Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Неудобная память

Читать ria.ru в
В этом году в акции, посвященной Дню памяти жертв политических репрессий, приняло участие больше людей, чем обычно. Их были тысячи... Почему так мало?

Андрей Золотов-мл., РИА Новости.

Сотни людей зажигали вчера свечи и зачитывали имена расстрелянных у Соловецкого камня на Лубянке. В этом году было, по всей видимости, больше участников этой традиционной акции, посвященной Дню памяти жертв политических репрессий 30 октября, чем обычно. Сотни людей сегодня молились на заупокойной литии, а потом зачитывали имена убитых на Бутовском полигоне под Москвой, где расстреляны и зарыты в больших рвах десятки тысяч наших соотечественников. В Бутово такая акция памяти проводилась впервые.

Были акции в Туле, в Норильске, во многих других городах. В Благовещенске-на-Амуре открыли сегодня памятник жертвам репрессий – к сотням памятников и памятных знаков этой страшной эпохе, уже стоящих по стране.

Тысячи людей по всей России почтили память своих отцов, дедов и прадедов, павших жертвами советского молоха. Тысячи?

В стосорокамиллионной стране, где миллионы людей были расстреляны, замучены под пытками, умерли в тяжких работах, годами невинно томились в неволе, были поражены в правах. Почему же так мало было тех, кто вспомнил сегодня о трагедии нашего народа?

Это странный день. И странная ситуация. Несправедливо было бы сказать, что в России игнорируется память о собственных жертвах собственного страшного XX века – ведь и день такой есть в календаре, и замечательные небольшие музеи посвящены этой теме то тут, то там, и памятники стоят, и часовни, и храмы. И даже президент России Владимир Путин возлагал цветы к таким памятникам в разных городах. И в Бутово, где построен прекрасный храм Новомучеников Российских с душераздирающим музеем личных вещей и фотографий расстрелянных и ботинок, вырытых из могил, президент бывал. А патриарх собирает там каждый год в четвертую субботу после Пасхи сотни московских священников служить, как первохристиане служили, в буквальном смысле слова, на гробах мучеников.

Колыма на клочке бумаги: быт и живопись узников лагерей. Очерк >>

Но разве сопоставима эта память с тем, как воздается у нас дань памяти почти соразмерным жертвам Великой Отечественной войны? Или с тем, что происходит в Ереване 24 апреля, в день памяти жертв геноцида армян в Османской империи? Или с тем, как далеко не только евреи поклоняются жертвам геноцида евреев в Освенциме, Бабьем Яру или Яд Вашеме?

Более чем через 55 лет после отказа от сталинизма на ХХ съезде КПСС и более чем через 20 лет после падения советской системы память о жертвах советского периода нашей истории остается уделом энтузиастов. Она не стала государственным культом, а большая часть наших сограждан не хочет об этих жертвах задумываться.

Мало того, по исследованиям социологов из фонда "Общественное мнение" (ФОМ), за последние десять лет процент наших сограждан, отрицающих массовые репрессии, вырос с 8 до 16. А число признающих их существование уменьшилось с 75 процентов в 2001 году до 62 процентов в 2012 году.

При этом 41 процент россиян затрудняется ответить на вопрос об причинах репрессий, а в общей сложности 51 процент – больше половины! – в разной степени допускает вероятность их повторения.

Соловецкий камень в центре Москвы – это достаточный мемориал для столицы? А разве президенты, свои и иностранные, и школьники не должны в обязательном порядке возлагать цветы у рвов Бутово или Коммунарки всего в нескольких километрах от МКАДа, где покоятся десятки, если не сотни тысяч наших соотечественников?

Это сложная тема и страшная травма.

С "ксивой" незаконченный роман: как появлялись на свет дети ГУЛага. Очерк >>

Во-первых, эти жертвы нельзя списать на внешнего врага – русских коммунистов, как это успешно сделали наши братья в Прибалтике или Польше, или даже на жидо-масонов – излюбленных врагов русских националистов. Надо что-то думать о самих себе.

Во-вторых, слишком большая часть нашего общества по-прежнему позитивно ассоциирует себя с советским прошлым и разочарована в "демократах", начертавших развенчание сталинизма на своих знаменах в конце 1980-х.

Историки давно показали, что массовые политические репрессии начались совсем не при Сталине, а гораздо раньше, но даже хилая хрущевская концепция того, что Сталин был плохой, а Ленин – хороший, до сегодняшнего дня подвергается довольно эффективным атакам ревнителей советского имперского наследия.

И даже государственные деятели современности, имеющие репутацию либералов, считают чуть ли не кощунством исправить что-то, связанное с Лениным – вспомним хотя бы слова вице-премьера Аркадия Дворковича, публично недавно признавшегося, что у него "не поднялась рука" отменить подписанное Лениным решение о каких-то электросетях.

Слабое утешение, что в таких сложностях мы не одиноки. Хотя и принято сравнивать десталинизацию с денацификацией в Германии, это сравнение вряд ли корректно – денацификация осуществлялась в побежденной стране под контролем оккупационных властей, и лишь десятилетия спустя ее "догнало" собственное общественное мнение.

А вот в Испании, например, с наследием франкизма все куда сложнее: там тоже и обет молчания, и разделенное общественное мнение по поводу перезахоронений, и площади имени генералиссимуса в небольших городках – не такая уж редкость.

У русских скорее менталитет победителей, и строить свою идентичность вокруг собственных жертв, как это можно видеть у армян, евреев или сербов, нам пока не было свойственно. Но, может быть, только пока?

"Это ужасающая травма, которая изуродовала нацию. Наше государство и власть побаиваются трогать эту проблему, а кто-то даже заигрывал с идеей превращения Сталина в национального героя, – говорит политолог Сергей Караганов, руководитель рабочей группы по исторической памяти Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. – Но главная причина в том, что значительной части общества страшно признать грех своих отцов и дедов – ведь шел геноцид: одна часть народа уничтожала другую, при этом нелучшая уничтожала лучшую".

История и факты ГУЛага. Инфографика >>

А протоиерей Кирилл Каледа, настоятель храма Новомученников Российских в Бутово, чей дед, священномученик Владимир Амбарцумов, там расстрелян и закопан, видит причину еще глубже – эта память неудобна, говорит он, она обязывает жить иначе, а мы не хотим.

"В начале ХХ века наш народ прельстился иллюзиями о том, что можно построить на земле рай, – говорит Каледа, – и совершил колоссальное пролитие крови и понес сам колоссальные жертвы. Сейчас основная цель большинства наших соотечественников –материальное благополучие. Рай на земле не удалось построить, но зато рай в собственной квартире или на собственном участке с коттеджем – теперь мы это хотим строить. А если все же осознать, что все то было неправильно, то надо осознать и то, что мы сейчас неправильно поступаем. И по-другому как-то жить".

А пока никому не кажется странным, что траурные мероприятия в День памяти жертв репрессий проходят в Бутово – на территории района Московской области, который носит имя Ленинского.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала