Биоархеолог Блёз: майя использовали пещеру Куэва-де-Сангре для жертвоприношений

МОСКВА, 18 мая — РИА Новости, Сергей Проскурин. Шокирующее открытие в Гватемале проливает свет на один из самых жутких обрядов индейцев майя. Его следы — сотни человеческих трупов — до сих пор не дают археологам спокойно спать. Как выяснилось, жертв убивали довольно изобретательным способом. Об исследовании, наводящем ужас, — в материале РИА Новости.

Систему пещер в департаменте Петен (Гватемала) ученые облюбовали еще в 1990-х. Из рассказов местных жителей они узнали, что в них некогда совершали ритуалы легендарные майя.

Правда, в одно подземелье никто из старожилов заходить не решался. "Там творилось страшное", — объясняли они. Да и название у места соответствующее — Куэва-де-Сангре, что переводится как "кровавая пещера".

Как известно, к подобным сельским страшилкам ученые относятся скептически. А потому команда биоархеолога Мишель Блёз из Калифорнийского университета отправилась посмотреть на это капище. Попасть туда можно лишь через небольшую расщелину, дальше — узкий крутой спуск к подземному озеру.

А вокруг него, что немало поразило исследователей, — огромное количество человеческих костей. Останки более сотни человек лежали прямо на берегу, незахороненные. Результаты предварительного анализа показали: большинство из них относится к периоду 400 года до нашей эры — 250 года нашей эры.

Но главное, на скелетах — следы серьезных травм. "Все они смертельные и нанесены непосредственно в момент гибели людей. Из этого мы делаем вывод, что Куэва-де-Сангре использовалась майя как место жертвоприношений", — рассказала журналистам Мишель Блёз.

На ритуальный характер пещеры указывали и другие факты. Например, сложенные друг на друга столбиком детские черепа. Или наличие предметов культа, таких как красная охра и обсидиановые ножи.

Остался вопрос, кому приносили эти жертвы. Но, кажется, ученые уже нашли на него ответ.

Озеро занимает почти всю площадь пещеры. И попасть внутрь можно исключительно с марта по май — в сезон засухи. У местных же есть традиция — в начале последнего весеннего месяца отмечать День креста. Этот праздник, по их словам, уходит корнями в глубокую древность и берет начало от майанского торжества в честь ниспослания дождей.

В мифологии индейцев был лишь один бог, которому преподносили подобные кровавые подарки. Это повелитель воды Чак. Из всех небожителей он, пожалуй, главный старожил — его культ зародился еще на заре доколумбовой цивилизации.

На рельефных изображениях в храмах майя он обычно держит в руке топор или змею. И то и другое — символы молний.

О том, насколько кровавым был культ Чака, свидетельствуют находки последних десятилетий. На нескольких сосудах I века до нашей эры — I века нашей эры он изображен приносящим в жертву младенцев. В городе Мульчик недалеко от Ушмаля археологи наткнулись на фреску, где Чак восседает на троне, окруженном человеческими телами. А на алтаре в древнем поселении Лабна небожителю преподносят в дар взятых в плен воинов.

Но самый масштабный жертвенник — в священном городе майя Чичен-Ица. Это сенот — карстовая воронка, скрытая в лесу, вдали от основных построек. В испанской хронике 1579 года приводится рассказ аборигена об этом месте.

"Правители и знатные люди всех ближних провинций имели обычай: <...> бросать в него женщин из числа принадлежавших им, — свидетельствовал он. — Они приказывали этим женщинам вымаливать у богов удачный и счастливый год для своего господина. Женщин бросали несвязанными, и они падали в воду с большим шумом".

В другой летописи уточняется, что жертвы были исключительно из знатных родов и непременно невинные: "Все шли процессией вместе с девицей <…> и, привязав ее к длинной веревке, опускали вниз, в глубины колодца, окуная много раз, до тех пор, пока не умерщвляли — для того чтобы она была хорошим посредником с их богами".

Помимо этого, майя бросали в колодец бесчисленное количество всевозможных драгоценностей.

Проверить это взялся в 1904-м американский дипломат в отставке и археолог-любитель Эдвард Герберт Томпсон. Выкупил участок земли вокруг сенота, нанял людей, приобрел землечерпалку и отправился в Чичен-Ицу.

Спустя пару недель его команда стала доставать со дна колодца золотые и медные диски с гравировкой, нефритовые украшения, бронзовые колокольчики и глиняные чаши. А затем пошли человеческие кости.

Томпсон поспешил заявить коллегам, что все они принадлежат девушкам. Но его въедливый друг, антрополог Эрнест Хутон из Музея Пибоди, с выводами не торопился.

"Всего из колодца извлекли останки сорока двух индивидов, — писал он в отчете. — Кости прекрасно сохранились. И хотя, согласно легенде, все они должны принадлежать принесенным в жертву девицам, это отнюдь не так: 13 черепов принадлежит взрослым мужчинам в возрасте от 18 до 55 лет, восемь — женщинам в возрасте от 18 до 54 лет и 21 — детям от одного года до 12 лет".

У трех из восьми женщин еще при жизни были переломы пальцев, рук и ног. Аналогичные увечья — у мужчин. Антрополог сделал вывод, что все эти люди были рабами.

Да, Герберт Томпсон ошибся. Но его открытие подтолкнуло других исследователей заняться священным сенотом. Уже в 1961-м в Чичен-Ицу направилась группа специалистов из Национального института антропологии и истории в Мехико.

В их распоряжении было оборудование по последнему слову техники. С его помощью они обнаружили на дне колодца настоящую кладовую культур. Многие артефакты принадлежали народам, жившим далеко от майя. А все — из-за особой склонности индейцев к торговле. Собственного производства металлов у них не было, но обширная сеть дорог имелась. По ней отправлялись караваны купцов в Центральную Мексику, в империю ацтеков, в Коста-Рику и Панаму. Соль, ткани и мед меняли на какао, нефрит, изделия из золота и меди.

Интерес к священному сеноту не иссяк и в наши дни. Не исключено, что археологи достанут со дна еще множество бесценных артефактов. А быть может, и новых жертв кровавого бога Чака.