Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

СНВ-3 перешел в практику

Россия и США начали практическую реализацию одного из важных аспектов подписанного в прошлом году в Праге Договора о стратегических вооружениях (СНВ-3).

Директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов, для РИА Новости.

Россия и США начали практическую реализацию одного из важных аспектов подписанного в прошлом году в Праге Договора о стратегических вооружениях (СНВ-3). Речь идет об обмене данными о стратегических потенциалах сторон, а также осуществлении режима взаимных проверок стратегических вооружений сторон. В апреле стартуют полноценные взаимные инспекции стратегических наступательных вооружений.

Договор СНВ-3, как и предшествующий ему действовавший советско-американский договор СНВ-1 от 1991 года, предписывает сторонам обмениваться и регулярно обновлять данные о своих стратегических силах и оповещать друг друга по определенным изменениям их состава, структуры и дислокации. Стороны должны сообщать друг другу обо всех передвижениях или изменениях состояния существующих стратегических ядерных вооружений и средств доставки.

Помимо официального обмена данными, СНВ-3, как и СНВ-1, дает право обеим сторонам проводить согласованные проверки стратегических вооружений противоположной стороны "на месте". Это необходимо для контроля фактического соответствия параметров тех или иных видов вооружения параметрам, заявляемым при обмене данными.

Правда, договор СНВ-3 значительно сократил объемы режима проверок по сравнению с договором СНВ-1. Если по СНВ-1 каждая сторона имела право на 28 инспекций в год, то по новому договору - только 18 ежегодных инспекций.

Договор СНВ-3 предусматривает два типа проверок. Инспекции "первого типа" будут проводиться на объектах с развернутыми стратегическими наступательными вооружениями - базах межконтинентальных баллистических ракет (МБР) наземного базирования, базах дислокации ПЛАРБ (атомные подводные лодки с МБР) и авиабазах стратегической авиации. Инспекции "второго типа" будут проводиться на других объектах - таких как места загрузки МБР, места ремонта, складирования ракет, учебные заведения и объекты, заявленные ранее. Протокол соглашения определяет, что каждая сторона может провести до десяти инспекций "Типа 1" и восемь "Типа 2" ежегодно.

Инспекции "первого типа" необходимы для того, чтобы подтвердить достоверность заявленных количеств развернутых стратегических наступательных вооружений. Технически, одна из главных задач такой инспекции - подтвердить число развернутых ядерных боеголовок на развернутых МБР или развернутых БРПЛ (баллистические ракеты подводных лодок).

По протоколу нового договора, инспекционная команда одной стороны может прибыть на базу МБР либо ПЛАРБ проверяемой стороны, и проверяемая сторона должна предоставить инспекторам оговоренную информацию, включая число боеголовок на каждой развернутой МБР либо БРПЛ на базе. Инспекторы имеют право произвольно выбрать одну из развернутых БРПЛ для осмотра, чтобы подтвердить точность предоставленной информации. При этом инспекторы не могут проверить больше чем одну развернутую ракету за каждую инспекцию. Особенность СНВ-3 - требование введения уникальных идентификаторов для каждой МБР, баллистической ракеты подводных лодок (БРПЛ) и тяжелом бомбардировщике. Это делается для облегчения процедуры инспекций.

Сокращение числа инспекций по новому договору СНВ-3 - успех больше для России. Соединенные Штаты всегда были более заинтересованы в таких инспекциях, а в годы "холодной войны" проверки вообще стали своего рода "идеей фикс" американцев (достаточно вспомнить склонность Рональда Рейгана повторять поговорку "доверяй, но проверяй").

Американцы считают, что в силу особенностей советского/российского общества и российской системы секретности, у Москвы больше возможностей по сокрытию истинных возможностей своих ядерных сил (или, по крайней мере, для отдельных их параметров). Для противодействия такому сокрытию и необходимо максимальное количество проверок.

Но в реальности Россия сейчас также заинтересована в режиме инспекций американских ядерных сил, особенно потому что у США есть значительное количество неразвернутых вооружений (так называемого "возвратного потенциала"). Видимо, именно озабоченностью российской стороны на этот счет и вызвало то, что из 18 ежегодных разрешенных инспекций по СНВ-3, восемь относятся к инспекциям "второго типа". При этом сокращение числа инспекций "первого типа" значительно сократит для американцев количественные возможности проверок российских мобильных МБР - а ведь именно эти проверки мобильных МБР вызывали особое неудовольствие российской стороны, так как не были сбалансированы аналогичными проверками со стороны России.

России в договоре СНВ-3 удалось добиться еще двух значительных достижений в свою пользу в отношении "информационно-проверочного режима". Во-первых, по договору отменяется постоянное присутствие американских инспекторов на Воткинском машиностроительном заводе в Удмуртии.

На этом заводе сосредоточено производство основных современных стратегических ракет России ("Тополь-М", "Ярс" и "Булава"), и постоянное присутствие там позволяло американцам держать руку "на пульсе" главного российского ракетного производства. Аналогичное присутствие российских инспекторов на американских предприятиях было прекращено еще в 2001 году в связи с прекращением производства в США новых МБР.

Во-вторых, по договору СНВ-3 каждая из сторон обязуется отказаться от шифрования телеметрических данных при испытательных пусках лишь пяти баллистических ракет в год. СНВ-1 требовал (за немногими исключениями) вообще не шифровать телеметрию испытательных запусков своих баллистических ракет и передавать противоположной стороне данные, которыми она располагала. При этом договор не налагает технических ограничений на способы создания новых типов ракет.

Это чрезвычайно выгодно для России, которая ведет разработку и осуществляет начало развертывания ряда новых баллистических ракет ("Ярс", "Булава", а в перспективе и новая жидкостная МБР). Телеметрия с их испытательных запусков, бесспорно, была бы очень интересна американцам, особенно в свете разработки в США систем противоракетной обороны.

В целом, однако, несмотря на некоторое сокращение объемов взаимных инспекций и обмена телеметрией, договор СНВ-3 сохраняет и развивает уже сложившуюся за последние два десятилетия достаточно устойчивую и эффективно действующую систему взаимного обмена информацией и взаимных инспекций стратегических ядерных сил США и России. Обе страны принципиально заинтересованы в поддержании этой системы (оказавшейся на короткое время в определенном кризисе ввиду появившейся паузы между прекращением действия 5 декабря 2009 года договора СНВ-1 и вступления в силу нового договора СНВ-3).

Первый взаимный обмен информацией о состоянии стратегических ядерных сил сторон должен был произойти через 45 дней после обмена ратификационными грамотами, состоявшегося 5 февраля 2011 года и обозначившего вступление договора СНВ-3 в силу, то есть 22 марта. Фактически же американский Центр по снижению ядерной угрозы передал российской стороне сведения о состоянии СЯС США (данные по ракетам, пусковым установкам, тяжелым бомбардировщикам и боеголовкам, предусмотренные договором) уже 20 марта. А 22 марта данные о российских СЯС в рамках договора передала США и российская сторона через российский Национальный центр уменьшения ядерной опасности. Обе стороны также начали обмен сообщениями об изменениях базы данных ядерных объектов, которые делаются для сохранения актуальности информации и обеспечения непрерывности мониторинга соблюдения соглашения.

Стороны также в рамках обмена информацией предоставили друг другу возможность осмотра и получения информации "на месте" по ряду видов стратегического вооружения. Уже 18 марта США предъявили для осмотра российским специалистам тяжелый бомбардировщик В-1В на военной базе в Дэвис-Монтан (штат Аризона). Следует отметить, что сейчас бомбардировщики В-1В в США не считаются носителями стратегического ядерного оружия и переориентированы на решение неядерных задач. Формально российская сторона знакомилась с переоборудованием бомбардировщика В-1В в неядерный, чтобы исключить его из числа стратегических носителей по СНВ-3.

В свою очередь, Россия 21-22 марта продемонстрировала американской делегации новейшую мобильную межконтинентальную баллистическую ракету РС-24 "Ярс" с разделяющейся головной частью. Американская делегация получила возможность осмотреть мобильную пусковую установку "Ярса" в первом (и пока единственном) оснащенном этими МБР ракетном полку 54-й гвардейской ракетной дивизии в Тейково (Ивановская область), а также саму ракету на Воткинском машиностроительном заводе. Американцам предоставлена информация с тактико-техническими характеристиками ракеты, которая отличает ее от аналогичных ракет этого класса, стоящих на вооружении Ракетных войск стратегического назначения (в первую очередь - от "Тополя-М"), а также необходимые фотоматериалы.

Это был первый показ "Ярса" американской стороне. "Ярсы" официально заступили на боевое дежурство в ракетном полку 54-й дивизии только 4 марта.

Согласно условиям договора, начало полноценных взаимных инспекций стратегических наступательных вооружений сторон предусматривается через 60 дней после обмена ратификационными грамотами - то есть с 6 апреля 2011 года. Уже объявлено, что первые взаимные инспекции состоятся вскоре после этой даты - в течение апреля. Начало этих инспекций будет означать окончательное фактическое вступление договора СНВ-3 в силу, что, безусловно, положительно скажется и на стратегической стабильности, и на общем климате в российско-американских отношениях.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Рекомендуем
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала