"Теперь у них другие проблемы"

Несмотря на растущую роль дронов в выполнении боевых задач, артиллерийский огонь остается важным фактором, влияющим на исход сражений в зоне СВО. Однако перемены в военном искусстве не обошли "богов войны" стороной. И эти новации тоже во многом связаны с БПЛА. Бойцы 238-й артиллерийской бригады, действующей в интересах группировки "Юг", рассказали РИА Новости о том, как передовые разработки помогают уничтожать ВСУ на поле боя.

"Чтобы подготовить орудие к выстрелу "Краснополем", расчету достаточно двух минут. Замеряем температуру пороха, вносим все поправки с пульта, и можно работать", — рассказывает командир 2-го огневого взвода гаубичного дивизиона с позывным Ангара.

Орудие — 2А65 "Мста-Б". Управляемые боеприпасы для бойцов подразделения — привычный инструмент.

"Точность у "Краснополя" — 99 процентов, — подчеркивает офицер. — Но его применение требует отлаженного взаимодействия не только расчета, но и с пунктом управления огнем батареи, и с оператором БПЛА. С "птичниками" заранее все обсуждаем, они нас предупреждают, когда подлетают. Цель подсвечивают где-то с пяти километров. Секунд на 15 — этого достаточно".

В начале СВО было иначе.

"В Мариуполе, например, действовали группы артиллерийской разведки с лазерным дальномером-целеуказателем. Требовалось на километр подобраться к цели, чтобы навестись", — поясняет Ангара.

"Краснополь-М2", которым сейчас вооружен дивизион, — моноблочный боеприпас, в отличие от предшественника.

"Расчет загружает в снаряд данные с пульта, все высчитывается — когда открываются закрылки и так далее. Раньше это настраивали механически", — говорит офицер.

Бригада находится в постоянном контакте с разработчиками: о каждом сходе боеприпаса с траектории сообщают, чтобы выяснить причины и усовершенствовать снаряд.

Командиру взвода 28 лет. Выпускник Михайловской артиллерийской академии. За плечами — бои в ЛНР, а также Артемовск, Марьинка, Курахово, Красноармейск, Димитров. Воевал на РСЗО "Ураган", потом перевели в гаубичный дивизион.

"На мой взгляд, наши орудия, 2А65, показали себя лучше всего — в плане надежности, выносливости, удобства и точности, — отмечает он. — В хороший день у нас расход 100-150 обычных боеприпасов. Мы иногда даже расчет меняем, чтобы люди хоть немного передохнули".

Вражеские дроны для артиллеристов, как и для всех остальных на фронте, теперь тоже главная угроза. Вот один из запомнившихся боевых эпизодов.

"Приближался вражеский FPV. Принялись сбивать, попали в винт — он отклонился и ударил сбоку от орудия", — рассказывает офицер.

Осколком повредило механизм прицеливания гаубицы по горизонтали.

"Тут же на месте расчет взял напильники, убрали кожух, подпилили. Через пятнадцать минут мы продолжали работу", — заключает Ангара.

На каждом орудии — средства РЭБ. Также есть гладкоствольные ружья (против FPV) и бронебойные патроны (от тяжелых гексакоптеров).

"А еще у нас дежурят снайперы — у них винтовки от Лобаева. Тоже хорошо себя зарекомендовали, — добавляет офицер. — Мы не раз сбивали беспилотники и из них, и из автоматов".

Один из налетов на позицию взвода продолжался четыре часа. Потратили два цинка патронов, но атаку отбили — без потерь.

"Еще ночь не спали, ждали "Ягу". Обошлось. Только орудие перекатили — жизнь бойцов для нас в приоритете", — подчеркивает Ангара.

Артиллерийские дуэли почти ушли в прошлое. Но все же случаются.

"Выманиваем специально: одно орудие открывает огонь, расчет потом быстро прячется в укрытие, фиксируем, откуда отвечают, и накрываем", — уточняет офицер.

Бывали и курьезы. Однажды наводились на пункт дислокации противника — обычными снарядами. Дали первый пристрелочный. В этот момент в 50 метрах от цели проезжала ББМ "Казак" — боеприпас прошил ее насквозь. Поскольку взрыватель был замедленный, сдетонировал уже под машиной. Двоим из экипажа удалось уйти.

"Но сам "Казак" уже точно не БГ (не боеготов. — Прим. ред.)", — улыбается артиллерист, показывая на шеврон "Специалист по случайным попаданиям".

Поражали и крайне важные цели. Например — РЛС AN/TPQ, предназначенную для контрбатарейной борьбы.

"Противник их прячет, поэтому с БПЛА их непросто найти. Взаимодействовали с рэровцами (РЭР — радиоэлектронная разведка. — Прим. ред.). Они засекли, мы навелись — больше ее никто не видел".

Артиллерийская активность ВСУ в последнее время значительно снизилась.

"Специалисты подзакончились. И работают реже раза в три примерно. Меткость еще сильнее упала", — говорит офицер.

Наводчик расчета "Медуза Горгона" с позывным Малый — на СВО с августа 2022-го. Ему 22, пришел сразу после срочной и курса молодого бойца.

"Мы тоже противника в камень обращаем", — объясняет он прозвище расчета.

На днях операторы БПЛА поразили "Ланцетом" танк, но уничтожить его не получилось. Навели "Медузу".

"Первый снаряд ударил рядом с гусеницей и окончательно обездвижил танк, — рассказывает Малый. — Второй тоже лег поблизости — отрезал пехоту. А третьим угодили четко в башню".

Как-то на Авдеевском направлении с первого выстрела уничтожили пикап противника на ходу.

У Малого медаль "За храбрость". Это за два танка Leopard — сожгли за один день.

"Два "Краснополя" — две цели. Подряд", — уточняет боец.

В подразделении служит и его отец — во взводе разведки.

Сейчас дивизион действует на Константиновском направлении. За полтора месяца этого года "Медуза" поразила порядка 60 целей. В основном удары наносят по пунктам управления БПЛА противника, ангарам с техникой и складам боеприпасов.

"Недавно уничтожили склад снарядов для БПЛА, — говорит Малый. — По радиоперехвату узнали, что операторы жалуются, мол, не могут работать. Ну мы и их точку "разобрали" — теперь у них другая проблема".

Бывают задачи и посерьезнее, добавляет Ангара. Летом его подопечные уничтожили мост в Константиновке.

"Штук десять "Краснополей" понадобилось, они чуть помощнее. Но сложили все-таки", — отмечает он.

По его словам, бойцы держат под огневым контролем уже 70 процентов города. Любые попытки противника проехать пресекаются, поэтому тяжелую технику ВСУ сюда практически не заводят. Только легковой автотранспорт и багги. Но и все это впоследствии уничтожается в ангарах.

На вопрос о возможном снарядном голоде отмахивается: орудие молчит, только когда нет целей.