Сергей Петухов, обозреватель РИА Новости.
Отныне теща из Бердичева или бабушка из Конотопа не смогут так же часто общаться с любимым зятем и внуками, как и раньше. Если они погостят в России три месяца, то в следующий раз увидят зятя и внуков только через полгода. А если нарушат срок пребывания в нашей стране, отведенный им новым законом, то на ближайшие три года вообще лишатся права въезжать в Россию.
Расстраиваться (или радоваться) по поводу законодательно введенного лимита на общение с украинской тещей, впрочем, рано. Президент Путин уже заявил, что "облечение взаимных поездок" россиян и украинцев — "наш приоритет", и "работа по упрощению условий пересечения российско-украинской границы" продолжается.
Туда-сюда больше не получится
Новый федеральный закон, принятый Госдумой и подписанный президентом буквально накануне Нового года, запрещает иностранцам, имеющим право на безвизовый въезд в РФ, пребывать на территории России суммарно больше 90 суток в течение каждого периода в 180 суток.
Теперь российская граница приоткрывается для безвизового иностранца только на 90 суток (в сумме) в течение каждых шести месяцев, точнее — каждых 180 календарных суток.
Если 90 суток исчерпаны, то следующих 90 суток, когда можно свободно въехать в Россию, иностранец будет ждать полгода (180 суток). Если, скажем, мигрант задержится в России больше чем на три месяца, въезд в нашу страну будет ему запрещен на три года.
Незаметный украинский гастарбайтер
Против кого сработает этот закон? Против мигрантов из стран Центральной Азии? Не все так очевидно.
Летом прошедшего года глава ФМС Константин Ромодановский говорил, что "на российской территории находится около полутора миллионов граждан Украины. Из них только 111 тысяч законно работают, 350 тысяч приехали к родственникам, учиться, лечиться. Получается, что более миллиона граждан Украины работают без соответствующего оформления документов".
В 2012 году украинцы составили пятую часть приехавших к нам иностранцев. Летом 2013 года, по данным Ромодановского, в России было 11 миллионов иностранных рабочих. Получается, что новый закон больно ударит по украинцам.
Претензий, по крайней мере, серьезных, у российского общества и наших правоохранительных органов к украинским гастарбайтерам вроде бы нет. Замкнутые национальные анклавы со своими порядками на российской территории они не образуют, в воздух на свадьбах не стреляют, гопак на площадях не пляшут, даже кутью на Рождество в потолок не бросают (старинный украинский обычай: если кутья — каша с медом — к потолку прилипнет, то наступающий год будет удачным).
Претензия может быть только одна: украинские гастарбайтеры ежегодно отправляют домой примерно 6 млрд долларов, заработанных в России. Сколько еще денег они просто вывозят в кармане, не знает никто.
Понятно, что если работающих у нас граждан Украины станет меньше, природа не потерпит пустоты, и на российском рынке труда их место займут другие гастарбайтеры, скорее всего, хуже говорящие по-русски. Потерянные в России заработки украинцы постараются компенсировать в другом месте — самые энергичные и предприимчивые из них поедут в Европу. Обычная житейская логика: раз уж придется получать право на въезд, то выгоднее получить его туда, где больше платят.
Тещи с братской Украины
По данным Института экономики Российской Академии наук, в Россию ежегодно приезжает 6-7 млн украинцев. Если от полутора до двух миллионов из них гастарбайтеры, то кто же остальные?
Ответ очевиден. Это родственники россиян. По данным тех же ученых-экономистов, у каждого второго жителя Украины в нашей стране есть родственники: у 28% — близкие, у 21% — дальние, с которыми поддерживаются постоянные контакты.
Странно было бы ожидать другого. По переписи населения СССР 1989 года, этнически смешанных русско-украинских браков в РСФСР было примерно 15%, на Украине — около 20%.
За прошедшую с тех пор четверть века ситуация изменилась, но не кардинально. Сейчас официальных данных для всей России по бракам россиян и украинских граждан нет, но для Москвы их попытались приблизительно оценить. В столице с 2002 по 2011 год из всего числа зарегистрированных браков доля таковых с иностранцами варьировалась от 9% до 14%, а каждый третий из этих иностранцев был гражданином или гражданкой Украины. Выходит, что даже по минимальной оценке 3% столичных молодоженов вступают в брак с гражданами Украины.
За десять лет, начиная с 2002-го, в столице было зарегистрировано 100 893 межнациональных брака. Из них абсолютное лидерство принадлежит российско-украинским (35,4%). Предлагаю читателю самому прикинуть, сколько тещ (или свекровей) с братской Украины мы приобретаем ежегодно.
Президент дал надежду
А теперь представьте, что украинскую тещу высаживают из поезда на российской границе со словами, что лимит ее общения вживую с российским зятем на ближайшие полгода исчерпан.
А украинскую бабушку, которая по забывчивости просрочила дату возвращения к себе на Украину, на три года лишают права ездить к своим российским внукам.
Нетрудно представить себе, какие мысли насчет российских пограничников, а в их лице и всей нашей страны, посетят миллионы самых лояльных к России украинских граждан. Об этом, вероятно, не задумывались ни руководство ФМС, ни депутаты, разработавшие новый закон. Во всяком случае, в публичных выступлениях они об этом не упоминали.
Как и о многом другом, об украинских тещах и бабушках, разлученных с российскими зятьями и внуками, пришлось позаботиться президенту России. 17 декабря прошлого года, по иронии судьбы — в тот же день, когда Госдума проголосовала за закон об "безвизовых" иностранцах, в Кремле заседала Российско-украинская межгосударственная комиссия.
По окончании заседания Владимир Путин вышел к журналистам и через них заверил украинский народ: "В целом облегчение взаимных поездок граждан тоже наш приоритет, продолжается работа по упрощению условий пересечения российско-украинской границы. На этот счёт заключены соответствующие соглашения".
Призрак разлуки украинцев с их российскими родственниками вроде бы отступил. Надолго ли, покажет время.