Константин Косачев заявил, что у Франции и Германии проявляется чувство самосохранения

МОСКВА, 13 дек - РИА Новости. У Франции и Германии проявляется чувство самосохранения, когда речь заходит о гарантиях безопасности для России и принципе неделимости безопасности в целом, считает вице-спикер Совфеда РФ Константин Косачев.

Ранее президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что будущая архитектура безопасности Европы после восстановления мира на Украине должна включать гарантии безопасности для России.

"Возврат к принципу неделимости безопасности - это не переговорная позиция России, но единственно возможная гарантия неповторения конфликтов в будущем. Это единственно возможная стратегия на будущее", - написал российский сенатор в своем Telegram-канале.

По словам Косачева, в подходах Запада о данному вопросу наблюдается раскол. "Чуть более внятные высказывания Макрона в пользу новой архитектуры безопасности после завершения украинского конфликта и чуть более вялые комментарии на этот счет (канцлеры ФРГ Олафа) Шольца говорят о том, что в более ответственно ведущих себя Франции и Германии сохраняются остатки здравого смысла и чувства самосохранения", - добавил он, отметив при этом, что "новобранцы" продолжают вести себя абсолютно безответственно. Так, заместитель министра иностранных дел Польши Павел Яблоньский назвал обсуждения гарантий безопасности для России среди стран-участниц Европейского союза "стратегической ошибкой", напомнил Косачев.

"Страны Балтии предприняли дипломатический демарш, выразив озабоченность из-за заявления Макрона, который уже поддержали та же Польша, а также Словакия с Чехией", - написал российский политик.

По мнению Косачева, "Западу рано или поздно предстоит сделать экзистенциальный выбор - продолжать в нарушение собственных глобальных обязательств обеспечивать безопасность только для себя либо признать, что эта самоубийственная стратегия себя исчерпала и что придётся возвращаться к принципу неделимости".

Сенатор полагает, что 2022 год стал в этом смысле точкой невозврата в прежний мир, где "на словах заявлялось одно, но в делах происходило совершенно другое".