Восемнадцать триллионов российских рублей — и пусть остальной мир их конвертирует в любую резервную валюту — таков объем грабежа наших активов. ЦБ России, не дожидаясь решения Евросовета по нашим авуарам, намеченного на конец этой недели, подал иск в Арбитражный суд.
В момент, когда грабеж будет совершен (а в этом почти, если у еэсовских не случится временного просветления, сомнений нет), иски от российского финансового регулятора наверняка поступят и в другие юридические инстанции. По всей планете. Вы хотели глобализма? Вы его получили.
Для грабежа европейцев запрут на столько дней, на сколько потребуется, вывернут суставы, выломают руки, помашут перед носами разогретыми паяльником и утюгом — и эти просвещеннейшие люди согласятся с представленным Еврокомиссией решением. О том, что именно к такому варианту все идет, сообщила главная евробанкирша Лагард. Она заявила, что проект по конфискации авуаров выглядит с юридической точки зрения "солидным".
В конце прошлой недели наши деньги были заморожены "навсегда". Это был первый акт грабежа на сотни миллиардов. Грабят не деньги каких-то "олигархов", а трудовые рубли пенсий, заработных плат, доходов от торговли нефтью — и не нефтью тоже. Отданные в доверительное управление тем, кого мы ошибочно считали приличными людьми.
Эти деньги на нас не упали с неба, не были подарены и не были частью наследства. Эти деньги были всеми нами заработаны. В условиях, далеких от благоприятных. Параллельно с созданием финансовой подушки безопасности и стабильности мы выплачивали долги. Как ответственные правопреемники Советского Союза мы взяли на себя обязательства погасить все задолженности, включая и векселя царской России. И по ленд-лизу. И за продовольствие, которое мы закупали на Западе в момент, когда начиналось "новое мышление" Горбачева, и за те финансовые транши, что нам предоставлял МВФ в первые годы, когда СССР потерпел крушение.
Решение о погашении всех существовавших у России финансовых обязательств было политическим. Потому что Россия и русские свои финансовые обязательства выполняют честно и в срок. А не летают по евростолицам на манер бродячего шапито с просьбой "подкинуть сотни миллиардов на демократию, прогресс, европейские ценности, а также чтобы отразить русскую угрозу".
Для вечной заморозки наших активов Еврокомиссия ввела в действие 122-ю статью Лиссабонского протокола. В ней — про действия при "чрезвычайной экономической ситуации" и про то, что в условиях ЧС добиваться согласия всех 27 стран — членов сообщества не требуется. Полнота ответственности ложится на евробюрократов и на их главную фон дер Ляйен. Не нужно быть семи пядей во лбу или обладать третьим глазом, чтобы спрогнозировать фабулу второго акта грабежа.
Двумя третями голосов грабеж 200 с лишним миллиардов евро наших трудовых денег будет одобрен теми, кто в своей жизни палец о палец не ударили и для кого работа — возможность обтирать стены в кулуарах ветвей власти и надувать щеки на заседаниях. Эти люди в жизни не держали ничего тяжелее компьютерной мыши.
Ограбление России для Европы есть система. И мы, если уж совсем откровенно, с ней сталкивались все то время, что — мягко или жестко — противостоим европейцам.
Грабеж — один из способов ограничить наши ресурсы и возможности. Чтобы мы не вырвались вперед. Чтобы мы заткнулись в лапотности, увязли в суглинистой почве, оголодали и покорились "просвещеннейшим эуропейцам", получив за сдачу страны и державы стеклянные бусы в ассортименте.
Нынешняя война Европы с нами (без приставки прокси-), как и все предыдущие русофобские милитаристские кампании, — не про политику, а про экономику. Запад судит по себе.
Там не выучили ни единого урока, не прочли ни единой русской сказки и не в состоянии понять, что русских нельзя взять ни бедностью, ни лишениями, ни голодом, ни мором. Ничем. Мы умеем выживать в условиях дичайшего голода, немыслимых лишений и тогда, когда против нас — весь мир, самоназванный "цивилизованным".
Мы побеждаем в ситуации, когда другие сдаются и лижут сапоги агрессорам. Мы поднимаемся там, где другие стоят на коленях и молят о пощаде. И мы приходим за своим всякий раз, когда по справедливому счету ощущаем себя ограбленными.
Макроновская Франция получила от Крымской войны только парижский мост Альма. Мы же вернули себе Крым. Стармеровской Британии только и осталось, что грезить о новой интервенции в Мурманске, откуда мы их уже вышвыривали с позором. Мерцевской Германии лучше вообще молчать в тряпочку и помнить о надписях на стенах Рейхстага. Молчать и бояться.
Европа — этот современный чахнущий над златом Кощей — должна приготовиться к тому, чтобы проиграть нам. И чтобы вновь получить болезненную прививку от русофобии.
А деньги мы еще заработаем. Миллиарды и триллионы. В любой вашей резервной валюте, какую назовете. И мы обязательно придем — вновь — и за своим. Так что стоять и бояться в Европе могут начать прямо сейчас.
