Позывной — Варяг.

Десантник, морпех, генерал, единственный в истории современной России дважды кавалер "Золотой Звезды" — гибель замглавкома ВМФ Михаила Гудкова (позывной — Варяг) стала одной из тяжелейших потерь, понесенных армией в последнее время. Боевой офицер, прошедший все ступени военной карьеры, он постоянно находился на передовой, среди братьев по оружию. О том, каким был Варяг, — в материале РИА Новости.

Уроженец Украинска Селидовского района Донецкой области Михаил Гудков никогда не был паркетным офицером. Он шел в атаку вместе с бойцами, оказывался с ними в самом пекле, лично ходил в разведку и участвовал в зачистках. Вроде бы задача командира — руководить подразделением из тщательно замаскированного и укрепленного командного пункта. Но Гудков не считал себя вправе требовать от подчиненных того, чего не делал сам.

За своих Варяг всегда был горой, с самого детства. Одноклассники по новосибирской школе рассказывали, что Гудков прекрасно учился, но ему порой доставалось за поведение: легко мог врезать по лицу старшекласснику, если тому вздумалось обижать его товарищей. В нем уже тогда видели лидера. Именно в школе будущий дважды Герой России, выросший в военном городке, принял судьбоносное решение пойти в военное училище по примеру отца — офицера РВСН.

И стал одним из лучших курсантов факультета военной разведки Новосибирского высшего военного командного училища. По словам преподавателей, задатки блестящего командира проявились в нем с первого курса. Получил диплом с отличием — в 2005-м. Распределили в элитную 83-ю отдельную гвардейскую десантно-штурмовую бригаду в Уссурийске, где он дослужился до комбата. Ездил в служебные командировки на Кавказ, воевал в Сирии.

После окончания Общевойсковой академии Вооруженных сил Российской Федерации его назначили заместителем командира 155-й отдельной бригады Тихоокеанского флота. В итоге он возглавил это прославленное соединение. Со своими морпехами-дальневосточниками полковник Гудков отправился на специальную военную операцию, где с первых же дней воевал на самых горячих участках фронта.

Боевой путь 155-й бригады на СВО начался с особенно тяжелого направления — Киевского. Противник, застигнутый врасплох, очень быстро пришел в себя и организовал ожесточенное сопротивление. Комбриг на своем "Тигре" с замом и личной охраной находился во главе бронегруппы, наступавшей на один из населенных пунктов Киевской области. Атаковал в лоб — одновременно с разведротой на БТР, ударившей во фланг. Вэсэушники, не ожидавшие такого натиска, дрогнули и побежали, побросав оружие и бронетехнику.

Раненый "Тигр" из последних сил рванул в ближайшую "лесополку", чтобы укрыться под кронами деревьев от излишне назойливого внимания противника. Но внезапно возникла угроза, о которой в те дни знали лишь немногие, — в воздухе раздалось характерное жужжание.

"Мы подумали, что это печка, — говорит Купол. — Но машина была заглушена, печка не работала. Один из нас высунулся и увидел дрон, тащивший в нашу сторону несколько минометных мин. Гораздо позже такие БПЛА назовут "Бабой-ягой". Варяг среагировал моментально: "Жми!" Бронеавтомобиль резко сорвался с места, а через секунду за кормой — взрыв. Дрон еще несколько километров за нами летел, сбрасывая мины, но, к счастью, не попал и ушел на перезарядку. А мы продолжили "тошнить" на голых дисках. К ночи добрались кое-как до командного пункта".

Но поспать Варягу и его морпехам в ту ночь не удалось. Радиоэлектронная разведка вскрыла в ближайшей "лесополке" сигналы телефонов с сим-картами из Польши, Германии, США, Украины. ВСУ вместе с иностранными наемниками готовились ударить 155-й во фланг. Гудков опередил противника и распорядился обрушить на места его сосредоточения всю мощь бригадной артиллерии. "Немцы", как называют морпехи вражеских солдат, не ожидая такой "подставы", разбегались во все стороны. Контратака не состоялась.

Это события только одних суток 155-й бригады и ее командира. Подобного в дальнейшем было очень и очень много.

"После отвода войск из-под Киева нас перебросили в Мариуполь, — рассказывает командир батальона 155-й с позывным Сокол. — Когда зачищали последние кварталы и дома перед "Азовсталью", засевший в одной из 14-этажек снайпер не давал пройти нашим штурмовым группам. Так вот, Варяг прибыл на командно-наблюдательный пункт в соседней высотке и лично навел танк на позицию этого стрелка. Как известно, лучшее противоснайперское оружие — танковая пушка. Позицию быстро подавили, и наши парни продолжили движение вперед".

Затем бригада под командованием Варяга отправилась штурмовать один из главных укрепрайонов ВСУ на Южнодонецком направлении — в Угледаре. Расположенный на возвышенности город долго был "крепким орешком", к которому не знали как подступиться. Тем не менее именно морпехи 155-й заняли южный пригород — Павловку.

И снова Гудков был в первых рядах. По воспоминаниям офицера бригады Веселого, он лично поливал позиции противника из автоматического гранатомета, установленного на крыше командирского "Тигра". Как и всегда, не смог остаться в стороне…

В 2023-м Михаила Гудкова наградили "Звездой" Героя России. Официально — за то, что его бригада приняла на себя удар украинского "контрнаступа" и предотвратила прорыв противника вглубь нашей обороны. По факту — за угледарскую операцию, успех которой позволил обвалить фронт ВСУ на всем Южнодонецком направлении. По сути, освобождение находящихся сильно западнее крупных городов Курахово и Великая Новоселка обеспечили действия бригады Варяга.

В 2024-м комбриг получил приглашение на церемонию инаугурации президента России. Приехал в Кремль "трехсотым" — ранение в ногу. Парадная обувь на гипс не налезла. Пришлось искать ему туфлю 46-го размера, распарывать и заматывать скотчем. По кадрам с той церемонии и не сказать, что с Варягом что-то было не так.

А вообще, в анамнезе у него — пневмоторакс, гемоторакс, осколочные в голову, плечо, ноги. Это нисколько не мешало Варягу тягать железо — как только внимание врачей ослабевало, он тут же сбегал от них в "качалку". Физической форме 40-летнего комбрига позавидовал бы даже молодой спортсмен.

Соединение Гудкова активно участвовало в отражении украинской атаки на Курскую область. Морпехи держали оборону на рубеже Комаровка — Новоивановка — Кульбаки и прилегающих к нему "лесополках". Не пускали врага вглубь страны и регулярно давали ему по зубам в контратаках. Бойцы-дальневосточники внесли огромный вклад в освобождение российской территории от оккупации.

"В момент вторжения я и мой батальон находились в Брянской области, — говорит Сокол. — Поступила задача — передислоцироваться в Курскую для наступательных действий нашей бригады. Уже под Глушковым ко мне в подвал спустился Варяг, произнес уверенные напутственные слова. Заметил, что именно от моего батальона зависит успех всей бригады в дальнейших действиях по освобождению курского приграничья от неонацистов. Я и парни после этого были заряжены по максимуму. За несколько дней выгнали оккупантов из пяти населенных пунктов. И бригада уверенно продолжила выполнять поставленные задачи".

Бойцы 155-й негласно называли своего командира Папой. И цепляли себе на плечи шевроны с девизом "Где варяги — там напряги". Комбриг Гудков был строг, требователен, жестко наказывал "залетчиков". Но всегда поощрял толковых подчиненных. Объяснял, что устав — это не буквальная инструкция. Старая как мир армейская поговорка "инициатива наказывает инициатора" — это не про Варяга. Он, наоборот, призывал делиться идеями.

А еще Варяга очень любили военные корреспонденты. Михаил Гудков был колоритным: рост — под метр восемьдесят, спортивный, с тяжелым прищуром. Но в общении он был максимально прост и обаятелен, отличался феерическим чувством юмора. Понятным, впрочем, только тем, кто регулярно общается с военными. При этом — мощный интеллект.

Однако Гудков был разборчивым и охотно встречался только с теми журналистами, которые вместе с ним прошли огонь, воду и медные трубы. Такой была военкор Первого канала Анна Прокофьева, часто навещавшая в 155-й и завоевавшая там репутацию "нашего человека".

Аня трагически погибла 26 марта в районе Демидовки Белгородской области. Варяг, несмотря на плотный график, приехал на церемонию прощания. И, наверное, в первый раз с трудом подбирал слова: "Прости, Анечка, что не уберегли. Мы за тебя отомстим".