Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Искусство
Культура

Ушел Том Клэнси, последний романтик "холодной войны"

© Flickr / Gary Wayne GilbertАмериканский писатель Том Клэнси, Бостонский колледж, 1989
Американский писатель Том Клэнси, Бостонский колледж, 1989
Том Клэнси – едва ли не единственный из заметных американских литераторов, у которого в произведениях русские были похожи на нормальных людей, замечает Константин Богданов.

Константин Богданов, обозреватель РИА Новости.

Американский писатель Том Клэнси, Бостонский колледж, 1989
Автор романа "Охота за Красным октябрем" скончался на 67 году жизниАмериканский писатель Том Клэнси скончался в одной из больниц Балтимора. Славу и признание писателю принесли политические детективы, действие которых разворачивалось в период холодной войны и сразу после нее.
В американском Балтиморе на 67-м году жизни скончался Томас Лео (Том) Клэнси, едва ли не крупнейший представитель литературного жанра технотриллера. Мировая беллетристика лишилась человека, сделавшего для формирования внушающего уважение образа СССР, России и русских едва ли не больше, чем все современные отечественные авторы.

Романтик с миллионными тиражами

"Я пишу только ради развлечения, и буду писать до тех пор, пока это развлекает меня", – сказал Клэнси на заре своей писательской карьеры. Наивно смотрится на фоне его тиражей и успеха в последующие годы. Но Клэнси с литературной точки зрения был романтиком, точнее, техноромантиком.

Писал он удивительно киногенично – не случайно уже при жизни получил столько экранизаций, включая широко известные "Игры патриотов" и "Прямую и явную угрозу". В его книгах – военно-политические детективные сюжеты, шпионские интриги, глобальный терроризм. Завораживающая по масштабам и фантазии эпопея "Красного шторма" – лучшего с художественной точки зрения литературного описания возможной войны НАТО и ОВД в Европе.

И писал умно. "Войны начинают напуганные люди. Они боятся войны, но куда больше – того, что случится, если они не начнут воевать", – эту цитату можно вешать прямо над входом в зал заседаний Совбеза ООН.

О, его крыли на орехи – и в Америке, и у нас. За ляпы в описании боевых действий и технические ошибки, за "развесистую клюкву", за культурные и политические натяжки в конструировании фабулы, за неизменные "рояли в кустах". Потом переводили дух и заключали: но на фоне того, что пишут все остальные, в общем-то, мужик молодец. И этим, в сущности, можно начать и закончить любые рассуждения о роли и месте Тома Клэнси в современной беллетристике.

Лучший друг советского народа

Остановиться хотелось бы только вот на чем. Том Клэнси отечественному читателю интересен еще и тем, что, по сути, он – чуть ли не единственный из числа заметных американских литераторов, сценаристов или режиссеров последних лет сорока, у которого в произведениях русские были похожи на нормальных людей. А не на дежурную карикатуру про красных komissar, которые прямо из Siberian GULAG вторгаются в Европу верхом на medved, паля на скаку из balalaika и хлебая vodka из matryoshka.

С 1991 года этот миф изменился на идею о бессмысленной и беспощадной "русской мафии" – и это, стоит признать, куда ближе к реальности, чем мифы "холодной войны". Клэнси, к слову, аккуратно отдал должное и этом конструкту в своих книгах, написанных в последние 20 лет.

Однако классические русские у Тома Клэнси – это немного стукнутые, но неизменно умные (даже изощренные), смелые, решительные (порой до полного фатализма) люди, дико уставшие от тяжелой жизни в неустроенности и почти раздавленные ответственностью за происходящее. Если это враги, то это достойные оппоненты. Если это друзья, то на них можно положиться. Если у них чего-то не получается, то только в последний момент, а так бы получилось.

У русских не все работает, но русская военная машина заслуживает уважения. Кстати, Том Клэнси сделал для пропаганды мощи и блеска советской армии едва ли не больше, чем весь отечественный пропагандистский аппарат вместе взятый. И уж во всяком случае исполнил это интереснее и талантливее.

Американский писатель Том Клэнси, Бостонский колледж, 1989
Биография Тома КлэнсиИзвестный американский писатель Том Клэнси, чьим литературным дебютом стал роман "Охота за Красным октябрем", скончался в США в возрасте 66 лет.
В этом смысле весьма забавно, что Клэнси, в сущности, рисовал своих русских героев как эхо-вариант идеального советского служивого аристократа из лучших примеров советского кинематографа. Возьмите героя Игоря Костолевского из "Тегерана-43", или Георгия Жженова из классического сериала про Резидента, или даже Евгения Урбанского из "Чистого неба". Да хотя бы и героя Кирилла Лаврова в "Укрощении огня".

Они были идеализированы и далеки от реальности – меньше, правда, чем ушаночные русские чекисты и политработники, – но с образами русских в исполнении Клэнси их роднит очень и очень многое. Да, собственно, и американские герои его произведений слеплены ровно из того же теста, с поправкой на детали и лучшее знание автором быта, привычек и менталитета. Вот и получалось почти по Киплингу: "сильный с сильным лицом к лицу у края земли встает".

"На что теперь за океаном опереться нам"

Поэтому ранний уход Клэнси (а 66 лет для американского миллионера – это рано, как ни крути) выглядит особенно неприятно. В сущности, в творческой элите с той стороны Атлантики не осталось никого, кто по крайней мере стремился бы понимать нас если не такими, какие мы есть, то такими, какими мы хотели бы себя видеть.

Или, все-таки, понимающих нас там, наоборот, слишком много?.. Ведь если посмотреть на то, что мы сейчас пишем и снимаем о себе сами, можно и впрямь поверить в ушаночный китч из озверевших сталинских особистов и набыченных постперестроечных бандюков, слабо отличимых от ловящих их угрюмых оперов.

Но особенно печально, что уже с этой стороны Атлантики не оказалось никого, кто смог бы даже приблизиться к лучшим образцам творчества Клэнси. Огромные военно-технические и военно-политические машины, которыми предстают Америка и Союз в книгах Клэнси, и близко не получили своего аналога в произведениях русскоязычных прозаиков.

Куда хуже, впрочем, даже не это, а то, что в России желающих понимать и сочувствовать бывшим оппонентам по "холодной войне" (не обижаться на них, не ненавидеть, не завидовать и не раболепствовать перед ними) сыскать еще сложнее, чем в Штатах. А без этого, видимо, написать психологически достоверную картину противостояния пусть идеализированных, но достойных людей, стоящих по разные стороны океана, будет попросту невозможно.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Рекомендуем
Участники крымско-татарский праздника Хыдырлеза   в Бахчисарае. 5 мая 2018
Крымские татары резко отреагировали на предложение Зеленского
Владимир Спиваков
Спиваков отказался от врученного Лукашенко ордена
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала