МОСКВА, 20 июл - РИА Новости. Она танцевала в хрустальных туфельках на экране и тушила зажигательные бомбы на крышах блокадного Ленинграда. Янина Жеймо, хрупкая актриса с железной волей, прожила жизнь, достойную сценария: цирковая арена, война, предательство мужа и бессмертная роль Золушки, которую она сыграла в 37 лет, скрывая усталость от голода и потерь.
Ее история — не сказка, а подвиг, где вместо феи-крестной были пулеметы, а вместо тыквы-кареты — разбомбленные павильоны "Ленфильма".
От циркачки до актрисы
Янина Жеймо родилась в 1909 году в Волковыске в семье цирковых артистов. С двух лет выходила на манеж с номером "6-Жеймо-6", жонглировала, играла на барабане и гастролировала по стране. В 13 лет потеряла отца, семья осталась без средств, и Янина, ненавидя ксилофон, выступала с ним на эстраде, чтобы прокормить родных.
В 15 лет тайно поступила в школу Фабрику эксцентрического актера, сокращенно ФЭКС, где ее заметили режиссеры Козинцев и Трауберг. Первая роль в кино, мальчишка в "Мишках против Юденича", привела ее в ужас. Янина, увидев себя на экране, замкнулась и хотела бросить актерство. Но режиссеры уговорили ее вернуться. За девять лет она сыграла 16 ролей, но слава пришла к ней чуть позже.
Режиссер Григорий Козинцев
Настоящий звездный час в карьере Янины Жеймо наступил в 1934 году, когда она снялась в комедии Антонины Кудрявцевой "Разбудите Леночку". Эта немая картина, созданная по сценарию Евгения Шварца и Николая Олейникова, должна была стать первой частью целой серии фильмов о бойкой пионерке Леночке — своеобразного советского мини-сериала. 25-летней актрисе удивительным образом удалось полностью перевоплотиться в подростка — настолько убедительно, что юные коллеги по съемочной площадке, обычные школьники, искренне считали ее своей ровесницей. Они беззаботно дергали ее за косички, звали играть в дворовые игры, и были глубоко обижены, когда случайно узнали настоящий возраст "Леночки".
Уникальный талант Жеймо позволил ей сделать то, что считалось невозможным — она смогла обмануть зрительское восприятие, нарушив негласное правило кинематографа, что даже самая искусная травести не сможет убедительно сыграть ребенка. Успех фильма был оглушительным, и в 1936 году вышло звуковое продолжение — "Леночка и виноград", где партнером "повзрослевшей" Жеймо стал уже знаменитый Борис Чирков.
Но подлинный актерский триумф ждал Янину Жеймо в драме Лео Арнштама "Подруги". Роль Аси-Пуговицы — хрупкой, но невероятно стойкой девушки в солдатской шинели — стала одной из самых ярких в ее карьере. Актриса подошла к работе с необычайной тщательностью: она разработала подробный план каждой сцены, нарисовала диаграмму развития образа, продумала все психологические нюансы. Это вызывало споры с режиссером, который настаивал на более простой и грубой манере игры. Однако упорство Жеймо принесло плоды — ее тонкая, психологически выверенная игра создала образ, который трогал зрителей до слез.
Кадр из фильма "Подруги"
Неизвестные страницы
На экране Янина Жеймо оставалась вечной девочкой-подростком, но в жизни была настоящей законодательницей мод. Она категорически отвергала стандартные наряды от "Москвашвея", предпочитая высокие каблуки и умело превращая скромные платья в экстравагантные туалеты. Ее обаяние покоряло самых разных мужчин.
Личная жизнь актрисы складывалась драматично. Первый брак с актером Андреем Костричкиным, ее партнером по десятку фильмов, распался, хотя и подарил ей дочь Янину. Второй муж — режиссер Иосиф Хейфиц стал отцом ее сына Юлия. Иронично, что именно Хейфиц, снимая беременную жену в "Моей Родине", пытался изменить ее амплуа травести.
Народный артист СССР, Герой Социалистического Труда, кинорежиссер Иосиф Хейфиц
В 1940 году начался новый проект — комедийная серия о кассирше Зине Корзинкиной. Но премьера "Приключений Корзинкиной" совпала с началом блокады. Жеймо, оставшись в осажденном Ленинграде, успела эвакуировать детей и родных в Уржум, сама же пережила страшную зиму 1941-1942 годов.
Трагедия произошла в эвакуации: получив ложное известие о гибели жены, Хейфиц женился вновь. Для пережившей блокаду Жеймо это стало ударом — она впала в тяжелый невроз. Спас ее польский режиссер Леон Жанно, давно влюбленный в актрису, который буквально выходил ее в самые отчаянные месяцы.
Горожане идут по проспекту 25-го Октября (ныне - Невский проспект) в блокадном Ленинграде
От триумфа до эмиграции
Послевоенные годы стали для Янины Жеймо временем одновременно триумфа и профессиональных разочарований. В 1946 году, когда страна только начинала оправляться от ужасов войны, режиссеры Надежда Кошеверова и Михаил Шапиро предложили 38-летней актрисе, только вернувшейся из эвакуации, роль 16-летней Золушки. Это кастинговое решение вызвало бурю негодования в кинематографических кругах — многие считали, что возрастная разница слишком очевидна. Однако Евгений Шварц, автор сценария, твердо стоял на своем: "Я писал эту роль специально для Жеймо!" Его поддержка оказалась решающей.
Работа над фильмом стала для актрисы настоящим испытанием. Фаина Раневская в роли мачехи, по воспоминаниям съемочной группы, буквально терроризировала Жеймо на площадке, требуя от нее полного подчинения. В одной из ключевых сцен, где Золушка должна была отдать хрустальную туфельку сводной сестре, Шварц даже переписал текст, потому что Жеймо наотрез отказалась играть слезы. "Золушка не плачет, она сильная", — настаивала актриса. Этот эпизод ярко характеризует ее профессиональную позицию — даже в сказочном образе она стремилась к психологической достоверности.
© Ленфильм (1947)
Янина Жеймо в кадре фильма "Золушка"
Премьера "Золушки" в 1947 году стала событием всесоюзного масштаба. Фильм, лично одобренный Сталиным к показу ко второй годовщине Победы, собрал в прокате более 18 миллионов зрителей. Картину показали в десятках стран — от Финляндии до Японии. Однако самую важную оценку Жеймо получила от простых зрителей — тысячи писем приходили на студию с благодарностями за "самую настоящую Золушку". Парадоксально, но именно после этого успеха актриса твердо решила: "Больше никаких юных героинь!"
1950-е годы стали для советского кинематографа периодом "малокартинья", а для Жеймо — временем профессионального кризиса. Лишенная возможности сниматься в достойных ролях, она нашла себя в дубляже. Ее голосом заговорили Герда в "Снежной королеве", хозяйка отеля в "Большой прогулке" и десятки других персонажей. Параллельно актриса числилась в труппе Театра-студии киноактера, хотя сцену, по собственному признанию, "терпеть не могла". Ее последним появлением на экране стала роль матери в фильме "Два друга" — иронично, что именно эту, единственную "взрослую" роль в карьере почти никто не запомнил.
Николай Черкасов в роли Кольки и Янина Жеймо в фильме Александра Зархи и Иосифа Хейфица "Горячие денечки"
Личная жизнь в этот период складывалась более удачно. В 1957 году муж Жеймо, режиссер Леон Жанно, получил возможность вернуться на историческую родину — в Польшу. После недолгих раздумий семья приняла решение об эмиграции. Советские власти, к удивлению многих, не стали препятствовать отъезду народной любимицы.
В Варшаве Жеймо полностью отошла от актерской профессии. В отличие от мужа, который с головой окунулся в работу, она нашла себя в роли образцовой хозяйки. "Я научилась печь потрясающие пироги, — шутила актриса в редких интервью. — Если бы не кино, возможно, стала бы шеф-поваром". Их дом всегда был открыт для друзей — преимущественно кинематографистов из круга Жанно.
Горькой иронией судьбы стало то, что в это же время в Италии Джульетта Мазина — ровесница и "кинодвойник" Жеймо, у них был одинаковый рост и похожая фактура — с триумфом играла сложные драматические роли в фильмах Феллини. "В СССР для меня не нашлось своего Феллини", — с грустью признавала Жеймо в частных беседах.
© Getty Images / United Archives
Джульетта Мазина
29 декабря 1987 года Янина Жеймо скончалась в Варшаве в возрасте 78 лет. Согласно последней воле актрисы, ее похоронили в Москве — городе, который стал для нее второй родиной. Муж пережил ее на 10 лет, до конца дней храня архив и память о женщине, которая для миллионов осталась хрупкой Золушкой, но в жизни проявила характер настоящей героини.