автоматизация, о которой все говорят, невозможна?
– Потому что автоматизация – это не раздача интернета роботам, а управление критическими процессами с гарантированной целостностью. Представьте себе распределенную энергосистему: сотни тысяч интеллектуальных приборов учета, датчиков качества электроэнергии, релейной защиты. Если все они работают по разным правилам и профилям безопасности, то при малейшей аномалии вы получаете каскадный сбой.
Единая M2M-платформа формирует сквозной контур управления: от сим-профиля до прикладных протоколов передачи данных. Она контролирует лимиты трафика, каналы связи, роуминг, доступ к APN, обновляет ключи безопасности "по воздуху". Кроме того, такая архитектура позволяет использовать edge computing (периферийные вычисления – ред.) – когда часть обработки данных происходит непосредственно на устройстве, а не в центральном дата-центре. Это снижает нагрузку на инфраструктуру и ускоряет реакцию системы. Например, устройство может передавать не весь массив данных, а только зафиксированные аномалии.
Приведу конкретный пример. Один из наших заказчиков, предоставляющий услуги по безопасности, интегрировал элементы управления M2M сразу в свою ERP-систему. Раньше при попытке несанкционированного доступа к сим-карте, например, недобросовестным исполнителем по монтажу или эксплуатации оборудования, им требовалось ручное расследование. Сейчас любое аномальное поведение или нецелевое использование сразу фиксируется и поступает уведомление в центр управления, работа сим-карты либо блокируется, либо ограничивается по заданному сценарию. Это и есть разница между "просто связью" и промышленным контуром управления.
– Давайте перейдем к транспортной телематике. В последние годы iOV (Internet of Vehicles – интернет транспорта – ред.) активно растет. Но ведь это зрелый рынок, где, казалось бы, все уже поделено. Откуда такой рост?
– Классическая автотелематика действительно зрелая история. Мониторинг транспорта, контроль маршрутов, управление автопарками используются давно. Но сейчас рынок переживает вторую волну роста – уже вокруг connected car (подключенный к технологиям автомобиль – ред.) и цифровых сервисов для массового пользователя. Современный автомобиль постепенно становится цифровым устройством. Онлайн-сервисы, удаленное управление через мобильное приложение, OTA-обновления, мультимедиа и навигация становятся частью стандартной комплектации. Особенно активно этот сегмент развивается у китайских автопроизводителей. Если раньше конкурентным преимуществом были опции вроде бесключевого доступа или электропривода сидений, то теперь таким же обязательным элементом становятся цифровые сервисы автомобиля.
Именно здесь мы видим наиболее активный рост. Сегодня около 90% автомобильных брендов, представленных в России с IoV-сервисами, используют IoV Connectivity от МТС. За последние годы мы накопили серьезную экспертизу в реализации таких проектов – от сетевой интеграции и управления трафиком до обеспечения стабильности и безопасности передачи данных. Только по итогам 2025 года это направление выросло более чем на 40%.
– В портфеле решений МТС есть и системы видеонаблюдения. Как оно стыкуется с логикой M2M-платформы?
– Видеонаблюдение сейчас переживает тот же этап трансформации, что и весь рынок IoT (Internet of Things – интернет вещей – ред.). Камера перестает быть просто устройством передачи видеопотока и становится интеллектуальным источником данных и событий.
Современные IP-камеры способны самостоятельно выполнять видеоаналитику: распознавать лица, фиксировать пересечение периметра, контролировать очереди, выявлять дым или возгорание. Для этого необходимы те же инструменты, которые используются в M2M: гарантированный канал связи, защищенная передача данных, централизованное управление устройствами. Через платформу заказчик управляет камерами так же, как телематическими датчиками: задает политики хранения и передачи данных, контролирует прошивки, распределяет пропускную способность каналов. При этом система может передавать не непрерывный поток видео, а только релевантные фрагменты и метаданные событий. Это позволяет экономить до 70–80% трафика и одновременно повышает скорость реакции на инциденты. По сути, видеонаблюдение становится частью единой IoT-экосистемы, где камеры, датчики и телематические устройства управляются из одного интерфейса.
– Если резюмировать: куда движется рынок и какую роль вы видите для себя?
– Рынок переходит от модели "подключить устройство" к модели "управлять и оптимизировать". Мы видим устойчивый рост практически во всех сегментах – M2M, IoV, промышленный IoT, видеоаналитика. И это только начало. Сегодня запрос на автоматизацию, управляемость и эффективность данных присутствует практически во всех отраслях экономики. Особенно актуально это в рамках государственного трека "Экономика данных" – без надежного инфраструктурного слоя, который мы обеспечиваем, цифровые двойники и предиктивная аналитика останутся лозунгами.
Наша задача – быть технологическим фундаментом, который гарантирует чистоту, безопасность и управляемость первичных данных. И мы видим, что бизнес это все больше осознает, вне зависимости от размера. Другими словами, M2M перестал быть "интернетом для чайников" и превратился в инфраструктуру экономики данных.