Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

"Доктрина Коморовского": превращение Украины в польского вассала

© East News / Xinhua / eyevineЛоготип и флаги стран-участниц НАТО, архивное фото
Логотип и флаги стран-участниц НАТО, архивное фото
Главная стратегическая цель польской политики в Восточной Европе - создание собственной зоны влияния, состоящей из нескольких концентрических кругов, в разной степени подчиненных центру принятия решений в Варшаве.

Якуб Корэйба, Центр международной журналистики и исследований

Ход государственного переворота в Киеве наглядно показал, что Польша играет роль фронтовой страны Запада в его борьбе за контроль над Украиной. Менее известно, что одновременно Варшава ведет собственную игру с Вашингтоном и Брюсселем. Ставка — восстановление польской зоны влияния в Восточной Европе.

Польские концепции организации геополитического пространства на Востоке Европы базируются на исторических шаблонах, отработанных во время существования Первой и Второй Речи Посполитой.

Это – идея «Междуморья», то есть конфедеративного государства, которое включало бы Польшу, Украину, Белоруссию, Литву, Латвию, Эстонию, Молдавию, Венгрию, Румынию, Югославию, Чехословакию, а также, возможно, Финляндию. Она была выдвинута Юзефом Пилсудским после Первой мировой войны. Есть и «Концепция ЛБУ» — Литва, Беларусь, Украина — разработанная сотрудниками Второго главного управления (разведки) Генерального штаба Войска польского времен двадцатых-тридцатых годов прошлого века. Анализируя векторы и инструменты внешней политики страны в регионе, следует обратить внимание, прежде всего, на семантический аспект вопроса о международной идентичности страны.

Города мира. Варшава
Польша и амбиции сверхдержавыПольша – самая активная из “младоевропейских” стран. Ей до всего есть дело. Она вмешивается в дела Украины, воюет в Афганистане, присоединяется к любым антироссийским акциям. Только поляков старожилы ЕС воспринимать как равных не будут еще долго.
На русский название государства переводится как «Республика Польша», что логически предполагает его нахождение в существующих и международно признанных границах. Однако по-польски оно звучит как «Польская Речь Посполитая». И для любого поляка, тем более политического деятеля, это название заключает в себе гораздо больше, чем лишь территорию и население государства в его нынешних границах. Концепция реставрации Речи Посполитой включает в себя не только восстановление независимости, но также и проекцию или расширение суверенитета Варшавы на государства, ранее входившие в состав польского государства.

В зависимости от сочетания амбиций и реализма, эта фундаментальная для польской внешней политики концепция предполагает включение в собственную сферу влияния, в первую очередь, Литвы, Беларуси и Украины, а также сохранение привилегированной позиции в Латвии, Молдове и Грузии. В зависимости от ситуации в регионе, а также собственного потенциала и его соотношения с другими действующими акторами, эта концепция реализуется более или менее открыто.

Следует иметь в виду, что в силу ограниченности собственных ресурсов по отношению к масштабу поставленной цели, польские власти модифицировали подход к инструментам ее достижения, не меняя при этом ее сути. Сегодня Польша не готова, или же просто не может вкладывать в процесс подчинения, а затем удержания контроля над регионом достаточных для эффективного управления ситуацией ресурсов. В связи с этим власти позиционируют себя в качестве проповедника европейских и евроатлантических ценностей, то есть агента, соответственно, геоэкономических интересов ЕС и геополитического влияния США. Варшава понимает, что ей самой не удастся реализовать поставленные цели: ограничить суверенитет постсоветских государств региона в свою пользу и впоследствии удержать их в собственной зоне влияния.

Когда после экономического кризиса позиция Варшавы в Евросоюзе усилилась, Польша выбила для себя политический карт-бланш, в первую очередь от Германии, а также инструменты — программу «Восточное партнерство», «Карту поляка» — для реализации своих целей на пространстве за восточной границей ЕС. Так что вполне закономерен тот факт, что после вступления в должность главы государства Бронислав Коморовский поручил вывесить в зале приемов президентского дворца, рядом с государственной символикой, исторический герб Речи Посполитой, включающий в себя символику всех территорий, ранее подчиненных власти Кракова и Варшавы. Это — не только выражение ориентации самого главы государства, но и декларация внешнеполитического курса, который под его руководством проводит, и будет проводить страна.

Политика эта реализуется официальными органами государства, а также с помощью других, неофициальных, а в ряде случаев секретных структур и организаций. Она – суть не только восточной политики Польши, но, в силу подчинения приоритетам США и ЕС, главная ось политики Запада в регионе. По отношению к польскому компоненту этот набор целей и приоритетов получил название «доктрины Коморовского». Так его назвал председатель Совета национальной безопасности Польши Станислав Козей, отставной генерал, выпускник Института национальной обороны в Париже и Академии НАТО в Риме, в прошлом — один из главных разработчиков военной доктрины страны.

Главная стратегическая цель польской политики в Восточной Европе — создание собственной зоны влияния, состоящей из нескольких концентрических кругов, в разной степени подчиненных центру принятия решений в Варшаве. В соответствии с принципом восстановления вертикальной зависимости между Варшавой, Вильнюсом, Минском и Киевом, существующие на восточной границе Польши государства должны обладать ограниченным суверенитетом. Таким образом, «доктрина Коморовского» является своеобразным зеркальным отражением «доктрины Брежнева», и подразумевает наличие у государств региона определенной автономии во внутренней политике при полном подчинении их внешних действий региональному гегемону. Анализируя антисоветскую и антироссийскую риторику польских властей, следует обратить внимание: цель Варшавы — не автономизация политики постсоветских стран и их становление в качестве полностью суверенных субъектов международных отношений, а лишь смена патрона при сохранении каркаса зависимости и механизмов влияния на их действия.

Ее достижение рассчитано на стратегическую перспективу нескольких десятилетий. Поэтому для полного понимания действий Польши в регионе необходимо определить ее цели тактического и оперативного уровня, часть которых уже воплощена в жизнь, в то время как другие находятся в фазе реализации или планирования:

•    Активное воздействие на политическую ориентацию правительств Литвы, Беларуси, Украины и других стран региона с целью реализации ими политики, соответствующей интересам Польши. В связи с тем, что уровень имплементации данного постулата отличается от страны к стране (например, в Литве высокий – стабильный, на Украине средний – возрастающий, в Беларуси низкий – стагнирующий), Польша применяет к ним разные инструменты, начиная от экономического прессинга (например, использование потоков капиталов или стратегических инвестиций) и заканчивая подрывной деятельностью диверсионного характера для свержения существующего режима. Арсенал используемых и планируемых инструментов воздействия велик.
•    Мобилизация партнеров за пределами региона для поддержки польских концепций политической организации постсоветского пространства. Имеются в виду, в основном, НАТО и ЕС, причем от стран, непосредственно граничащих с регионом (Норвегия, Швеция, Прибалтика, Румыния, Турция) требуется активная поддержка. От остальных — просто согласие на подчинение политики данных объединений в этом регионе польским приоритетам.
•    Нейтрализация всех сил, противодействующих данной политике с особым упором на противодействие политике России в регионе. В первую очередь — попыткам воплощения в жизнь интеграции данных стран в евразийском формате, а также действиям, нацеленным на сохранение существующих экономических, политических и гуманитарных связей на постсоветском пространстве, которые прямо противоречат концепции воссоздания польской сферы влияния, и поэтому абсолютно для Варшавы неприемлемым. Именно Польша — причем, вопреки некоторым другим членам — продавливает в Евросоюзе концепцию навязывания Украине искусственного выбора между европейской и евразийской интеграцией по принципу «либо–либо», представляя отношения ЕС и России в регионе в качестве «игры с нулевой суммой». Именно такой подход и его неприятие Виктором Януковичем стали причиной антиправительственного восстания на Украине и привели к свержению законно избранного президента.
•    Формирование благоприятного восприятия собственной страны и ее политики в данных государствах: это делается параллельно с государственной политикой через работу с гражданским обществом.

Совершенно очевидно: с точки зрения реализации этих целей ключевым государством является Украина, а главным препятствием – позиция России в регионе. Поэтому вполне естественно, что основные ресурсы нацелены на втягивание первой в орбиту собственных интересов, а также на попытки нейтрализации второй (в том числе через вовлечение союзников из НАТО и ЕС) путем международной изоляции.

События последних нескольких месяцев наглядно продемонстрировали весь масштаб и трагические последствия попыток воплощения в жизнь этой авантюристской и безответственной концепции. Однако успешная смена режима в Киеве привела к укреплению сторонников данной политики, и все в большей степени способствует распространению мнения о том, что переход Украины в политическую и экономическую зависимость от Запада станет первым шагом на пути ее реализации. В связи с этим не стоит в ближайшее время ожидать ее прекращения. Наоборот, следует готовиться к интенсификации стремления превращения Украины, а потом и всего региона, в польского вассала в рамках создаваемой, несмотря на жертвы, новой колониальной системы Запада в Восточной Европе.

Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала