Вера Копылова
"Диалог Данс" — команда под руководством хореографов Ивана Естегнеева и Евгения Кулагина активно работает в пространстве "Гоголь-центра". Премьера очередного танцевального спектакля прошла в том же малом зале, в котором чуть больше года назад кипели страсти по Театру имени Гоголя и проводилась последняя пресс-конференция. Нервно тогда было в зале. Сегодня там тоже неспокойно — но уже по-другому.
"Неврастения характеризуется непреодолимым желанием совершить какое-нибудь действие. Некоторые люди не могут выносить определенный вид нижнего белья, или прикосновение определенной материи и тому подобное. Это действие может быть смешным или незначительным, агрессивным или постыдным, но всегда бессмысленным", — говорится в программке.
Пятеро танцовщиков — две актрисы (Татьяна Караванова, Мария Качалкова) и трое актеров (Илья Оши, Иван Естегнеев и Евгений Кулагин). На сцене пружинный каркас кровати и белоснежные подушки. Образ подушки для реквизита выбран знаковый: приступы у неврастеников часто происходят ночью, и единственный их свидетель — ни в чем не виноватая подушка.
Комментарии на экране посвящены сути современного искусства и роли зрителя в нем. "Каждый становится частью инсталляции". Вначале один и тот же танцевальный эпизод будет повторяться, меняясь в зависимости от костюмов актеров. Четверо выходят на сцену и смотрят в зал — словно они в выставочном зале и смотрят на картину. Пятый сидит спиной к ним на кровати. От взаимодействия с ним рождается танец. Будет и "быдло-танец" в спортивный куртках и трениках, и "милицейская волна" — картина "Целующиеся милиционеры" оживет в исполнении девушки и парня в форме и фуражках.
Все действие — это сплетение персонажей, которые больше не могут терпеть, выносить что-то, что мучает их изнутри или снаружи. Очень много секса, выражаемого в сугубо танцевальной форме. И много юмора: к примеру, классические дворцовые танцы в париках и пышных платьях показывают на маленьком экране обычного телевизора, и наблюдение за ними производит на одного из персонажей необыкновенное и недвусмысленное возбуждение.
Герои проживают свои жизни, не боясь выплеснуть свою неврастению наружу, не боясь неестественных и дерганых движений. В процессе спектакля неврастения переживает катарсис, перерождаясь в обновленное состояние персонажей.
Отдельно остается в памяти музыкальное сопровождение — блестящая работа французского композитора Давида Монсо. Его музыка — местами неудобная какофония, местами благозвучие классических инструментов — всегда она ведет свою собственную работу со зрителем.
