МОСКВА, 16 фев — РИА Новости, Елена Савельева. С конца 2022-го количество обанкротившихся в Германии компаний подскочило на 80 процентов. Особенно пострадали энергоемкие производства. Чем это грозит ведущей экономике еврозоны — в материале РИА Новости.
"Волна продолжается"
По данным Ассоциации немецких торгово-промышленных палат (DIHK), банкротства в 2025-м достигли десятилетнего максимума.
Заявления подали 23 900 компаний — на 8,3% больше, чем в 2024-м. При этом в предшествующие два года прирост был еще выше — 22,9% и 22,5% соответственно.
По информации Евростата, в третьем квартале индекс бизнес-банкротств в ФРГ взлетел до 175,3. Для сравнения: в четвертом квартале 2022-го было 97,1. То есть плюс 80,5%.
«
В DIHK констатировали: "волна банкротств продолжается". Причем на производственный сектор приходится 10,3%. Это прежде всего поставщики автомобильных комплектующих и металлообрабатывающие компании.
Сокращение мощностей
В Немецком экономического институте (IW) в Кельне указали на затянувшуюся экономическую стагнацию в стране. Учитывая сохраняющуюся слабость экономики, банкротств могло быть еще больше, отмечают аналитики.
Ключевые причины такого положения дел — санкции ЕС против России и утрата доступных энергоресурсов. Это сильно ударило по промпроизводству.
«
Для автопрома, металлургии, химической отрасли стоимость энергии — вопрос критический. К 2025-му расходы промышленных предприятий на электроэнергию оказались на 40-50% выше, чем в 2021-м.
У крупных игроков вариантов немного: либо резко сокращать мощности, либо выводить их за пределы Евросоюза. Так, в частности, поступили Volkswagen, BMW, Mercedes-Benz, BASF. Малым и средним предприятиям зачастую остается лишь одно: объявить себя неплатежеспособными.
Утрата рынков
Промышленный кризис подстегнула утрата российского рынка. Тут тоже больше всего пострадали автопром и машиностроение. И дело не только в экспорте — под давлением властей немцы распродали за бесценок заводы и другие активы в России.
Так, Volkswagen Group только в 2022-м списала 1,9 миллиарда евро.
Гигантский ущерб понесла BASF, осуществлявшая крупные инвестиции в проекты по добыче газа в Западной Сибири через совместное предприятие Wintershall Dea (там BASF принадлежало 72,7%). Убыток — 7,3 миллиарда евро.
Mercedes-Benz Group потеряла 709 миллионов евро, BMW Group — 646, Siemens — 600. Также среди пострадавших Bosch, Henkel, Metro AG.
«
Торговые разногласия ЕС и США усугубили кризис: доступ на американский рынок сильно усложнился. Пошлины на товары, включая автомобили и фармацевтику, повысились с 2,5 до 15%. По оценкам Deloitte, в результате Германия недосчитается порядка 30 миллиардов евро в год.
Дела настолько плохи, что закрываются даже колбасные производства, указывает Economist.
Так, Eberswalder Wurstwerke, в 1980-х — крупнейший в Европе поставщик колбас, объявила о закрытии завода в Бритце. Пару лет назад его выкупил Tönnies — западногерманское мясоперерабатывающее предприятие, но в итоге там признали: сохранить актив на плаву не удастся.
Длительная стагнация
По оценкам статистического агентства Destatis, немецкая экономика вошла в фазу стагнации вскоре после введения Евросоюзом антироссийских санкций. А промышленность в стране сократилась за четыре года на семь процентов.
Это затронуло машиностроение и производство оборудования, фармацевтический, электротехнический, компьютерный, электронный, оптический сектора.
ВВП в четвертом квартале прибавил всего 0,3% по сравнению с тем же периодом 2024-го. Периоду стагнации предшествовало сокращение экономики. Так, с первого квартала 2023-го по третий 2024-го ВВП потерял 0,7%.
«
Экспортно-ориентированные отрасли особенно уязвимы к глобальным конфликтам, пошлинам и высоким ценам на энергоносители. А экономическая модель Германии крайне плохо приспособлена к новым реалиям, констатируют эксперты.
Требования к правительству вернуть поставки газа из России звучат все громче. Поступают парламентские обращения, сообщил депутат бундестага и представитель партии "Альтернатива для Германии" по энергетической политике Штеффен Котре.
Он подчеркнул, что увеличение импорта СПГ из Соединенных Штатов создает новые риски односторонней зависимости от поставок энергоносителей, при этом закупаемый сейчас газ значительно дороже, чем трубопроводный, который ранее поступал в больших объемах из России.