МОСКВА, 26 июл - РИА Новости. "Ты не пройдешь!" — эту фразу Иосиф Кобзон запомнил на всю жизнь, когда в начале 1960-х его хотели не пустить на главный музыкальный эфир страны — "Голубой огонек". Виной всему был Вадим Мулерман, уже тогда звезда советской эстрады, который, по слухам, буквально "перекрыл кислород" Кобзону, опасаясь конкурента. Закулисные интриги, борьба за место под софитами и месть, которая растянулась на годы: как Мулерман пытался остановить будущую легенду — и почему у него это не вышло.
Борьба двух титанов
Два выдающихся исполнителя советской эстрады — Вадим Мулерман и Иосиф Кобзон шли к вершинам музыкального Олимпа параллельными путями, но каждый своим собственным. Их дороги однажды пересеклись, и в тот момент им было не стыдно разделить одну и ту же награду. Однако радость длилась недолго. Очень скоро на смену ей пришла открытая вражда.
В тот вечер после большого концерта на банкете собралась вся эстрадная элита. Смех, музыка, танцы наполняли зал, но двоим гостям было явно не до веселья — Вадиму Мулермана и Иосифу Кобзону. Они давно старались избегать встреч друг с другом. Особенно после того, как Мулерман женился на Веронике Кругловой, первой супруге Кобзона. С тех пор между ними не было даже видимости нормальных отношений.
Певец Вадим Мулерман
Тем не менее, именно по инициативе Мулермана на том банкете мужчины попытались найти общий язык. Но, увы, эта попытка не увенчалась успехом, возможно, под влиянием алкоголя. Примирения не случилось.
Напротив, ситуация обострилась. Мулерман прямо обвинил Кобзона в том, что тот разрушил судьбу Вероники Кругловой — запретил ей выступать.
Тот самый конкурс
Все началось со Всесоюзного конкурса артистов эстрады. Тогда Мулерман был новичком, а Кобзон уже успел стать звездой — молодой, но уже признанной. Жюри не смогло определить, кто из двух выдающихся баритонов лучше, особенно учитывая, что один исполнял комическую песню, а другой — лирическую, серьезную.
В итоге первая премия была присуждена обоим одновременно — беспрецедентное решение для главного эстрадного конкурса страны. Долгие и жаркие споры в худсовете прервал сам Леонид Утесов, заявивший: "Хватит спорить. Они оба достойны первой премии".
Народный артист СССР Леонид Утёсов
Радость Мулермана была безгранична, в то время как Кобзон испытывал более сложные чувства. Он долгие годы шел к успеху, упорно пробиваясь на сцену, а тут вдруг появился новичок, который с ходу добился такого признания.
Песня "Король победитель" взмыла ввысь и сделала Вадима Мулермана настоящей звездой. Для Кобзона же путь к подобной славе был гораздо длиннее — до тех высот, которых он достиг позднее, ему еще предстояло пройти немало. Любому артисту хочется быть первым и стоять на пьедестале в одиночестве, без соперников рядом. После того конкурса пути Кобзона и Мулермана разошлись. Внешне между ними не было никакой вражды — при встречах они неизменно улыбались и пожимали друг другу руки.
Битва за "Голубой огонек"
В 1962 году "Голубой огонек" только начинал свой путь как культовая новогодняя программа, но конкуренция среди артистов была невероятной. Мулерман, уже известный хитами вроде "Лада", видел в Кобзоне угрозу: тот обладал харизмой, уникальным тембром и быстро набирал популярность. По некоторым свидетельствам, Мулерман использовал свои связи, чтобы ограничить доступ конкурента к эфиру — например, убеждал редакторов, что Кобзон "не соответствует формату" или "слишком провинциален".
Но Кобзон не сдался. Его прорывом стало исполнение песни "Куба — любовь моя!" в образе Че Гевары — с бородой и автоматом. Этот номер, запомнившийся зрителям, показал: его талант невозможно игнорировать, даже если за кулисами плетут интриги.
Телевизионная программа "Голубой огонёк" в 1962 году
Попал в опалу
Однако вскоре эстрадный мир потрясла другая новость — менее приятная. Председателем комитета теле- и радиовещания стал Сергей Лапин — человек, которого боялись все. Его взгляд мог иметь серьезные последствия, и вместе с заместителями он сразу взялся "за дело": в первую очередь — за борьбу с "лиризмом" на эстраде. Время вольной оттепели прошло, теперь нужно было поднимать патриотический дух.
В этой новой атмосфере Кобзон оказался как нельзя кстати. Его репертуар, наполненный патриотизмом и комсомольской тематикой, быстро снискал одобрение начальства. Песни вроде "Не расстанусь с комсомолом" звучали актуально при любой власти. А вот над Мулерманом нависла угроза. Его репертуар — с лирикой и песнями на идише — стал настоящей мишенью для антисемитски настроенного Лапина. Не прошло и много времени, как последствия дали о себе знать.
На предновогоднем собрании актива Гостелерадио Лапин произнес слова, которые стали приговором: "Очень надеюсь, что в Новом году мы обойдемся без Мондрусов, Мулерманов, Александровичей". Мулерман был уверен, что это интриги Кобзона, и опасался, что на этом дело не закончится — он оказался прав.
Председатель Госкомитета СССР по телевидению и радиовещанию Сергей Лапин
В очередной раз судьбы певцов пересеклись при записи песни для фильма "Семнадцать мгновений весны". Режиссер Лиознова требовала, чтобы артист пел не в своем стиле, а словно Штирлиц. Главный претендент — Магомаев — не желал подстраиваться и исполнил песню по-своему.
Тогда пригласили Мулермана, известного своим умением имитировать голоса и стили. Он с радостью взялся за работу, тщательно подслушивая Тихонова и записав песню так, что казалось, будто ее поет сам актер. Лиознова была близка к утверждению Мулермана, но тот уже был в опале.
Желая быть честным, он спросил режиссера, знает ли она о его положении. Лиознова выяснила, что Лапин так не любит Мулермана, что фильм могут отложить только из-за его участия. Тогда она обратилась к Кобзону.
Мулерману не перезвонили — это означало поражение. Но самое горькое для него было то, что песню отдали другому исполнителю. Для Вадима эта история стала незаживающей раной, ведь он знал, что спел потрясающе. А когда фильм вышел и он услышал голос своего соперника, удар по самолюбию был очень болезненным.
Эта история противостояния была странной и многогранной. Вероника Круглова стала лишь одним из катализаторов, но далеко не единственным. Между Мулерманом и Кобзоном разгорелась борьба, в которой смешались личные обиды и творческие амбиции.
