Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Павел Астахов: дел много, куда родина пошлет – там и будем работать

© РИА Новости / Владимир Трефилов / Перейти в фотобанкУполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов. Архив
Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов. Архив
Читать ria.ru в
Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов рассказал в интервью РИА Новости, почему детей-сирот в стране становится все меньше, с какими проблемами сегодня сталкиваются молодые семьи и сколько он еще готов трудиться на занимаемом посту.

Уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов в апреле представит главе государства Владимиру Путину ежегодный доклад об итогах своей деятельности за 2015 год. В интервью РИА Новости Астахов рассказал, почему детей-сирот в стране становится все меньше, с какими проблемами сегодня сталкиваются молодые семьи и сколько он еще готов трудиться на занимаемом посту. Беседовала Диана Новикова. 

— В 2015 году вы с рабочими визитами посетили немало регионов России. Что больше всего волнует граждан?

— Перед каждой инспекционной поездкой в регионы мы изучаем статистические показатели, публикации в СМИ, а также обращения. Особое внимание уделяем письмам, где говорится о том, что люди раньше обращались в муниципальные, региональные органы власти и это не дало никакого результата.

Подобные обращения для меня — это сразу "красная карточка" региону. В сложных случаях приглашаем людей на личный прием.

Сегодня необходимо говорить об улучшении обратной связи. Не должно быть у нас людей, которые вынуждены писать президенту из-за того, что глава муниципалитета не нашел времени решить их вопрос. Надо понимать, что это работа местных властей — решать проблемы граждан, они должны реагировать, а не вынуждать человека писать выше. Любой вопрос можно решить на месте. Мы неоднократно в этом убеждались, работая по конкретным обращениям.

Если же это какое-то ЧП или крик отчаяния, я оперативно реагирую на подобные случаи. Каждое утро начинается с подборки ЧП: преступления, ДТП, суициды, розыск — полная сводка того, что произошло с детьми в стране за сутки. По вопиющим случаям мы сразу связываемся с главами регионов, обращаемся к прокурорам, а если проблема системная, здесь мы обращаемся уже к федеральным руководителям вплоть до председателя правительства. И обязательно сразу подключаем моих представителей в регионах — Уполномоченных по правам ребенка.

Мы активно работаем с федеральными властями: Госдумой, Советом Федераций и правительством. За год было несколько обращений к председателю правительства, и надо сказать, что Дмитрий Анатольевич Медведев всегда быстро, эффективно и очень оперативно реагирует и дает поручения профильным ведомствам, и по всем ситуациям обратная связь есть всегда. И, конечно, я регулярно докладываю президенту по всем делам, он в курсе всех самых резонансных ситуаций.

Прошлый год вообще характеризовался с точки зрения работы института тем, что у нас количество общих рассмотренных жалоб, обращений, заявлений, вопросов уже превысило 100 тысяч. Тогда как в 2014 году мы говорили о 71 тысяче таких заявлений, обращений.

— Обратимся к вашему докладу. Насколько я знаю, с 2015 года начал свою работу Центр поиска пропавших детей. Уже есть какие-то результаты этой работы, отмеченные в докладе президенту?

— Впервые в прошлом году мы системно занимались поиском пропавших детей, в частности, был создан Национальный мониторинговый центр поиска пропавших и помощи пострадавшим детям, и он начал работать с 1 августа. Он уже обрел свою идентичность, получил место, там создан волонтерский центр, горячая линия, которая пока существует в тестовом режиме, но мы планируем, что до конца этого года она начнет работать как основная.

С 1 августа до конца 2015 года отработано более 400 анкет, которые поступают на конкретного ребёнка с заявлением о пропаже. Если сравнивать, американский центр поиска, который существует в 1984 года и считается лучшим в мире, так вот он отрабатывает около 1 % всех анкет по пропавшим детям в Америке. Основная ответственность лежит на правоохранительных органах, как и в Европе, и в России, и они уже ищут те самые 99% детей.

Если подсчитать, в общей сложности в прошлом году около 45 тысяч было розыскных дел по детям у нас в стране, и меньше, чем за полгода, центр обработал 400 с лишним анкет, от общего числа это получается 1% за полгода. Таким образом, в самом начале работы уже 1% анкет отработан.

Очень важно, что это негосударственный центр и он живет за счет благотворителей, не тратится ни копейки бюджетных средств. Также каждые три месяца центр отчитывается о проведенной работе президенту.

— Как обстоят дела с детьми-сиротами и с брошенными детьми?

— Уменьшилось и число детей-сирот, и число детей, которые находятся в стационарных интернатах, по сравнению с 2014 и 2011 годами. Вот цифры банка данных детей-сирот и детей, оставленных без попечения родителей: в 2009 году их было 146 тысяч, а на начало этого года их 70 тысяч, то есть уменьшение больше чем в два раза. А если сравнивать с 2011 годом, их тогда было 128 тысяч, то мы увидим, что даже за пять лет разница почти в два раза сохраняется.

Число отказников также уменьшилось серьезно. По официальной статистике Минобрнауки, в 2009 году таких детей было семь тысяч, в 2015 году четыре тысячи. Снижение значительное, вместе с тем, конечно, четыре тысячи брошенных в роддомах новорожденных — это много, хотя эта цифра сравнима с аналогичными в других странах. Основная работа должна быть направлена на профилактику, на поддержку матерей, находящихся в трудной жизненной ситуации, на развитие кризисных центров (я говорю об этом губернаторам при каждой поездке). Нужно поддерживать матерей, у которых рождаются дети с особенностями, с генетическими отклонениями. В Москве в этом плане осуществлен прорыв, значительно снизилось число отказов от детей с синдромом Дауна. Большой вклад в это вносят НКО, которые работают с родителями детей-инвалидов, оказывают им как психологическую помощь, так и помощь в реабилитации.

Мы на базе Тушинской больницы создали и развиваем Школу для родителей детей с хроническими заболеваниями, чтобы поддержать мам и пап, впервые столкнувшихся с диагнозом ребенка. Врачи и психологи рассказывают родителям, как ухаживать за ребенком, какой образ жизни вести, дают конкретные рекомендации. Вот такие инициативы нужно поддерживать. А не говорить, как нам предлагают отдельные законодатели, лоббирующие бэби-боксы, — "вот тебе железный ящик — брось в него ребенка".

— Брошенных детей стало меньше, а уменьшилась ли в связи с этим доля социальных сирот, то есть детей, находящихся в детских домах при живых родителях?

— Фактически за пять лет на 34% снизилось число лишений родительских прав. А за шесть лет еще больше. Лишать родительских прав и отправлять детей в детский дом — просто. Гораздо сложнее поддерживать семьи, оказывать им помощь. Именно этим активно занимается совет по защите семьи при Уполномоченном. В него входят представители самых крупных родительских объединений РВС (Родительское всероссийское сопротивление) и АРКС (Ассоциация родительских комитетов и сообществ). Вот они перешли к конкретным действиям не по критике, а по поддержке таких семей.

Следовательно, меньше стало и социальных сирот: в прошлом году их было 78% от общего числа, а в 2011 году — 84%. Семейное устройство этих детей растет все последние четыре года. Наблюдается рост и по устройству в семьи детей с инвалидностью: за четыре года число устроенных детей-инвалидов в семьи выросло на 58%, а если говорить конкретно про усыновление российскими гражданами, оно выросло в четыре раза — это с 2011 года, за пять лет.

В 2015 году прирост 17 % был в сравнении с позапрошлым годом. Это ответ общества, в том числе на государственные меры поддержки и помощи.

— Вы упомянули о детях-инвалидах. В мире о них говорят все чаще, их число действительно увеличилось или просто об этом начали активнее говорить?

— Общее число детей-инвалидов увеличилось в прошлом году и превысило 600 тысяч. К сожалению, каждый год численность таких детей растет. Эта ситуация связана с ростом заболеваемости, с ростом генетических отклонений, а также с тем, что мы стали теперь бороться за каждого недоношенного ребенка весом от 500 грамм. Если раньше происходил, так называемый естественный отбор, то теперь мы боремся с природой за каждого такого малыша.

— За 2015 год очень много криминальных случаев с детьми было. В СМИ появлялись истории, когда сами родители жестоко убивали своих детей. С чем связано такое обострение? И сколько детей погибло в 2015 году в результате преступных действий?

— В прошлом году 2792 ребенка погибли в результате преступных действий, всего жертвами преступлений стали 102 695 детей. Это цифры очень серьезные: 52 тысячи несовершеннолетних пострадали от преступлений насильственного характера в 2015 году, 33,5 тысячи преступлений совершено против жизни и здоровья — все это + 11% рост от 2014 года, к сожалению.

Мы обратили внимание, что в 2015 году произошел ряд двойных суицидов, когда родители кончали жизнь самоубийством вместе с детьми. Данный феномен требует пристального изучения и проработки со стороны научного сообщества (психиатров, психологов, криминологов). 26 декабря 2015 года 50-летняя женщина в Москве выбросила из окна дома своего шестимесячного ребенка, после чего покончила с собой, или резонансное ЧП в Нижнем Новгороде, где Олег Белов совершил убийство жены и своих шестерых детей. В августе в Уфе 27-летняя жительница Башкирии утопила двоих своих детей. Она совершила это преступление, выйдя из психиатрического стационара. Как и многие вышеупомянутые убийцы, имела диагноз "шизофрения".

Сегодня никто не может лечить людей в принудительном порядке, информация о диагнозе тоже неприкосновенна. Вместе с тем мы предлагаем проработать вопрос об изменении порядка передачи информации о диагнозах и лечении лиц, имеющих психические заболевания, в части предоставления подобной информации органам опеки и попечительства. Сегодня они подобными сведениями не располагают, хотя таким семьям нужно уделять особое внимание.

— Какие современные проблемы сегодня вы наблюдаете у семей?

— Еще одна проблема, которая обострилась в прошлом году, — это кризис валютной ипотеки. Эту проблему нужно решать системно. В 2007 году в Омске я увидел, как для молодых и многодетных семей решается проблема с жильем: когда в семье два ребенка, вам ипотеку на 50% сокращают, а если три, то 0 % ипотека у вас. Так и должно быть.

Мы запросили данные и увидели, что очень много регионов по этой программе уже работают, поэтому на федеральном уровне я поддержал такое предложение депутатов прощать ипотеку, если это многодетная семья. Начать, конечно, нужно с простого, уже опробованного, решения — с процентов, а потом уже двигаться дальше. Я об этом президенту обязательно буду докладывать.

— Если будет принято решение по понижению процентов по кредиту, это автоматически не исключит материнский капитал?

— Материнский капитал до конца 2017 года трогать никто не будет, как обещал президент в своем послании. Кстати, если бы не кризисные явления, он бы очень помог, так как материнский капитал — очень хорошее подспорье для решения жилищной проблемы. Ведь сегодня материнский капитал — это около 500 тысяч, а это примерно треть стоимости квартиры в регионе.

Безусловно, я считаю, что мы должны и дальше продлевать эту программу и не отказываться от нее.

— Отражены ли в вашем докладе какие-то новые проблемы, которых в прошлые года не было?

— Мы в 2015 году столкнулись с такой темой, как вовлечение детей в террористическую деятельность. Есть конкретные примеры того, как люди выезжали из регионов, чтобы принять участие в террористических организациях. У нас такие дела были по Пензенской области, по республике Алтай, по республике Дагестан. Во всех случаях это были дела, когда отцы или целые семьи уезжали через Турцию в страны, подконтрольные ИГ. И нам удалось возвращать детей.

Мы столкнулись с совершенно новыми для нас фактами, совершенно новой реальностью, когда нам пришлось спасать детей, втянутых в эту экстремистскую деятельность. Я думаю, что, к сожалению, в этом году подобных случаев будет больше.

— Вы уже более шести лет занимаете должность уполномоченного по правам ребенка, не будете ли при встрече с Путиным поднимать вопрос о смене должности?

— Человек, когда приходит на государственную должность, становится солдатом. Вот я пришел, мне сказали работать, и я работаю. У нас налажена система взаимодействия с регионами, все субъекты федерации мы проинспектировали, ситуацией владеем в полном объеме, продолжаем дальше работать в этом же режиме. У нас еще много дел, много задумок, а там, куда родина пошлет — там и будем работать.

— Расскажите о своих ближайших рабочих планах и о том, как думаете отпраздновать в сентябре свой юбилей?

— Даже не верится, что дожил до такой даты. Сам себя до сих пор ощущаю на 20 лет. В планах в ближайшие две недели провести с Роспотребнадзором совещание по летней оздоровительной кампании. В мае будет всероссийский съезд Уполномоченных по защите прав несовершеннолетних пациентов.

Также нас ждет большое мероприятие 1 июня, в Международный день защиты детей, — в Большом театре пройдет благотворительный концерт "Дмитрий Хворостовский и друзья — детям".

7-9 сентября пройдет всероссийский детский форум "Дети! Россия! Будущее!" в Калуге. Я буду там работать в день 50-летия. Это будет уже второй форум детей и детских организаций. Я думаю, все должно пройти отлично.

 
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала