ТОМСК, 27 авг — РИА Новости, Валерий Попадейкин. История о сносе старого дома в центре Томска, являвшегося особо охраняемым объектом, набирает обороты. Хозяин утверждает, что, покупая дом, не знал о его статусе, а снес здание из-за опасности обрушения. В департаменте по культуре уверены, что дом не был аварийным, а по закону они не обязаны предупреждать хозяев, что их дома стали памятниками.
Судьба снесенного дома уже была предметом судебного разбирательства. В марте 2013 года новый собственник хотел опротестовать включение его в реестр особо охраняемых объектов, но проиграл. Между тем, некоторые томские СМИ высказали предположение, что вся "суета" вокруг здания связана со строительством на соседнем участке крупного торгово-развлекательного центра.
"Я памятник не покупал"
Собственник здания Петр Шнейдер, купивший его в январе 2013 года, заявил агентству, что при покупке ни в одном документе упоминания о том, что объект является "особо охраняемым", не было.
"Когда покупал, здание уже было в очень плохом состоянии. Предыдущий собственник его расселил и даже не стал ремонтировать и сдавать в аренду. Потому что угроза жизни — она была реальна. При покупке я не знал, что у здания есть какие-то обременения. Через органы юстиции регистрация сделки прошла нормально", — сказал Шнейдер.
"Вся задняя часть дома рухнула 14 августа. Остался стоять почти только фасад. И была угроза, что остаток здания рухнет на остановку на проспекте Ленина. Кусок вылетел уже и разбил забор изнутри. У нас документально зафиксированы все эти моменты. Мы в МЧС обратились, и нам выдали предписание, которое должно быть выполнено немедленно. Деваться было некуда", — пояснил Шнейдер.
Несогласованный памятник
Областные власти приняли решение включить здание по проспекту Ленина, 143 в единый государственный реестр объектов культурного наследия в сентябре 2012 года. По мнению сотрудников областного департамента по культуре, на момент принятия решения дом аварийным не был.
"На момент включения он (объект) не был аварийным. Там внутрь эксперту зайти было сложно, но внешне он не был аварийным", — сообщила агентству председатель комитета по охране объектов историко-культурного наследия областного департамента по культуре Елена Перетягина.
Она пояснила, что в январе объект уже был включен в реестр на основании решения администрации города, и закон не обязывает органы власти обсуждать с собственниками включение того или иного здания в список "особо охраняемых объектов".
По ее словам, чиновники обращались к собственникам здания и нынешнему, и предыдущему, с предложением заключить охранный договор, но они отказывались это делать. У департамента же нет полномочий, чтобы заставлять их такие соглашения подписывать.
"Нас поставили в известность 15 числа (августа) о том, что здание разрушилось. По нашему мнению, решать вопрос о наказании будет суд. Гипотетически возможно и воссоздание дома — есть такая мера исполнения решения суда", — сказала Перетягина.
Первый раунд за властью
Судьба разрушенного дома уже была предметом разбирательства в суде. В марте 2013 года, после того как Шнейдер узнал, что купил особо охраняемый объект, он обратился в суд с требованием отменить включение здания по Ленина, 143 в реестр.
По его словам, отказ в удовлетворении иска был вынесен из-за того, что прошли сроки обжалования решения. Чтобы опротестовать включение объекта в реестр, закон дает три месяца. Но Шнейдер купил здание в январе 2013 года, узнал о его статусе — в марте, а включили его в реестр — в сентябре 2012-го.
"Ситуация парадоксальная, пока было время обжаловать — я собственником не был, а когда стал хозяином — срок прошел. Вот суд и отказал. Кроме этого, объект в реестр включили, но он там не зарегистрирован. Нет паспорта объекта и иных документов, которые положены по закону об охране памятников", — пояснил Шнейдер.
Между тем Перетягина заявила, что объект уже включен в реестр, а регистрация в реестре — это другая процедура и она осуществляется "не сразу". Паспорт объекта, а также определение границ земельного участка — это работа, которую департамент по культуре собирался провести "в будущем".
"Но это не в один день делается. В этом криминального ничего нет. Сначала постановление о включении в реестр готовится, потом мы работаем, создаем паспорт и формируем границы, а потом регистрация в реестре. Но объект становится особо охраняемым сразу, с момента принятия решения органом местного самоуправления. В данном случае — с сентября 2012 года", — заявила Перетягина.
Есть претенденты. На землю
После того как факт разрушения старинного здания стал предметом дискуссии, в некоторых томских СМИ были высказаны предположения, что за демонтажом дома "стоят" хозяева строящегося на соседнем участке крупного торгово-развлекательного центра.
"Решение о демонтаже мы принять никак не могли. У здания на Ленина, 143 есть собственник. Он и решал", — сообщил РИА Новости технический директор ЗАО "ТРЦ" Алексей Спиридонов.
"Мы заключили договор купли-продажи здания, но теперь, когда и самого дома нет, то предмет договора изменился. Мы хотим купить земельный участок, но только подписали договор купли-продажи земли с собственником", — отметил Спиридонов.
Он также сообщил, что сейчас "ТРЦ" готовит соседнюю площадку под строительство, а сама стройка начнется после получения разрешения. Когда это случится — сказать сложно: по словам Спиридонова, "это зависит слишком от многих факторов".