Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Петербург стал испытательным полигоном для культуры

Так сложилось, что вся культурное архитектурное наследие России, ее наиболее элитная часть сосредоточена всего в двух городах - в старой столице на Неве и в мегаполисе на Москве-реке. Москва в принципе смогла решить проблему сохранения архитектурных шедевров. После революции большинство особняков и дворцов, построенных для знати и буржуа, перешли в ведомство Мида и были розданы посольствам и торгпредствам...

Обозреватель РИА Новости Анатолий Королев.

Так сложилось, что вся культурное архитектурное наследие России, ее наиболее элитная часть сосредоточена всего в двух городах - в старой столице на Неве и в мегаполисе на Москве-реке.

Москва в принципе смогла решить проблему сохранения архитектурных шедевров. После революции большинство особняков и дворцов, построенных для знати и буржуа, перешли в ведомство Мида и были розданы посольствам и торгпредствам. Особняки Рябушинского, Морозова, шедевры Шехтеля и Жолтовского вписались в структуру столицы и прекрасно сохранились. Кроме того, помпезная политика Сталина не превратилась в массовый снос столичных достопримечательностей, даже собор Василия Блаженного уцелел и  соборы внутри красного Кремля.
Иначе сложилась ситуация в северной столице, здесь в топку социального равенства были брошены все сокровища архитектуры, особняки стали коммуналками, дворцы - учреждениями, даже в Казанском соборе разместили музей атеизма.

Одним словом, новая эпоха получила от прошлого искалеченное и опошленное историческое пространство.
Сегодня из 7783 памятников культуры поставленных на учет, - 90%! - нуждаются в немедленной, срочной аварийной реставрации. По примерной оценке на это потребуется не меньше 60 миллиардов рублей. Сумма огромная и при бюджете Петербурга задача, следовательно,  абсолютно неразрешимая.

На помощь Москвы рассчитывать тоже не приходится. Столица опекает лишь памятники федерального значения, их состояние тоже далеко не блестящее.

Выход из тупика один - пойти на беспрецедентный шаг, выставить на продажу все, что имеется и продать особняки, дворцы, виллы, доходные дома и прочее всем желающим.

Но на пути разумной капитуляции  государства перед  частным капиталом встал целый ряд препон.
В чем они?

Еще весной прошлого года губернатор Валентина Матвиенко пыталась инициировать - причем первой в России, - вопрос о приватизации памятников и дальнейшей продаже. Был создан список лакомых мест, на которые сразу объявились желающие. Например, тот же Юсуповский дворец на Фонтанке можно было бы выставить на аукцион и с замиранием сердца следить, как в драке конкурентов растет цена объекта и сумма, текущая в городской бюджет. Но все уперлось в ст. 63 всероссийского закона «Об объектах культурного наследия», которая заморозила процесс приватизации памятников культуры.

Матвиенко пыталась отменить эту статью. Но даже ей это оказалось не под силу. Проблема увязла в цепях вопросов и ряд из них - вопросы вполне законные. Например, непонятно, как контролировать проданную собственность от посягательств  владельца. Формально он имеет полное право все перестроить на свой лад, а иначе вкладывать деньги инвестору неинтересно. Если же запретить перестройки и не трогать исторический облик здания, нужно хотя бы стимулировать владельца послаблениями в сфере налогов. Раз уж ты живешь в историческом здании, будь любезен, восстановить его облик с предельной осторожностью, жить на цыпочках, отвечать перед обществом и властью, а за это мы снизим налоги.

На этот шаг тоже никто не решился.

Все тонет в ведомственной неразберихе. И не только в ней. Нет ясности в подходе к проблеме. Например, в пространном документе, «Петербургская стратегия сохранения культурного наследия», что появился на свет в недрах петербургских властей, нет ни слова о приватизации. Документ увиливает от сути проблемы, заменяя ее пожеланиями отменить деление шедевров архитектуры на памятники федерального и местного, регионального подчинения. Но даже если Москва решится на это (что весьма сомнительно), непонятно,  кто и как будет отвечать перед законом за сохранность объекта, потому что закон на этот глаз слеп и новая ситуация никак законодательством не осмыслена.

Но, пожалуй, самый большой изъян в петербургском подходе к проблемам, это то, что на разрушенное наследство чиновники смотрят как на серию бесконечных затрат, как на латание дыр, и починку протекающих крыш. Никому - в том числе и в Москве, - не хватает духу признать руины соблазном, грудами золота, нефтяными скважинами прибыли.

Между тем, принцип подхода  лежит на поверхности.

Исключительный по красоте город сам по себе должен стать главной ценностью не для петербуржцев, нет, не только для них, а для всей Европы, для мира, для всей земли. Эту скрытую инвестиционную привлекательность Питера давно, например, чувствуют мировые звезды архитектуры, которые бьются за то, чтобы получить в Питере заказ на реставрацию и строительство.

Самый яркий последний пример столкновение двух мировых звезд архитекторов Нормана Фостера и  ван Эгераата на конкурсе по застройке  Новой Голландии в Петербурге. Так называется остров, где были раньше сосредоточены корабельные верфи, а ныне обитает заброшенная промзона.

Победил Фостер. Он очаровал всех идеей построить в центре острова исполинский амфитеатр, и так виртуозно вписал свой проект в здания прежних веков, что обошел главного конкурента. Голландец не скрывал своей досады.

Вот цена «развалинам» Петербурга - мировой престиж любых великих руин, в Египте они давно стали двигателем экономического прогресса страны и залогом ее процветания. В Петербурге тоже есть такая волшебная машина - это Мариинский театр, где бережно восстановлен и занавес Бенуа и все балеты Дягилева, и постановки Мариуса Петипа.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции 

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала