Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Фигурист Джонни Уэйр: я учился у Плющенко, а мой тренер – у Мишина

Читать ria.ru в
Американский фигурист Джонни Уэйр в интервью корреспонденту агентства "Р-Спорт" Андрею Симоненко вспоминает о прошлом, говорит о настоящем - и делится планами на будущее.

Если судить по количеству брошенных на лед игрушек и цветов, американец Джонни Уэйр всегда был одним из самых популярных в России фигуристов. Состоявшееся 8 марта шоу, посвященное юбилею выдающегося российского тренера Алексея Николаевича Мишина, не стало исключением: Уэйра петербуржцы принимали очень тепло. Корреспондент агентства "Р-Спорт" Андрей Симоненко пообщался с одной из звезд праздника.

- Джонни, насколько важно для вас было участвовать в праздновании юбилея Мишина?

- Очень важно. Знаете, еще до того момента, как я начал серьезно кататься на коньках и соревноваться, я увидел по телевизору Евгения Плющенко. Катание Жени показалось мне чем-то фантастическим. Мне даже пришла в голову мысль: ну надо же, он всего на два года старше меня, а уже участвует в Гран-при, на турнире "Скейт Америка", это было в 1997-м. И Плющенко стал, не побоюсь этого слова, моим кумиром. Я видел цель своей профессиональной карьеры в том, чтобы кататься, как он. Конечно, у меня были и другие источники вдохновения. Я всегда восхищался катанием (олимпийской чемпионки 1994 года) Оксаны Баюл, мне хотелось когда-нибудь самому стать олимпийским чемпионом… Но я начал погоню именно за Плющенко – и уже через четыре года стал чемпионом мира среди юниоров. Что же касается Мишина - я всегда знал, что техника Жени, его сила как фигуриста – это заслуга Мишина, совершенно выдающегося, одного из лучших, если не лучшего, тренера по фигурному катанию. Поэтому, когда меня пригласили выступить на юбилее этого человека – я просто не мог отказаться.

- Но догнать Плющенко вам все же не удалось…

- Он был доминирующей силой в фигурном катании почти все последнее десятилетие. Он, я бы так сказал, держал все фигурное катание в своих руках. Я, если честно, всегда осознавал – чтобы обыграть Женю, нужно показать на льду что-то из ряда вон выходящее, прыгнуть выше головы. И понимал, что даже в этом случае занять место впереди Плющенко будет практически невозможно. На официальных тренировках во время турниров я много следил за Женей. И просил моего американского тренера Присциллу Хилл следить за Мишиным – запоминать, что он говорит, что показывает. Так я учился у Плющенко, а мой тренер – у Мишина. Когда я перешел тренироваться к Галине Змиевской, то был уже, можно сказать, фигуристом русской школы.

- Некоторые из ваших коллег – например, Стефан Ламбьель, Кевин ван дер Перрен – не только следили за Мишиным, но и обращались к нему за помощью, неоднократно брали у профессора уроки. Вы когда-нибудь думали об этом?

– На самом деле однажды я тоже работал с Мишиным. Когда мне было 13 лет, я ездил к нему в летний тренировочный лагерь. Помню, я очень сильно боялся и нервничал из-за того, что хотел показать Алексею Николаевичу все, на что способен. Конечно, я мечтал стать полноценным учеником Мишина, тренироваться у него все время. Но это была несбыточная мечта. Во-первых, я всегда хотел тренироваться в Америке, чтобы чувствовать себя дома. Для меня это ощущение важно. А во-вторых, мне комфортнее работать с женщинами. Я тоньше чувствую связь с ними, получаю от них больше силы, больше энергии. Но это мне не мешает восхищаться Мишиным и испытывать к нему огромное уважение.

– Что можете сказать о своих ближайших планах в фигурном катании?

– Остаток нынешнего сезона я собираюсь потратить на то, чтобы подготовиться к следующему. Привести в порядок свою физическую форму, проще говоря – похудеть. Но сделать это будет непросто: у меня сейчас в Америке масса проектов. Причем проектов такого свойства, такого масштаба, что не хочется упускать возможность в них участвовать. Но я постараюсь справиться и с приятным, и с полезным. Забывать, как надо кататься на коньках, я точно не хочу – потому что участие в Олимпиаде в Сочи для меня является главной на данный момент целью.

– Какие это проекты, если не секрет?

– Я раскручиваю сейчас свою песню (Dirty Love), она вышла в чартах на первое место в Японии и на второе – в Америке. Потом, я написал книгу ("Добро пожаловать в мой мир!"), которая уже опубликована в США, это моя автобиография. Это мой второй проект. Зимой я занимался телевизионным шоу, еще снимаюсь в сериале, уже идет второй сезон. Наконец, как раз сейчас участвую в съемке художественного фильма.

– Ничего себе, сколько всего! А на хоть какие-нибудь тренировки время остается?

– Остается, но не очень много, максимум – часа три в неделю тренируюсь. Но на ближайшее лето я составил более свободное, так скажем, расписание. И, надеюсь, смогу уделять фигурному катанию больше времени, чем сейчас.

– Если попробовать порассуждать реалистично, как думаете – вам удастся сохранить к Сочи способность соревноваться на равных с лучшими на данный момент фигуристами мира?

– Даже не сомневаюсь в этом! Я ведь начал кататься только в 12 лет. Этот возраст считается, так скажем, достаточно солидным для старта серьезной спортивной карьеры. Другие ведь встают на коньки в три-четыре года. Но благодаря такому позднему началу мое тело все еще молодое. Во время Олимпиады в Сочи мне исполнится 29 лет, но по ощущениям я буду чувствовать себя намного моложе.

– Если говорить о нынешнем мужском одиночном катании, что вы о нем думаете?

– Мне очень нравится молодой перспективный японец Юзуру Ханью (чемпион мира среди юниоров 2010 года). Я разрабатывал дизайн его костюмов в нынешнем сезоне. Думаю, он уже блестящий фигурист – и будет становиться только лучше и лучше. Но переживаю я, если честно, за Дайсуке Такахаси, Брайана Жубера. Я ведь становлюсь старше – поэтому чувствую, что должен болеть за более возрастных фигуристов (смеется). А за ближайшие перспективы американского одиночного катания я очень беспокоюсь. Наш лучший на данный момент фигурист (чемпион США Райан Брэдли) никогда не поднимался на мировых первенствах выше пятнадцатого места. И я, если честно, просто не вижу, как он может подняться на ближайшем чемпионате мира на пьедестал. Двое других американских участников чемпионата – это, по сути, юниоры (Ричард Дорнбуш и Росс Майнер). Так что если мы сумеем завоевать хотя бы две путевки на "мир" следующего года – это будет чудо.

– Джонни, знаю, вы как-то называли преемником своего стиля Адама Риппона…

– Ну, просто болельщики всегда пытаются найти в следующем поколении фигуристов "нового кого-то". Так, многие считают Артура Гачинского "новым Плющенко" за то, что у него похожий стиль. Поэтому, с этой точки зрения, я на самом деле могу назвать Адама Риппона "следующим Джонни Уэйром", потому что среди подрастающих сейчас спортсменов по стилю он ближе всего ко мне.

– Вы следили за недавним юниорским чемпионатом мира?

– Конечно! Особенно за выступлениями Аделины Сотниковой и Елизаветы Туктамышевой. Вы ведь наверняка знаете, что я очень крепко дружу с Ксенией Макаровой. Поэтому я обязан отслеживать рост нового поколения фигуристок – чтобы суметь потом подготовить Ксюшу к соревнованиям, помочь ей выдержать конкуренцию. И я должен признаться, что поражен тем уровнем, на котором катаются сейчас сильнейшие юниорки России.

 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала