Конфликт на Украине находится на переломном этапе, заявил РИА Новости посол по особым поручениям МИД России по преступлениям киевского режима Родион Мирошник. В интервью корреспонденту агентства Валерии Балыкиной он рассказал о том, почему иностранные наемники больше не хотят воевать на стороне Украины и каким пыткам подвергаются российские военные в тайных тюрьмах противника.
— Родион Валерьевич, по вашему мнению, на каком этапе сейчас находится ситуация со специальной военной операцией?
— Нужно воспринимать военные действия и противостояние как большую шахматную партию. За каждым шагом следуют ответные действия. Продолжительность военных действий зависит от возможностей сторон на эти ответные действия. Сейчас мы находимся, возможно, на определенном переломном этапе, который связан в первую очередь со снабжением и содержанием несамостоятельного киевского режима. Его способность к выживанию и продолжению кровопролития напрямую зависит от поддержки в первую очередь Европы.
Мы наблюдаем раскол в западном мире. Продолжение кровопролития зависит от позиции наиболее радикальных "ястребов" — Евросоюза, Британии, "евротройки" и североевропейских государств, которые осуществляют военную, финансовую и дипломатическую поддержку Киева. Их позиция меняется только в радикальную сторону. Ожидать от них смягчения или поиска компромисса достаточно сложно. Важно понимать, насколько Европа в состоянии финансировать конфликт, какие возможности военно-промышленного комплекса европейских государств будут достаточными, чтобы поддерживать интенсивное противостояние на территории Украины. Это является, наверное, одним из главных факторов.
Ключевым же фактором является позиция США. Потому что действия "евротройки" и руководства Евросоюза — это танцы перед (президентом США. — Прим. ред.) Трампом с целью затянуть его обратно, поменять позицию на поддержку Европы, продолжение финансирования, предоставление военных услуг, а желательно втянуть его еще в договорные отношения, где они могли бы зафиксировать его обязанность включиться в прямые военные действия. На мой взгляд, это сон ряда лидеров Евросоюза, которые спят и видят, чтобы втянуть США в прямое противостояние России и Запада.
— Как вы считаете, какие действия российской стороны могут привести к тому, что Украина и Европа согласятся с нашими условиями мира?
— Это вопросы, связанные с реальной ситуацией на земле, это наши победы. Инициатива находится у наших вооруженных сил. Мы продвигаемся, и по мере нашего продвижения разрушается миф о том, что Европа и Украина готовы ослабить и победить Россию на поле боя. Конечно же, это ключевой вопрос продолжения финансирования киевского режима — как долго Европа сможет собирать средства для того, чтобы продолжать вбрасывать миллиарды долларов для того, чтобы продолжать конфликт такой интенсивности.
— Наемники каких стран чаще всего участвуют в боях со стороны Украины?
— Сначала это были страны Восточной Европы — поляки, прибалты и румыны. Были грузинские и кавказские легионы, которые отличались мотивацией, но не большим количеством. Это беглые оппозиционеры периода (экс-президента Грузии Михаила. — Прим. ред.) Саакашвили или участники других военных столкновений. На сегодняшний день самые большие контингенты из Латинской Америки — Колумбии и ряда других стран. Эти люди — бывшие наркокаратели, которые потеряли свой контракт и отправились зарабатывать деньги. Дальше — поляки и прибалты.
— Есть ли данные об их примерном количестве?
— По оценкам нашего Минобороны, количество наемников, которые прошли через "мясорубку", достигает где-то 20 тысяч человек. Их может быть и больше, потому что Украина предпринимает максимум усилий для того, чтобы спрятать этих людей. Где-то в декабре украинская сторона приняла решение о расформировании четырех иностранных легионов, которые официально были в структуре ВСУ. Сейчас их "размазали" по другим подразделениям украинских вооруженных сил.
В последнее время украинский "рынок услуг" для европейцев и азиатов просел. Интерес к нему упал из-за того, что многие наемники гибнут и получают серьезные ранения. Часть из них бежит с Украины в свои страны, где они рассказывают, что происходит на театре военных действий на Украине. Это, конечно, снижает привлекательность для иностранцев. Украина обречена воевать за счет своего собственного "пушечного мяса".
— Сколько гражданских лиц вернулись из украинского плена с февраля 2022 года?
— Украина, как чистой воды военная диктатура, измывается в первую очередь над своим населением. По нашим данным, по политически мотивированным статьям прошли и проходят через судебную систему Украины более десяти тысяч человек. Украина эти данные скрывает. В основном это статьи за угрозу территориальной целостности, финансирование терроризма. Это набор статей, по которым режим Зеленского загоняет в тюрьму политически неблагонадежных. Что касается российских граждан, основные обмены или возможность забрать людей появились только в период стамбульских переговоров. По заявлению заместителя министра (иностранных дел России Михаила Галузина. — Прим. ред.), 170 человек мы смогли вернуть на нашу территорию, освободив из заложников.
Двенадцать человек у нас до сих пор находятся в Сумах (интервью записано до возвращения двух жителей Курской области из плена ВСУ. — Прим. ред.). Украинская сторона, наплевав на международные нормы, пытается выменять за гражданских стариков и женщин украинских радикалов — убийц, насильников и извращенцев. Поэтому этот подход к организации обменов гражданского населения на военнопленных порочен в принципе. По-хорошему, на это должна быть жесткая реакция международных организаций. Но организации, где ситуацию контролируют европейцы или западники, стараются смотреть сквозь пальцы.
— Как вы считаете, зачем вообще украинская сторона держит их в заложниках?
— Это механизм давления, как моральный, так и политический. Это логика абсолютно преступника, который говорит: "Вам же жалко свое население? Если вам жалко, то вы должны пойти на уступки". За каждого человека мы должны бороться. Именно для этого они держат этих людей, которыми пытаются за закрытыми дверьми поторговаться за боевиков.
— В каком состоянии и в каких условиях содержатся пленные гражданские лица и как к ним относится украинская сторона?
— Украина издевается над заложниками и продолжает пытаться что-то выторговать для себя. Людей содержат в закрытых помещениях и не выпускают. Состояние здоровья людей не самое лучшее. Обеспечение продуктами питания вызывает очень серьезные вопросы. Рацион, на котором держат людей, которые находятся в стрессе, может привести к существенному ухудшению здоровья, депрессии.
Благодаря усилиям России к этим людям привлечено большое внимание, в частности международных организаций. Международный комитет Красного Креста, хочет он того или не хочет, регулярно посещает этих людей, задавая вопросы. Мы бились и будем биться за то, чтобы люди как можно быстрее вернулись домой.
— Есть ли факты пыток в отношении гражданских, о которых вам известно?
— Гражданские не представляют для украинской стороны интереса с точки зрения информации. Там над ними издеваются просто потому, что они русские. Пытать нерационально. Речь идет о пренебрежительном отношении к гражданским лицам.
— А о военных?
— Это колоссальный спектр положений Женевских конвенций, которые украинская сторона нарушает. В первую очередь это пытки. Самое большое количество издевательств, истязаний происходит в секретных тюрьмах — зинданах, подвалах, бетонных коробках, зачастую в клетках. И вот там, когда о них никто не знает, когда они не включены в списки военнопленных, когда международные организации о них не знают, начинается самое большое издевательство. Там они пытаются выдавить из них военную информацию, применяя элементы мародерства, пытаясь выманить деньги. Это конвейер, который предполагает избиение на входе, марафон истязаний этих людей — электрические стулья, психологическое давление, принуждение, отказ в выдаче еды и воды. При этом туда приходят представители спецслужб, которые пытаются сломать людей. Приходят представители СБУ и ГУР, в том числе и для постановочных роликов, когда человек избит и на него оказывается жесточайшее психологическое давление.
Когда нам вернули ребят в рамках стамбульского процесса, я поговорил с десятками людей. Мы подготовили к выпуску второй доклад, который связан с секретными тюрьмами, истязаниями и издевательствами над нашими военнопленными. Там есть показания наших военных, как украинская сторона, например, в отдельных местах специально травит собаками. Люди показывали искусанные руки и рассказывали, что некоторые просто не дожили, потому что отдельных загрызли собаки. Также это применение запрещенных медицинских препаратов, непредоставление медицинской помощи, использование всевозможных механизмов истязаний и пыток. Это все мы излагаем в своем докладе, который доподлинно проверен и верифицирован. И мы передадим его тем, кто готов слышать. То, что там творится, является полным беспределом, абсолютным военным преступлением, за которое украинской стороне нужно будет обязательно отвечать как персонально, так и государству.
Еще маленький нюанс: на нашей стороне воюют ребята с освобожденных территорий, исторических. Украинская сторона старается их вообще не менять, так как это якобы граждане Украины и они их будут судить сами. Их стараются не включать в списки на обмен. Поэтому Украина и блокирует обмены, в частности потому, что не хочет отдавать ребят из Луганска, Донецка, Запорожской области. Ребят, которые взяли в руки оружие и пошли защищать свой дом. Мало того что над ними издеваются с повышенной мотивацией, так еще стараются не отдавать. Это тоже серьезный вопрос, который должен решаться на международном уровне, с давлением на киевский режим.
— А когда вы планируете обнародовать доклад?
— Это произойдет в ближайшую декаду. Он уже полностью готов. Мы его обязательно отправим нашим дипломатам, которые представляют нашу страну на международных площадках.
— Ведутся ли на данный момент расследования в регионах, населенных пунктах, из которых отступают ВСУ?
– Да, безусловно. По данным Следственного комитета, Россия возбудила около девяти тысяч уголовных дел. Только за минувший год у нас было заведено более трех тысяч новых уголовных дел. Например, они ведут сейчас активную деятельность на территории Курской области. Оттуда приходит очень большое количество материала. К сожалению, с определенной задержкой, потому что есть правовые нормы. На начало января суды вынесли решение в отношении 1071 украинского боевика.
— Помимо Курской области, где еще ведется расследование?
— Они ведутся вдоль всей линии боевого соприкосновения.
— В каких населенных пунктах пока не удалось провести работы по изучению преступлений или затрудняется расследование и почему?
— Главное ограничение возникает, когда есть угроза безопасности следователей. На прифронтовых территориях расследование начинается не очень быстро. Оно наступает после того, как следователь опросит свидетелей и соберет данные. Там, где пока сохраняется "красная зона", а ее много в ДНР. Также дроны мешают расследованию — создают проблемы для полноценных следственных действий. Я для понимания скажу, что расследования еще ведутся на территории ЛНР, и причем это события до 2022 года.
— Вы ранее говорили, что ВСУ в Селидово расстреляли 130 человек. Располагает ли наша сторона списком фамилий и имен погибших?
— Располагает, но не всех. Потому что часть людей, тела которых были собраны на улицах Селидово, свозились в морги. Далеко не у всех были документы, далеко не всегда получается найти их родственников, особенно если это родственники, которые находятся на территории Украины. В конце концов, Селидово находится не так далеко от линии боевого соприкосновения, поэтому полноценное расследование еще впереди.
— О каких зверствах киевского режима в Селидово еще известно — обнаружены ли там тайные пыточные и тюрьмы?
— Перечень преступлений очень большой, и он не ограничивается пытками и истязаниями. По мере продвижения наших вооруженных сил мы сталкиваемся с большим количеством издевательств над гражданским населением. Украинская сторона не создает гуманитарные коридоры. Более того, на ряде направлений украинская сторона поступает циничнее — не дает эвакуировать оттуда тела погибших людей.
— Как бы вы могли прокомментировать информацию о том, что украинские власти приказывают брать на фронт даже инвалидов?
— Украина участвует в этом конфликте только одним ресурсом — человеческим. Этот ресурс они будут использовать по полной программе. Все остальное — деньги, вооружение, дипломатическое прикрытие — дает Запад. Этот ресурс для киевского режима является крайне ценным, и он будет максимально увеличивать списки категорий населения, которые можно использовать в качестве "пушечного мяса". Сейчас они вносят изменения в перечень профессий, которые подпадают под бронь. Они постепенно сужают количество людей, которые могут избежать призыва. Я думаю, в конечном итоге там (на Украине. — Прим. ред.) останутся друзья Зеленского, депутаты "Слуги народа" и прочие деятели.
— Есть ли данные о преднамеренных атаках ВСУ на российские энергетические объекты с начала года? Может быть, есть статистика?
— На международных площадках вызывает шок, что Россия якобы наносит удары по энергообъектам Украины. Россия наносит удары по объектам, которые используются для военных возможностей Украины, для ВПК, транспорта. Нужно понимать, что Украина стянула в Киев огромное количество военных производств, складов, координационных центров, которые являются абсолютно легальными военными целями. Поэтому туда и прилетает. Удар не нацелен на гражданское население. С украинской стороны все с точностью до наоборот. Киев создает невыносимые условия для жизни гражданского населения. Их задача — влиять на внутреннюю повестку и напугать население. Понимаете, насколько векторы разнятся?
— Вы представили свой доклад о преступлениях киевского режима в 2025 году, поменялась ли ситуация в январе 2026-го? Есть ли уже данные и тенденции этого года?
— Мы можем говорить только за январь. Тенденции кардинально не поменялись. Количество пострадавших гражданских жителей за январь больше, чем в ноябре и декабре прошлого года. Украина старается политические переговорные процессы сопровождать усилением давления на гражданское население. Белгородская область сегодня находится на острие, потому что туда сосредоточены удары и по энергетике, и по гражданскому населению, и по приграничным прифронтовым территориям. Политика Украины продолжается. Факт января: девять атак на медицинские учреждения. С приходом (Михаила. — Прим. ред.) Федорова на должность министра обороны Украины активизировались дронщики, которые имеют свою систему бонусов, и в этой системе бонусов атака на автомобиль с красным крестом является каким-то стимулирующим фактором с их точки зрения. Дроны сейчас — это главное средство атак по гражданскому населению. Порядка 90 процентов людей, пострадавших от ударов ВСУ, — в результате атаки украинских дронов.
— Поменялась ли официальная риторика Киева, описывающая их подходы к урегулированию на международных площадках в связи с начавшимся переговорным процессом, инициированным США?
— Зеленский, появляясь на различных площадках, говорит: "Мы так хотим мира, что нам надо победить Россию". Это парадокс. Псевдомирная риторика. Как только на территории Украины будут сконцентрированы большие вооружения, как только Украина немного встряхнется и переподготовит свои силы, она тут же заново пойдет с агрессией на Россию. В этом нет никаких сомнений.
— Родион Валерьевич, вы активно отстаиваете интересы России. Вы на передовой информационной войны. А вы себе задавали вопрос, вы кто — чиновник или гражданин?
— Пройдя через донбасские события, я думаю, я один из тех десятков и сотен тысяч людей, которые на себе ощутили, что такое своя страна и защита государственных интересов, с чем ты сталкиваешься со стороны противника. Поэтому ни у меня, ни у моих земляков нет иллюзий по отношению как к украинской власти, так и к европейским тенденциям. Поэтому в значительной степени — гражданин. А остальное — опыт журналистский и дипломатический только работает на гражданскую позицию.