Политический истеблишмент коллективного Запада стращает Россию санкциями: "адскими", "антиолигархическими", "банковскими" и "финансовыми" (и так вплоть до "конфискации активов и имущества", как пригрозила глава внешнеполитического ведомства Британии Лиз Трасс), но не идет дальше объявлений, пусть и широковещательных.
Пока не идет.
Пока против нас ведут войну нервов, европейские закоперщики сидят в Альбионе и Брюсселе и на манер небезызвестного булгаковского Степы Лиходеева шлют телеграммы.
Нам обещают танталовы муки, нас предупреждают о близком "крахе экономики" (мы ведь помним, что ее, нашу экономику, уже с помощью ограничений "разорвали в клочья"), предрекают коллапс и крушение.
Держатели дешевого балагана, в который сегодня превратилось то, что раньше называлось "международными отношениями", выпускают на сцену то министершу, нетвердо знающую историю, то руководителя всей европейской дипломатии, открыто декларирующего, что "Россия — это враг демократии".
Британский МИД, или, как принято называть ведомство, Форин-офис, объявляет о намерении крутануть гаечки ограничений чуть туже, чтобы мы наконец осознали нашу провинность перед всем прогрессивным человечеством, этим "золотым миллиардом" сторонников свобод и демократии.
Истерика, которой место, как мы думали, подальше от чужих глаз, поскольку практически всегда подобное состояние свидетельствует о слабости и позиции, и аргументации, стала с легкой руки нынешнего политического руководства коллективного Запада средством вести политический диалог и способом достижения цели.
Конфигурация, в которой хорошим тоном считается вешать на Россию всех собак, сложилась — в том числе и с помощью европейской послушной прессы — не сегодня.
Ей никак не меньше 15 лет.
Тогда это было робко, с оговорками и иногда с реверансами. За более чем полтора десятилетия голоса русофобов окрепли, их активно подпирали и финансово, и политически и в момент, когда Россия начала четко артикулировать свою позицию, по ней (по позиции), и по стране, и по людям, которые тут живут, начали бить прямой наводкой.
Всякий раз, когда Россия обозначала, что намерена защищать людей (да, первым делом — те, кто нуждается в поддержке; издержками мы занимаемся позже), ее обвиняли в "агрессии".
Всякий раз, когда наша страна стремилась взять под крыло тех, кто искал опору, на нее обрушивались потоки самой грязной клеветы.
Так было в Южной Осетии в 2008-м, так было с Крымом.
Россию в массовом европейском сознании многие годы абсолютно цинично превращали в изгоя, делая для этого все и не стесняясь в средствах.
Мутная ситуация с "отравлением" в Британии? Ищите "российский след".
Взрывы на военных складах в Чехии? Это устроили русские.
Сплетни о существовании неких "разведбаз" во Французских Альпах? И вновь это "происки Москвы".
Нашу страну обвиняли практически во всех смертных (и несмертных тоже) грехах — и так на протяжении не недель или месяцев, а многих лет.
Европейские СМИ беззастенчиво выдвигали обвинения в том, что "Россия клевещет, дезинформирует и вносит раздор", забывая о том, что проекции в психологии еще никто не отменял. И на самом деле это именно западные медиа легко и непринужденно практически в ежедневном режиме обрушивали на Россию потоки и лжи, и клеветы, и той же дезинформации.
Европе, кстати, такой общий раж ненависти не в новинку.
Все это в истории континента уже было.
Чуть менее 90 лет назад.
Когда в Германии после прихода к власти национал-социалистов виноватыми во всех проблемах и главными злодеями были назначены евреи.
Схема накачки ненавистью — такая же или почти такая же.
Ничего нового с момента геббельсовщины не придумали: всегда одна позиция, она же — правильная, всегда одни исключительно светочи и прогрессисты, а другие — латентные или явные злодеи и регрессисты, одни — всегда за свободу и демократию, другие же поддерживают "диктатуру и авторитаризм".
Нюансы, сложности, детали были отправлены в нынешнем европейском дискурсе на свалку, поскольку не они целесообразны, а требуется постоянная монотонная возгонка русофобии.
Как только концентрация ядовитых паров ксенофобии достигнет нужного (по мнению тех, кто в соответствии с партитурой этой кампании дирижирует) значения, может начаться следующий этап.
И уже никто не вспомнит, что практически все, о чем мы мир — цивилизованный и прогрессивный — предупреждали, с удивительной точностью сбылось.
Москва говорила, что Европейский союз, желающий избавиться от мифической "энергозависимости от России", в результате политиканских игр в экологию будет платить в разы дороже за топливо.
Так и получилось.
Москва объясняла, что любые внешние интервенции, пусть и осуществляемые под благими лозунгами, оборачиваются катастрофой — и военной, и гуманитарной.
Москва указывала, что любое расширение НАТО на восток приведет к существенной нестабильности на континенте, и так оно и вышло.
Россия точь-в-точь как Кассандра предупреждала десятки раз, что те, кто самоназначился хранителями всемирной безопасности, не вполне твердо держат штурвал и под их управлением мир может сорваться в пике, но, как и Кассандру, нашу страну не только никто не слушал — ее за пророчества еще и решили изгнать за пределы того самого "цивилизованного мира", который мы сумели защитить (и спасти) во время войны и пытаемся сохранить и сейчас.
Новые угрозы введения санкций и прочих ограничений способны произвести впечатление лишь на возбудимые натуры, в конце концов, что СССР, что Россия: мы живем в санкционном режиме, который ввел против нас Запад, если честно, уже более века назад. Они в общем если и принесли ущерб, то тем, кто их вводил.
Россия все сумела выдержать и выдюжить, спасая тех, кто нуждался в спасении, пусть и не дождавшись от них благодарности, уверенно и спокойно продолжит свой путь.
Не только потому, что за нами сила, но и потому, что за нами правда.