Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

В Крыму семье не дают усыновить ребенка вопреки предсмертной просьбе матери

© Фото : из личного архива Валентины ТарасенкоЕлена и Валентина
Елена и Валентина
МОСКВА, 20 мая — РИА Новости, Ирина Халецкая. Многодетная мать из Симферополя Валентина Тарасенко добивается права оформить опеку над осиротевшим мальчиком. Мать ребенка Елена скончалась в апреле после продолжительной болезни. Незадолго до смерти она написала заявление в органы опеки с просьбой отдать годовалого сына семье Тарасенко. Однако чиновники так и не исполнили последнюю волю матери, сироте подыскивают новую семью. Несмотря на просьбы депутатов, а также уполномоченного по правам ребенка Республики Крым, мальчик остается в детдоме.

Не смогла пройти мимо

Валентину Тарасенко в городе хорошо знают. Она — опытный педагог, раньше преподавала в школе, а сейчас большую часть времени уделяет волонтерской деятельности. Тарасенко — координатор в благотворительном фонде при епархии, кроме того, помогает матерям восстанавливать родительские права и даже участвует с ними в судебных заседаниях. Вместе с мужем воспитывает пятерых родных детей и еще двоих приемных.
Первого мальчика супруги Тарасенко взяли под опеку еще в 2012-м. В то время Валентина выхаживала в больнице детей-отказников, организовав пост нянечек. Там она обратила внимание на новорожденного с тяжелыми заболеваниями и не смогла пройти мимо. Через четыре года в семье появился еще один тяжелобольной ребенок, от которого другие приемные родители отказывались, потому что ему требовалось особое лечение.
© Фото : из личного архива Валентины ТарасенкоЕлена с сыном
Елена с сыном
Елена с сыном
О Елене Черненко (фамилия изменена. — Прим. ред.) Валентина узнала случайно: увидела в соцсетях призыв о помощи одинокой маме — нужно было забрать ребенка из детского дома. Ребенок находился там, пока мать проходила курс химиотерапии. Опека была готова отдать малыша только в хорошие условия. Отец мальчика не помогал и даже не был вписан в свидетельство о рождении. Российского паспорта у Елены не было — лишь недействительный украинский. Поэтому волонтеры собирали для нее деньги и все необходимые вещи.
"У меня как раз была коляска, кроватка и кое-что еще из мелочей. Я предложила погрузить все в машину и довезти до дома, который Лена нашла для проживания. Мы приехали в глухую деревню Стальное. Дом ветхий, но внутри чисто и аккуратно: банки стоят для закатки солений, в кастрюльке обед, выглаженное постельное белье".

"Очень худая, симпатично одета и совершенно лысая молодая женщина вышла к нам, долго благодарила. Мы обалдели: у нее рак лимфатической системы в третьей стадии, в деревне нет ничего, а она собирается здесь жить. Своим мужеством она сразила нас наповал", — вспоминает Валентина.

По ее словам, Черненко хотела выкупить тот дом, чтобы жить с ребенком. Хозяйка просила за жилище 120 тысяч рублей, но когда узнала, что Лене помогают, подняла стоимость до 400 тысяч. Таких денег у волонтеров не было, собственник потребовала покинуть помещение. Елена нашла дом в соседней деревне за арендную плату четыре тысячи в месяц. "Она уже привезла туда вещи, а хозяйка в последний момент отказалась заселять больную Лену. Мне сердце не позволило бросать ее одну на улице, поэтому решила забрать к себе в Симферополь", — рассказывает Тарасенко.

В семью не принимали

Валентина узнала о биографии молодой мамы: до 16 лет она жила в интернате для умственно отсталых детей в Киеве, потому что сильно заикалась. Квартиру, в которой была прописана, отец сдал, а сам жил с другой семьей. Хотя часть собственности принадлежала девушке, домой ее не приняли.
"Так Лена уехала в Крым и оказалась в Джанкое. Познакомилась с мужчиной, он взял ее жить к себе. Родился сын. Свекровь надеялась, что Лена будет все делать по хозяйству. А слабенькая из-за болезни девушка постоянно лежала. В итоге та ее прогнала", — описывает ситуацию собеседница.
Осенью 2018-го волонтеры помогли Черненко оформить российский паспорт, и Лена забрала ребенка из детского дома. Несмотря на лечение, состояние здоровья молодой матери с каждым днем ухудшалось. В ноябре она в отчаянии спросила Валентину, сможет ли та забрать сына себе после ее смерти.
© Фото : из личного архива Валентины ТарасенкоТарасенко на выписке Елены из больницы
Тарасенко на выписке Елены из больницы
Тарасенко на выписке Елены из больницы
"Нельзя сказать, что это решение принималось с бухты-барахты. Для нас это серьезный шаг, мы советовались с мужем. Лена хотела, чтобы сына воспитали самостоятельным, чтобы он ходил на кружки, секции, чтоб он рос в любви. Его отец жизнью ребенка совершенно не интересовался. Впрочем, Лена наказала: если вдруг он все же захочет с ним общаться, не препятствуйте", — объясняет Тарасенко. И добавляет: она также стала малышу крестной мамой.

"Найдем хорошую мать"

Елена пошла на прием в департамент по делам детей Симферополя 14 февраля, сообщила о своем желании передать ребенка после смерти семье Тарасенко. По словам Валентины, ей отказали прямо на приеме.
"Объяснили: "Вы не переживайте, ваш ребенок в детском доме не останется, мы найдем ему хорошую маму. А эта семья, которую вы выбрали, многодетная, у них нет условий". Как такие вердикты можно выносить, если к нам домой даже никто не приходил? Потом неизвестно же, когда мать умрет, может быть, этого вообще бы не произошло, откуда им знать? Кандидат на возможное опекунство не должен состоять на учете, пока не появилась необходимость", — возмущается Тарасенко.
И, забегая вперед, уточняет: уже после смерти Черненко к ней неоднократно приезжали специалисты из отдела попечительства — все проверки семья благополучно прошла. Валентина с мужем здоровы, судимостей нет, условия проживания хорошие.
Елена скончалась 3 апреля. Ее сына сразу же забрали в дом ребенка "Елочка". Валентина подала заявление в прокуратуру, обратилась в аппарат уполномоченного по правам ребенка в Крыму, к депутату Госдумы Андрею Козенко. Тарасенко утверждает, что мальчика забрали в день смерти матери, не предоставив никаких документов, не оформив ни единого акта.

Органы опеки узнали, что у ребенка есть родной дедушка в Киеве. "Специалисты связались с ним, якобы по телефону он дал предварительное согласие забрать внука. Это, по сути, было отказом в предоставлении права на опеку мне. Но как телефонный разговор может быть основанием для принятия решения, как они вообще по голосу определили, что этот человек — отец Елены? Никаких документов, подтверждающих родство, он им так и не прислал", — приводит свою версию Валентина. По ее словам, до сих пор никаких известий от дедушки не было.

Тарасенко уточняет, что еще при жизни Елена поддерживала связь с отцом только по телефону, однако весь разговор сводился к просьбам выписаться из квартиры. "В остальном он не интересовался ее судьбой, даже когда она тяжело заболела. Стоит ли говорить, что на похоронах он не появился? Сейчас ему 63 года, за внуком дед так и не приехал, хотя прекрасно знает, что дочки больше нет, а ребенок, по сути, сирота и находится в доме малютки", — с сожалением говорит Валентина.
Пока официального отказа от органов опеки не поступило, но видеться с мальчиком не разрешают. Тарасенко написала заявление еще 26 апреля, ответа нет по сей день. "В конвенции по правам ребенка четко сказано, что малыша нельзя отрывать от семьи, он должен продолжать общаться с кем-то, это травма. Мне сказали ждать 30 календарных дней. Это же живой ребенок, почему он должен ждать, когда взрослые наиграются в бюрократию?" — недоумевает многодетная мать.
Корреспондент РИА Новости пыталась дозвониться до Владимира Черненко, дедушки мальчика, но он не взял трубку.

Желание матери — важнее

Эта история вызвала большой резонанс в Крыму. Уполномоченный по правам ребенка в республике Ирина Клюева объяснила РИА Новости, что органы опеки считают усыновление более приоритетным, нежели опекунство. И если опираться на Семейный кодекс, это действительно так.
© Фото : из личного архива Валентины ТарасенкоЕлена
Елена
Елена
"Но мама Вити подала заявление с просьбой передать малыша конкретному человеку. Она это сделала в соответствии со всеми законами: есть статья, которая разрешает единственному родителю самостоятельно определить опекуна ребенку. Специалисты отдела попечительства считают, что порядок, описанный в Семейном кодексе, и право Елены равнозначны. Хотя это не так. Она написала заявление, находясь в здравом уме, полностью осознавая все последствия. Я полагаю, что органы опеки просто не имеют права быть вершителем судеб и не учитывать желание матери", — дает оценку Клюева.
Омбудсмен донесла свою позицию и до прокуратуры, но там не увидели нарушений в действиях опеки.

"Я знаю Тарасенко, она и до этого обращалась в аппарат за помощью и поддержкой. Давайте рассуждать логически: если у органов опеки есть какие-то претензии, они в таком случае не могли присвоить Валентине с мужем статус "приемная семья". А у них такой статус есть. Более того, Тарасенко сама рассказала им о дедушке", — ставит точку в споре детский омбудсмен.

РИА Новости связалось с начальником департамента по делам детей в Симферополе Светланой Щербаковой. Она объяснила, что Тарасенко искажает информацию. Чиновник отметила: усыновление в данном случае действительно считается приоритетной формой устройства детей. А так как на момент смерти матери мальчика Валентина Тарасенко не стояла на учете в качестве кандидата в опекуны или усыновители, ей отказали в установлении временной опеки. Решение было принято 19 апреля. Однако уже 25 апреля Тарасенко написала заявление о возможности быть усыновителем — ей дали положительный ответ и поставили в очередь. Щербакова также подтвердила, что чиновники общались с дедушкой мальчика по телефону и он выразил согласие забрать мальчика, однако никаких документов так и не предоставил. Кроме того, начальник департамента сообщила, что Тарасенко раскрыла персональные данные несовершеннолетнего в комментариях СМИ, поэтому в отношении нее написана жалоба в Роскомнадзор.
Адвокат по делам несовершеннолетних Виктория Данильченко, комментируя РИА Новости симферопольскую историю, подчеркнула: органы опеки, помимо формальных нюансов, должны учитывать моральную составляющую и привязанность ребенка к той среде, в которой он проживал в последнее время. По ее мнению, нежелание чиновников учитывать обстоятельства может нанести вред психологическому состоянию мальчика. "Ведь главная обязанность органов опеки и попечительства — действовать в интересах ребенка, соблюдать его права", — заключила Данильченко.
Рекомендуем
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала