Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

История университетских клиник как путь становления медицинской науки

В Европе университетские клиники за три последних века постепенно стали центром медицинских открытий и инноваций, а в России первым таким научно-исследовательским медицинским учреждением стал Московский университет.

Наталья Афанасьева, обозреватель РИА Новости.

Для того, чтобы студенты-медики начали обучаться "у постели больного", а не только по книгам, а научные медицинские исследования подтверждались лечебной практикой, должны были произойти революции и цивилизационные сдвиги. В Европе университетские клиники за три последних века постепенно стали центром медицинских открытий и инноваций, а в России первым таким научно-исследовательским медицинским учреждением стал Московский университет. Следом в Санкт-Петербурге, Казани и Киеве при университетах появились свои клиники, где формировались медицинские школы, определившие развитие мировой медицинской мысли.

Как доктор Хаус

Чтобы понять, что такое университетская клиника, и чем она отличается от других типов лечебных учреждений, достаточно вспомнить клинику Принстон Плейнсборо, в которой работал доктор Грегори Хаус из популярного американского телесериала. На самом деле клиники с таким названием в штате Нью-Джерси не существует, но у нее есть вполне реальный прототип – медицинский центр при Принстонском университете, одном из самых престижных учебных заведений Америки, основанном в 1746 году.

Уже много лет там все происходит приблизительно так, как нам показывали в "Докторе Хаусе". Доктора в таких клиниках занимаются научно-исследовательской работой, а пациенты участвуют в экспериментах и открытиях, на них испытывают новые препараты и революционные методы лечения. Студентам показывают особо интересные с точки зрения медицины операции или необычные случаи, а заведующие отделениями читают им лекции.

Сегодня самое передовое лечение и инновационная диагностика в Европе и Америке сосредоточена именно в лучших университетских клиниках. Некоторые из них имеют вековые традиции.

Например, клиника при Хайдельбергском университете (Германия) ведет свою историю с 1386 года. Несколько профессоров этой клиники получали Нобелевскую премию по медицине, в том числе за исследования в области онкологии.

А клиника университета Фрайбурга (тоже в Германии), который был основан еще в 1457 году, знаменита, например, тем, что здесь впервые был произведена имплантация искусственного сердца.

Наука у постели

Если строго следовать медицинской терминологии, то в словосочетании "университетская клиника" есть некоторая тавтология, поскольку сам термин "клиника" подразумевает стационар, входящий в состав высшего учебного заведения, в котором лечебный, педагогический и научно-исследовательский процессы идут взаимосвязано.

Само же слово "клиника" происходит от греческого klinike – врачевание, kline – постель, и появилось оно оттого, что древнегреческие врачи устраивали в своем собственном жилище маленький стационар.

Однако понимание того, что медицина невозможна без практики, а врач должен быть у постели больного, вернулось в Европу только к XVII веку. До этого преподавание на медицинских факультетах, которые были в каждом крупном университете, велось только по книгам, "отрецензированным" сообразно церковным канонам, а болезни человека считались наказанием за грехи.

Начало клинического (то есть, буквально "у постели больного") преподавания в Западной Европе началось в XVI веке, и связано с именем профессора Падуанского университета Джованни Баттисты Монтано , который говорил: "учить можно не иначе, как посещая больных". Но все же в обучении медиков долгое время господствовала схоластика.

Термометр против схоластики

Революция в европейской медицине произошла только в конце XVII века, в Лейденском университете в Голландии. Этот университет был основан в 1575 году принцем Вильгельмом Оранским (Молчаливым), позже при нем была организована клиника, которой руководил врач, химик Герман Бурхааве (его имя иногда произносится как Бургав). Он также возглавлял кафедры медицины и ботаники, химии, практической медицины.

Бурхааве был пионером клинических обследований – он, например, первым применил для диагностики термометр Фаренгейта и использовал лупу для анатомических исследований. Именно такой, практический, исследовательский подход он прививал и своим ученикам.

К нему съезжались студенты и врачи из многих стран, называя его "totius Europae praeceptor" – "всей Европы учитель". Лекции Бурхааве посещал и Петр I, благодаря чему в 1707 году в России появилось первое высшее образовательное медицинское учреждение.

Возглавил первый военный сухопутный госпиталь за рекой Яузой (ныне Главный военный госпиталь имени Н. Н. Бурденко) и медицинскую школу при нем Николай Ламбертович Бидлоо, выпускник Лейденского университета, ученик Бурхааве.

В программу обучения входили анатомия, хирургия, десмургия (руководство по наложению повязок), внутренние болезни, аптекарская наука, латынь и рисование. Преподавание анатомии велось на трупах (это было революционным событием по тем временам), а преподавание внутренних болезней – у постели больного. В каком-то смысле, это был прототип первой клиники в России.

Однако до создания полноценных лечебных научно-исследовательских центров в нашей стране было еще далеко, как и до развития клинической медицины.

Еще один ученик Бурхааве – Герард Ван-Свитен возглавил медицинский факультет Венского университета. Он полностью перестроил преподавание медицины, подчинив его цели подготовки практикующего врача.

Для этого была создана клиника, ботанический сад и химическая лаборатория университета, переоборудован анатомический театр и введен обязательный для студентов курс практической медицины, который преподавался "у постели больного", а также введено практическое испытание выпускников в городской больнице.

В результате реформы Венский университет первым в истории медицинского образования стал не только давать базовые естественнонаучные знания в области медицины, но и непосредственно готовить врачей, готовых к лечебной практике.

Другой важнейший центр клинической медицины сформировался в Великобритании – в Лондоне и университетах Шотландии. В Германии самым прогрессивным стал Берлинский Университет, где была создана крупнейшая научная школа физиологов и патологов. Постепенно даже цитадель университетского консерватизма – парижская Сорбонна – пришла к практической медицине. А после Французской революции Париж стал столицей медицинских открытий.

Клинический городок

В 1758 году начались занятия на медицинском факультете Московского университета, велись они по трем кафедрам: анатомии, физической и аптекарской химии и натуральной истории. Но своей клиники у факультета не было, и практических занятий со студентами не проводилось.

Срок обучения колебался от трех до шести и более лет, и завершался итоговым "испытанием". Успешно сдавшим выпускной экзамен присваивалось звание кандидатов медицины, не дававшее прав на самостоятельную врачебную практику, для этого выпускникам требовалось пройти годичную стажировку в Московском военном госпитале и сдать специальной экзамен Медицинской коллегии.

Так было до 1805 года, когда на медицинском факультете открылся Клинический институт – небольшая, всего на несколько коек палата.Уничтоженный наполеоновским пожаром медицинский факультет Московского университета был восстановлен "собственным иждивением" его декана Матвея Яковлевича Мудрова. О нем как о главном московском медицинском светиле писал Лев Толстой в "Войне и мире", и именно Мудрова принято считать отцом русской клинической медицины.

В 1820 году на новом месте был открыт созданный по проекту Мудрова новый Клинический институт на 12 кроватей для больных внутренними болезнями. Там он и учил свои студентов овладевать врачеванием "не со слов учителя", но путем практики, клинических наблюдений : "книжное лечение болезней легко; одно – знать, другое – уметь".

Матвей Мудров, который получил образование в лучших европейских университетах, придумал систему врачебного расспроса больного и ввел в практику лечебных учреждений России истории болезни. Много лет он собирал и хранил 40 томов историй болезней всех наблюдавшихся им больных, а при эвакуации из Москвы в 1812 году, оставив прекрасную библиотеку, он взял их с собой, приговаривая: "Печатные книги везде можно найти, а историй болезней нигде".

Годы спустя его ученики и последователи организовали на базе терапевтической клиники Московского университета детскую клинику и отделение "болезней мочевых и половых органов". Затем, появилась клиника нервных болезней и палаты для больных "накожными" болезнями.

Наконец, в 1873-1874 годах на базе университетской клиники были организованы гинекологическое отделение и клиника общей диагностики и терапии. В результате медицинский факультет Московского университета стал мощнейшим научно-исследовательским центром. И старый Клинический институт оказался тесноват.

В конце 80-х годов XIX века на Девичьем поле в Москве начал строится Клинический городок. В его проектировании принимали участие университетские профессора Склифосовский и Эрисман, Клейн и Новацкий, Габрический, Филатов и Снегирев. Они не только добились государственного финансирования, но и уговорили московских купцов и промышленников профинансировать постройку и оснащение клиник.

Клинический городок поставил медицинский факультет Московского университета в один ряд с лучшими медицинскими факультетами Европы: здесь было новейшее оборудование и экспериментальная база, оснащенная самым современным инструментарием. Сегодня здесь расположена Московская медицинская академия, носящая имя И.М. Сеченова. Один из основоположников отечественной физиологии, блестящий экспериментатор тоже был выпускником Московского университета.

Медицина как культурный феномен

Развивалась научная медицина и в других учебных заведениях страны. В Санкт-Петербурге крупная научно-клиническая школа сформировалась в Медико-хирургической академии, которую в 1861 году возглавил Сергей Петрович Боткин (к слову сказать, также выпускник Московского университета).

В 1841 году открылся медицинский факультет Университета Святого Владимира в Киеве, который должен был стать ведущим центром подготовки ученых-врачей для южной части империи.

А в 1814 году был открыт факультет врачебных наук при Казанском университете, ставший одним из центров мировой медицинский мысли. В 1840 году при университете была открыта клиника, где было сделано множество открытий и сформировалось несколько серьезных медицинских школ.

Уже во второй половине XIX века анатомическая, терапевтическая, хирургическая, физиологическая, нейрогистологическая, офтальмологическая, акушерско-гинекологическая, кожно-венерологическая и педиатрическая научные казанские школы приобрели европейское значение. Казанские профессора-медики становились основателями новых университетов в Сибири, Саратове и в Закавказье. Здесь начинали, продолжали или заканчивали свою карьеру многие выдающиеся ученые-медики России, среди которых В.М.Бехтерев и Л.О.Даркшевич. Здесь учился и первый народный комиссар здравоохранения РСФСР Н.А.Семашко.

В 1863 году на медицинском факультете Казанского университета была организована первая в Европе и России кафедра биологической химии, в 1869 году – первая кафедра гигиены. Именно в Казани была сделана первая в России электрокардиограмма.

Вообще, история российской университетской медицины – это только научный, но и культурный феномен. В клиниках при университетах не только делались открытия в области физиологии или гигиены, но и формировались прогрессивные этические, социальные нормы. Вот почему в судьбе клиник и профессоров-медиков, которые, казалось бы, занимались самым аполитичным и вневременным занятием – врачеванием, случались повороты, которые не имели ни малейшего отношения к медицине.

Например, когда в 1820 году была назначена правительственная ревизия университетов, попечитель Казанского округа М. Л. Магницкий устроил подлинный разгром Казанского университета. В результате было запрещено вскрытие трупов, закрыты анатомический театр и музей, все препараты которого были отпеты и похоронены по церковному обряду. А столетием позже, в 1922 году, из Московского университета были уволены и высланы из страны ученые, которые придерживались нематериалистических взглядов.

Но так устроен настоящий медик-исследователь, что никакими репрессиями, никакими трудностями его не остановить. Как заметил Герберт Уэллс, который с ужасом наблюдал за жизнью ученых в молодой советской стране, стоявшей на пороге гуманитарной катастрофы: "Все они страстно желают получить научную литературу, знания им дороже хлеба".

В 30-е годы прошлого века все университетские клиники на территории Советского союза были переданы в медицинские институты. А сегодня наблюдается обратный поворот.

В 1991 году в МГУ был вновь создан Факультет фундаментальной медицины, в 1995-м году медицинский факультет появился в Санкт-Петербургском государственном университете. История в какой-то мере повторяется – пока будущие светила изучают медицину по книгам, а не у "постели больного".

В этом смысле создание университетский клиник, первая из которых – медицинский научно-образовательный центр МГУ имени Ломоносова откроется уже до конца этого года, – это не только хорошо забытое старое, но и шанс, что в обозримом будущем в России снова появятся свои Нобелевские лауреаты в области медицины, революционные открытия и высококачественная клиническая практика.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала