Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Искусство
Культура

Эдуард Артемьев: работаю во всех жанрах — вплоть до пожарных оркестров

30 ноября российскому композитору Эдуарду Артемьеву исполняется 75 лет. В академических кругах его называют лидером русской электронной музыки — Артемьев первым стал сочинять пьесы для синтезатора. Накануне юбиляр рассказал РИА Новости об опере "Преступление и наказание", хоккеисте Харламове, кабинетных крысах, интернете и теплом лете.

На счету современного российского классика Эдуарда Артемьева музыка более чем к двумстам фильмам, добрая половина которых вошла в "золотой фонд" отечественного кино — "Солярис", "Зеркало", "Сталкер", "Свой среди чужих, чужой среди своих", "Раба любви", "Сибирский цирюльник", "Сибириада" и многие другие. В академических кругах Артемьева неизменно называют лидером русской электронной музыки — он первым стал сочинять пьесы для синтезатора. Впрочем, в его композиторском "портфеле" сегодня есть сочинения самых разных жанров для самых разных составов. Особое место занимает в нем опера "Преступление и наказание" по Достоевскому — сочинение, объединившее классическую традицию и рок-культуру.

Артемьев работает в небольшой, очень уютной домашней студии, буквально начиненной аппаратурой. Именно здесь, не выходя из дома, он предпочитает и общаться. 30 ноября Артемьеву исполняется 75 лет. Накануне юбиляр рассказа РИА Новости о "Преступлении и наказании", хоккеисте Харламове, кабинетных крысах, интернете, теплом лете и многом другом. Беседовала Елена Чишковская.

Дядя Федя — страдалец земли русской

- Эдуард Николаевич, 75 лет — серьезная дата. Я думала, будет фестиваль, ретроспектива ваших фильмов. А ничего подобного нет. Как так?

— Ну, это не ко мне вопрос, но вообще я не люблю все это. Мне было бы очень неловко и неудобно. Вот как все есть — так и замечательно. 

- Но один большой юбилейный вечер все же запланирован — в Санкт-Петербурге?

— Да, 11 декабря. Впервые мой концерт состоится в Большом зале Петербургской филармонии, и это для меня большая честь: там Чайковский, Стравинский играли свою музыку. А идея возникла совершенно неожиданно. В мае в Петербурге проходит ежегодный фестиваль — встреча почетных граждан разных городов. Так как я почетный гражданин города Балтимора, США, меня вспомнили и пригласили. Там зашла речь о том, что у меня будет юбилей, и вот тогда мне и предложили такой концерт. А я уже раньше работал с дирижером Игорем Пономаренко.

 

- Часто композиторы используют юбилей, чтобы впервые исполнить новые произведения. У вас какие-то премьеры будут на этом концерте?

— Так как это филармонический зал, то в первом отделении будет симфоническая музыка разных лет, не связанная с кино: сюита "Хороводы", симфоническая поэма "Океан" (она была сделана после написания музыки к картине "Солярис"), часть Концерта для фортепиано. В общем, в первом отделении только премьеры и будут, так как в Питере публика всего этого еще не слышала. А во втором отделении зазвучит уже музыка кино, но специально адаптированная для исполнения в концертах.

- Многие ждали, что к вашему юбилею наконец-то поставят "Преступление и наказание" — сочинение, которому вы отдали более 30 лет своей жизни.

— Это вообще очень тяжелая на подъем вещь оказалась. Как она долго сочинялась, с большими трудностями, такая, видно, и судьба у нее. С постановкой очень сложно. У нас же несколько раз все срывалось. Собирались делать в театре Станиславского, но все рухнуло из-за дефолта 2008 года. Сейчас идут переговоры, чтобы сделать концертное исполнение в зале Чайковского. Но это целая история тогда будет — большой оркестр, рок-группа, репетиций нужно будет много. Но я бы очень хотел ее услышать. Я недавно был в поездке по Дальнему Востоку,  были встречи со студентами колледжей Владивостока, Хабаровска, Южно-Сахалинска. Я показывал отрывки из "Преступления и наказания", и их очень живо воспринимали! Так что, я думаю, это все-таки возможно, тем более что интерес-то к этой опере есть. Московские театры, правда, не предлагали, а вот питерский театр "Рок-опера" просто мечтает ее поставить. В Екатеринбурге театр тоже просил, шли переговоры. Но мой продюсер Александр Вайнштейн говорит, что предлагаемые условия его не устраивают. Они с Кончаловским хотят это сделать на уровне Бродвея. Но это огромные деньги.

- "Преступление и наказание" всегда с вами: на одной стене вашей студии большой цветной постер с презентации пластинки, на другой — прямо перед глазами – портрет Достоевского. 

— Да это из детства еще портрет. У моей тети он висел над кроватью. Я, помню, спросил ее маленьким мальчиком, лет семь мне было: "А кто это такой?" Она мне ответила: "Это дядя Федя, страдалец земли русской". Я это запомнил на всю жизнь. Никогда не думал, что меня судьба вот так с ним сведет.

Главное — это услышать режиссера

- Знаю, вы зиму страшно не любите. Планируете после петербургского концерта поехать в теплые края, отдохнуть?

— Зиму я не выношу, это правда, но сейчас у меня большая работа. Компания "ТРИТЭ" предложила написать музыку к фильму "Легенда № 17" о Харламове. Меньшиков там играет тренера Тарасова. Хороший, кстати, фильм получился, режиссера Николая Лебедева я могу поздравить. Хотя для меня картина оказалась очень трудной — там огромное количество музыки, я просто задыхаюсь под прессом времени. Впрочем, легких работ у меня вообще не было, потому что это всегда большая ответственность. Тебе доверяет режиссер, множество людей надеются на тебя. Подвести их — страшный грех для меня, поэтому я всегда выкладываюсь до конца.

- Сколько у вас картин? Можете назвать точную цифру?

— Где-то 190 художественных, еще мультфильмы есть. Всего около двухсот.

- Вы как-то сказали, что без киномузыки не состоялись бы как композитор. Поясните: это значит, что вас бы не исполняли, или же что у вас не было бы необходимого опыта, благодаря которому вы стали тем, кем стали?

— И то, и другое. Когда пишешь все время "в стол",… лично меня это очень угнетало. Я прошел обычный путь, который проходили все начинающие композиторы в советское время: министерство культуры, издательства, радио. И везде был отказ, никого моя музыка не интересовала. Видимо, она действительно была нехороша в то время (смеется). А вот в кино все получилось: познакомился с Михалковым, потом с Тарковским. Мой "отец" в кино Самсон Самсонов убедил меня, что я могу это делать. Так и пошло дело, в кино я смог реализоваться. И потом это ежедневный тренаж, возможность слушать свою музыку. Благодаря этому я неплохо знаю оркестр и другие смежные музыкальные культуры — электронику, рок-музыку. Все это я изучал, пропускал через себя. Это неоценимый опыт. И если бы не это, то жар сочинительства у меня, скорее всего, угас бы. Я преподавал тогда в Институте культуры, вот так бы и остался, наверное, преподавателем. В кино я решаю локальные задачи. Они бывают разными, в этом-то особый интерес и заключается. Я работаю во всех жанрах — буквально  вплоть до пожарных оркестров. И мне это всегда любопытно.

- В каждом интервью вас спрашивают, как вам работалось с тем или иным режиссером. Вы отвечаете, что Тарковский мечтал снять фильм вообще без музыки, что Кончаловский очень привередлив, а Михалков заражает нужной эмоцией, но, так или иначе, легких отношений тут не бывает. А нарисуйте воображаемый портрет идеального режиссера, с которым композитору Артемьеву работалось бы комфортно и приятно?

— Это два типа режиссеров. Первый, который не вмешивается и принимает все, что я делаю безоговорочно. Все-таки я не просто с потолка беру музыку — я чувства вкладываю, у меня контакт с картиной. Но таких режиссеров нет, обязательно они чего-нибудь да хотят (смеется). А второй вариант — это человек, как Михалков, который командует: "Тут вот так, тут так и тут вот так". Это я тоже очень люблю.

 

- Вас это не ущемляет?

— Совершенно не ущемляет. Когда-то Самсонов мне сказал: "Внимательно слушай, что тебе говорит режиссер, он один знает, чего он хочет. Иногда словами это не высказать — нужно показать, чужой пример привести или даже  заставить". Я эти слова запомнил навсегда, хотя поначалу сам с ним пытался спорить. Сейчас для меня это железное правило: главное – это услышать режиссера.

- Разные режиссеры, разные картины. Как удается настраиваться на нужную волну, делать в музыке именно то, что стопроцентно совпадает с экранным образом?

— Материал сам все делает: смотришь его, и он на тебя воздействует. Мне дана способность мимикрировать от фильма к фильму. Я себя чувствую свободно, могу и люблю работать в разных стилях. Скоро вот проект с Михалковым будет — фильм "Солнечный удар" по Бунину. Михалков захотел, чтобы главной темой была ария Далилы из оперы Сен-Санса "Самсон и Далила". Где-то в бунинском наследии он прочитал, что писатель любил эту арию. Мне это очень понравилось, я сам люблю эту музыку. И у меня уже опыт был такой с Михалковым в фильме "Несколько дней из жизни Обломова". Там из "Нормы" Беллини ария  знаменитая Casta Diva, я весь фильм делал на вариациях этой музыки с огромным удовольствием.

- Вы много лет работаете с Кончаловским и Михалковым, ваши фильмы стали классикой. Но их относительно недавние ленты провалились: "Утомленные солнцем-2" и "Цитадель" Михалкова собрали ужасную критику, "Щелкунчик и крысиный король" Кончаловского тоже был встречен крайне прохладно. Вашу работу, впрочем, не ругали. Но вы переживали за коллег?

— С Михалковым это чистая политика, к искусству никакого отношения не имеет. Это просто безобразие, беспредел и свинство. Да вы почитайте, что в интернете пишут — какое-то сведение счетов, вкусовщина сплошная. Михалков сделал две замечательные картины, потом они так же войдут в классику. Все это в России уже было: чем больше ругают сейчас, тем потом будут больше хвалить. Для меня это совершенно ясно. С Кончаловским все немного сложнее. Он полностью пересмотрел концепцию, и в этом была причина неприятия. И еще это ошибка продюсирования. Когда один продюсер, молодой парень, мне об этом сказал, я просто обалдел. Если бы это была не рождественская сказка, а фильм к Хэллоуину, где вся изнанка, обратная сторона востребована, то у фильма был бы огромный успех — он сделан мастерски. Но неправильный ориентир поставил его вне нужного ряда. Это поразительная ошибка и режиссера, потому что Андрон делал продолжение волшебной сказки, а получился совсем другой мир.

- Так вы переживаете, когда подобные неуспехи случается?

— Да нет, ну что там переживать. Это же не адские муки (смеется). У меня был в свое время чудовищный провал — фильм "Чудный характер" режиссера Воинова. Эдвард Радзинский написал сценарий для Татьяны Дорониной. Мы с таким треском провалились! Обругали тогда всех поголовно. Меня обычно не ругают, но тогда досталось и весьма. Ну и что? Все прошло. Остался такой вот смешной факт биографии. 

172 часа музыки. А нет ли еще?

- Судя просто даже по нашему разговору, фильмы у вас идут потоком. Вы его прерываете хоть иногда?

— Прерываю, потому что уставать стал. Сейчас, Бог даст, две картины сделаем. Еще одну предложили в Голливуде, после нового года я должен дать ответ. Скоро будет столетие Рудольфа Валентино, знаменитого героя-любовника немого кино, суперкрасавца. Поразительное лицо, удивительный актер. И очень рано умер. Вот решили сделать фильм о нем, часть сцен будет в стилистике немого кино. Мне уже прислали требования, это очень интересно.

- Вы себя как-то назвали кабинетной крысой и заявили, что, ваша бы воля, вы всю зиму не выходили бы из дома. Не боитесь информационного голода?

— Нет, интернет не даст скучать. Хотя я его не люблю, потому что это в подавляющем большинстве случаев машина для "пудрения мозгов" и впаривания разных товаров. Вот сейчас пишут, что будет конец света, значит, явно хотят протащить какую-то сомнительную идею или что-то впарить. И срочно.

- В защиту интернета скажу все же, что в нем много музыки, в том числе редкой.

— Ну, это да. Есть даже музыка, которая когда-то записывалась в кинотеатрах на кассетные магнитофоны. Мне тут как-то написал один молодой человек: "Эдуард Николаевич, у меня 172 часа вашей музыки… А нет ли еще?"

- Просидеть дома всю зиму… Может уехать туда, где тепло?

— Знаете, я некоторое время жил в Лос-Анджелесе, там вечное лето. С тех пор моя мечта жить в вечном лете. Но в России так устроено, что вся работа почему-то случается зимой. Поэтому мечта пока что остается мечтой.

Мелодия из к/ф "Свой среди чужих, чужой среди своих". Автор музыки Эдуарт Артемьев. Запись 1975 года.

Мелодия из к/ф "Раба любви". Автор музыки Эдуард Артемьев. Исполняет оркестр п/у Павла Овсянникова. Запись 1985 года.

Валерий Леонтьев "Полет на дельтаплане". Музыка Эдуарда Артемьева, слова Николая Зиновьева. Запись 1983 года.

Предоставлено ФГУП "Фирма "Мелодия"

Рекомендуем
Цветы на двигателе лайнера Boeing 777 Малайзийских авиалиний, потерпевшего крушение в районе города Шахтерск Донецкой области
Голландский журналист опубликовал документы разведки о крушении MH17
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала