С 1 по 4 октября в Ереване проходит научно-практическая конференция «Безопасность на Южном Кавказе - в интересах народов региона». Она организована РИА Новости совместно с Российско-Армянским (славянским) университетом. Один из московских гостей конференции - заместитель директора Института экономики Российской Академии наук Светлана Глинкина. Беседовал корреспондент РИА Новости.
- Светлана Павловна, Южный Кавказ - один из регионов, значение которых сегодня неуклонно растет. Можно сказать, что к нему приковано внимание всего мира. Почему?
- Это объясняется целым рядом факторов. В условиях, когда энергетическая проблема является одной из ведущих в мировой экономике и политике, богатые прикаспийские и среднеазиатские ресурсы нефти и газа притягивают внимание многих стран и мощных транснациональных корпораций. Южный Кавказ, будучи одновременно и богатым источником ресурсов, и удобным путем их доставки основным потребителям, становится регионом, где сталкиваются интересы многих значимых игроков.
- Кто же эти игроки, заинтересованные в усилении влияния на Кавказе?
- Среди них, прежде всего, США, заявившие о своих интересах на Кавказе еще в начале 90-х годов. Затем - Европейский союз, беспрецедентно активизировавшийся в регионе после своего «восточного расширения». Россия, пытающаяся если не сохранить свои позиции, то хотя бы продолжать принимать активное участие в формировании нового стратегического ландшафта на Южном Кавказе. Ну и набирающие силу региональные державы, прежде всего, Турция и Иран.
- В чем здесь интересы Евросоюза? В свое время Саакашвили объявил Грузию «праматерью Европы». Европейцы с этим согласились?
- ЕС пришел на Кавказ в 2004-2007 годах, когда, расширившись за пределы традиционной Западной Европы, включил в свой состав такие страны Черноморского региона, как Болгария и Румыния и вышел непосредственно на границы постсоветских государств.
Но цена этого расширения оказалась неизмеримо высокой, появилась определенная «усталость» Евросоюза от расширения. Стало очевидно, что следующие его волны наступят нескоро.
Вместе с тем выход на границы экономически и геополитически важного региона - Южного Кавказа - дает возможность решить целый ряд задач, важных как для самого ЕС, так и для стран-новых соседей Евросоюза. Среди них, прежде всего, задача обеспечения Европы необходимыми энергетическими ресурсами за счет Каспия и Средней Азии.
Известно, что Евросоюз не располагает существенными запасами нефтегазового топлива, в его распоряжении находится лишь 2% нефтяных и 4% газовых мировых запасов. Месторождения европейского газа, как ожидается, истощатся в ближайшие два-три десятилетия, а нефти - еще быстрее. Относительно невелики запасы угля. При этом Евросоюз, наряду с Японией, США и Китаем, является крупнейшим потребителем и импортером энергоресурсов - его доля в мировом потреблении энергоресурсов составляет порядка 18%. Позволить себе это Евросоюз может только за счет крупномасштабного импорта (около 84% потребляемой нефти, примерно 60% газа, почти 43% угля). В целом Европа импортирует 54% необходимого ей объема энергоресурсов, что обходится каждому гражданину ЕС примерно в 700 евро ежегодно.
Зависимость от энергетического импорта остро ставит в Европе вопрос об экономической безопасности.
- И решать его, насколько известно, евробюрократы намерены путем диверсификации поставок энергии, прежде всего - уменьшением доли российского импорта…
- В настоящее время существует два трубопровода для поставки нефти из Каспийского региона в Европу, минуя Россию: нефтепровод Баку-Супса и нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан (БДТ). Для полного заполнения БДТ одной азербайджанской нефти недостаточно. Использовать нефтепровод для экспорта нефти в Европу предполагает Казахстан.
Предполагается также создание Казахстанской каспийской системы транспортировки (ККСТ) для экспорта нефти, добываемой на месторождениях Кашаган (оператор итальянская Agip) и Тенгиз (оператор американская Shevron).
Таким образом, к 2012 году Турция превратится в крупный международный центр транспортировки нефти через Южный Кавказ в Южную и Юго-Восточную Европу. Через турецкие проливы Босфор и Дарданеллы нефть будет направляться в Европу морским транспортом и через ее же территорию будут проходить два нефтепровода большой пропускной способности до Джейхана. Сюда же идет нефтепровод из иракского Киркука.
Это в полной мере отвечает стратегии Евросоюза и США. Еще в 2007 году заместитель госсекретаря США по странам Евразии Дэниэл Фрид заявил о планах Белого Дома противопоставить российской экспортной энергетической системе транспортную инфраструктуру Турции.
Основным европейским проектом поставок голубого топлива станет газопровод Nabucco. Он предусматривает транспортировку газа из Центральной Азии и Азербайджана опять-таки через территорию Турции.
- Но эксперты постоянно говорят о высоких рисках всех этих проектов.
- Да, эти проекты связаны с существованием как экономических, так и политических рисков. Среди экономических можно выделить два: неопределенность перспектив добычи нефтегазового топлива в регионе, а, следовательно, его экспортного потенциала и неясность в вопросе мировых цен на нефтегазовое топливо даже в краткосрочной перспективе.
Прогнозы развития нефтегазового комплекса могут оказаться слишком амбициозными в силу финансовых, инфраструктурных и технологических ограничений в странах - производителях нефти и газа. А неблагоприятная в перспективе конъюнктура на мировых рынках может сделать нерентабельной разработку месторождений с относительно высокими издержками добычи (прежде всего, в Казахстане и Узбекистане).
Нефте- и газопроводы из Баку представляются очень уязвимыми и в случае возобновления армяно-азербайджанского или грузино-осетинского конфликтов. Вот почему Европейский союз, будучи заинтересованным в диверсификации поставок нефти и газа, выступает за снижение конфликтогенности региона.
- И какие шаги ЕС для этого предпринимает?
- Инструментом интеграции ЕС с государствами Южного Кавказа стала Европейская политика соседства (ЕПС). Этот формат предполагает особый характер отношений, постепенно адаптирующий страны к европейским нормам и стандартам, но не предусматривающий их членства в ЕС. Точнее, оставляющий «дверь в ЕС полуоткрытой».
ЕС возлагает на себя миссию «европеизации» соседних государств, что, по мнению разработчиков стратегии, должно обеспечить стабильность и процветание всему европейскому континенту. Поставлена задача - создать «кольцо друзей», не присоединяя к себе соседей, но формируя вместе с ними «территорию общих ценностей, стабильности, безопасности».
К участию в ЕПС из постсоветских государств были приглашены Украина, Молдова и Беларусь, а также три государства Южного Кавказа - Армения, Азербайджан и Грузия. Азербайджан попал в эту группу стран-соседей, безусловно, с большой натяжкой, благодаря расширительному толкованию Еврокомиссией понятия «Черноморский регион» (как Причерноморско-Каспийский).
Основным механизмом реализации европейской политики добрососедства стали специальные документы - совместные Планы действий по сотрудничеству. Это своего рода «протоколы о намерениях», не имеющие юридической силы. Планы действий для Грузии, Азербайджана и Армении рассчитаны на 5 лет (2007-2011 годы). ЕС намерен регулярно оценивать, насколько успешно, с точки зрения Еврокомиссии, мероприятия по сотрудничеству воплощаются в жизнь.
Анализ Планов действий показывает, что это - достаточно типовые документы. Только раздел «Приоритеты сотрудничества» в каждом плане индивидуальный.
- Насколько, на ваш взгляд, такая модель интеграции эффективна?
- Бесспорно, у избранной модели есть свои слабые места. Так, например, симметричный подход в отношении трех южнокавказских государств, на мой взгляд, является упрощенным и искусственным по своей сути.
О чем идет речь? Для каждой из стран Южного Кавказа характерно переплетение трех уровней напряженности, но для каждой из них они наполнены своим содержанием.
Первый уровень - глобальный, означающий существование разноплановых интересов различных центров силы, которые оказывают воздействие на развитие Азербайджана, Армении и Грузии. Особые отношения Грузии с США, Армении с Россией, Азербайджана с Турцией, Турции одновременно с США, ЕС, Россией и каждой из южнокавказских стран и так далее, создают клубок сложноразрешимых противоречий.
С очевидностью можно сказать, что в современных условиях южнокавказские государства едва ли могут решать свою судьбу вне учета их связей с основными центрами силы. Следовательно, решения множества противоречий, существующих в регионе, следует искать на путях развития многостороннего сотрудничества.
Известно, что в регионе существует ряд неурегулированных конфликтов, участниками которых являются южнокавказские государства. Причем их позиции практически не поддаются корректировке и согласованию, что создает второй - внутрирегиональный - уровень напряженности.
И, наконец, в каждой из стран сохраняется довольно сложная динамика внутриполитической и экономической ситуации, что характеризует третий - внутренний - уровень напряженности.
Слабый учет специфики каждой из стран, преувеличение общего в развитии региона может стать препятствием для углубления партнерства между ЕС и государствами Южного Кавказа. И все же «мягкая интеграция» через распространение европейских норм и стандартов, через разворачивание многосторонних экономических проектов позволяет медленно, но верно рассеивать взаимное недоверие, взращивать ростки взаимодействия. Они в перспективе могут подготовить почву для преодоления неразрешимых сегодня конфликтов и противоречий.