"Там совершенно иное оружие".

В последние недели по центру Донецка прилетает крайне редко. Бьют по западным Киевскому, Куйбышевскому, Кировскому и Петровскому районам. В ноябре-декабре ситуация была хуже — обстреливали центр, где правительственные здания и основные объекты социальной инфраструктуры.

Местные утверждают, что это из-за ответных действий российских войск. Прежде всего артиллеристов, которые "отрабатывают" по позициям ВСУ под Авдеевкой.

Замаскированные гаубичные и минометные батареи стоят в отдалении от городской застройки и ждут, когда вэсэушники сделают первый шаг. Поле боя круглосуточно мониторят беспилотники. Не дремлют группы разведчиков, выжидая подходящий момент.

"Донбасс, Донбасс, прием! Орудие к бою! Характер цели — миномет, — командир батареи буксируемых гаубиц "Гиацинт-Б" с позывным Кум сыпет в рацию малопонятными для гражданского цифрами. — Первый снаряд. Прицел — 425, уровень — 29.99. От основного левее 0.29. Второй снаряд — прицел больше 1, правее 0.01. Третий снаряд — прицел меньше 2, левее 0.02. По готовности — огонь!"

В 200 метрах — одно из орудий батареи, прикрытое маскировочной сетью и нарубленными ветками. С воздуха выглядит как поваленное дерево. Как только поступает команда, позиция приходит в движение.

Расчет бьет по Авдеевке, где разведка засекла миномет. Нужно уничтожить, пока не поменял позицию. Из укрытий выбегают бойцы и приступают к привычной работе. Старший наводчик орудия с позывным ЧВК, контрактник одной из артбригад Южного военного округа, быстро вводит поправки, подкручивая маховики.

Звучит команда "Орудие, внимание!". ЧВК кивает, кричит "Выстрел!" и дергает за рычаг спуска. Гаубица оглушительно рявкает, 46-килограммовый осколочно-фугасный снаряд уходит по назначению.

Но этого мало. Цель находится на дистанции 23,5 километра, поэтому для гарантии отстреливают еще два боеприпаса. Затем батарея погружается в полное молчание. Наконец рация старшего, хрипя помехами, подтверждает: "Цель поражена, молодцы, мужики!"

"Научились уже их бить, спуску не даем, — скромно улыбается ЧВК. — Три моих главных инструмента: прицел, угломер и уровень. Ошибешься на одно деление — и попадешь в "молоко". Стараемся такого не допускать. Практика у нас — дай бог каждому. Воюем с 24 февраля 2022-го. Все контрактники".

Тяжелее всего было в Мариуполе. Однажды выпустили по позициям на "Азовстали" 70 снарядов беглым огнем.

Слаженность и взаимозаменяемость расчета определяет многое. Еще крайне важно действовать в связке с пехотой. При штурмах ее зачастую "выручают огоньком".

Недавно помогли отдельному разведбату "Спарта" 1-го армейского корпуса взять очередной опорник ВСУ.

Пехота искренне любит и ценит "артеллов". От них напрямую зависит успех штурмовых групп.

"Мы очень многому научились за минувший год, — рассказывает командир орудия, местный житель с позывным Донбасс. — Поняли, что далеко не всегда надо действовать по старым методичкам. Да, уставы написаны кровью. Но тогда не было беспилотников и радаров контрбатарейной борьбы. По науке орудия батареи нужно развертывать в линию, рядом друг с другом. Однако любая ответка в таком случае поразит сразу несколько гаубиц. Вы видите здесь лишь один "Гиацинт". На самом деле их несколько — просто хорошо замаскированы и разведены максимально далеко".

Работают автономно. Каждый расчет сам все выставляет, бьет по целям, меняет позицию. Очень большой плюс, по словам бойца, — если не боятся действовать дерзко, даже нагло.

"Мне особенно запомнился бой, когда мы не могли достать ВСУ издали из-за рельефа местности, — говорит водитель Дамир, буксирующий "Гиацинт" на КамАЗе. — Пришлось рвать дистанцию и подъезжать ближе. Ладошки откровенно потели. Орудие нужно установить, подготовить к стрельбе, ввести все поправки. Это на максимальной дальности мы в относительной безопасности — квадрокоптер-корректировщик на 28 километров не летает, там нужны аппараты другого типа. А тут практически в упор. Но ничего, отработали, свернулись и укатили домой. Слушая, как позади громыхает ответка, с облегчением выдохнули".

Мощный укрепрайон под Авдеевкой — не единственная горячая точка на границах Донецка. Чуть южнее уже год полыхает Марьинка. Тут ВСУ за восемь лет вырыли целый город — подземный. Большинство подвалов соединены ходами, по которым перебрасывают солдат. Окопы полного профиля, железобетонные доты, минные поля. На верхних этажах уцелевших пятиэтажек — позиции операторов ПТУР.

Здесь пехоте помогают в основном не дальнобойные гаубицы, а танкисты Южного военного округа. У них своя тактика.

Одна машина отстреливает боекомплект по целям, ее сменяет другая, потом третья, четвертая. Цикл повторяется. Называется "танковая карусель". Противник буквально не может поднять головы из траншей, а в это время к его позициям скрытно подбираются штурмовые группы. Техника же быстро прячется в лесопосадках, каркасах зданий, оврагах. Но от ответного огня удается уйти не всегда.

"На днях в мою машину воткнулся беспилотник-камикадзе, — рассказывает механик-водитель с позывным Уазик, 50-летний доброволец из Ульяновска. — Ударил по верхней лобовой детали корпуса. Снес блок динамической защиты, других повреждений не было. О том, что нас атаковали, мы поняли, только когда вернулись на базу. Этот танчик вообще бывалый. Прилетало по нему неоднократно. Но каждый раз он вытаскивал нас без потерь".

Сейчас этот сибирский мужик мечтает о дуэли с танками западной школы, которые активно завозят на Украину.

Бойцы в теории уже изучили их особенности. Знают, например, что тот же британский "Челленджер" лучше не бить в лоб бронебойным, а выжидать, когда он подставит борт.

"Танки как танки, никакого страха не испытываем, — пожимает плечами командир экипажа с позывным Абакан. — Даже если подкалиберный не возьмет в лоб, осколочно-фугасный снесет с корпуса всю чувствительную аппаратуру — прицелы, антенны, датчики. Машина ослепнет и станет легкой добычей".

Хотя танковые дуэли — редкость. Техника, поясняет боец, работает в основном по укрепрайонам, огневым точкам и скоплениям пехоты.

Впрочем, главное оружие танкистов 68-го гвардейского полка — не подготовка и современная боевая техника. Бойцы, что называется, поймали кураж, моральный дух высок. Это видно по общению с ними: бодрые, веселые, сыплют шутками с приправой армейского черного юмора. И прекрасно понимают свои задачи.