Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Вячеслав Глазычев: ученый, которому была интересна жизнь

Умер Вячеслав Глазычев, ученый мирового уровня, архитектор, теоретик, историк, педагог, общественный деятель. Энциклопедист, который умел убеждать чиновников, теоретик, который эффективно воплощал свои новаторские идеи на практике, эксперт, без которого не обходилось ни одно крупное градостроительное начинание.

Наталья Афанасьева, обозреватель РИА Новости.

Умер Вячеслав Глазычев, ученый мирового уровня, архитектор, теоретик, историк, педагог, общественный деятель. Энциклопедист, который умел убеждать чиновников, теоретик, который эффективно воплощал свои новаторские идеи на практике, эксперт, без которого не обходилось ни одно крупное градостроительное начинание. Исследователь больших и малых городов России. Эту потерю можно сравнить с пожаром в большой библиотеке, - говорят его коллеги.

Вячеслав Леонидович Глазычев был настолько большой и неформатной фигурой, что даже сам не мог бы сходу очертить свои границы: "Я, скажем, категорически не в состоянии определить свою специальность. По диплому (и некоторым умениям) - архитектор, по кандидатской диссертации - социолог, по докторской - культуролог, по литературной работе - скорее, историк проектной деятельности, по статьям и выступлениям на ТВ - публицист, по технологии зарабатывания на жизнь - консультант, по общественной деятельности - едва ли не политик", - писал он у себя на сайте.

Автобиографию он назвал "Творчество и Хаос". Она очень характерна для Глазычева - серьезного академического ученого, который умел "под видом книг для подростков сочинять историю жилища и историю зодчества".

Рассказывают, как однажды Глазычеву захотелось прочитать какую-то очень важную японскую книгу, и он выучил японский. Сколько всего он языков знал, подсчитать невозможно.

"Это был эстет труда", - говорит культуролог Сергей Никитин, доцент кафедры истории и теории культуры РУДН, знавший Вячеслава Анатольевича лично. Человек века, причем и XX и XXI, настолько он всегда был актуален, активен, современен.

Главное в жизни - стимул

Его коллеги и ученики, архитекторы, журналисты, культурологи, урбанисты которые поделились с РИА Новости воспоминаниями о Глазычеве, сходились в одном: его уход - это невосполнимая интеллектуальная потеря. Это потеря не только для архитектуры, урбанистки, теории дизайна, истории, но и живого русского слова, умения донести свои сложные мысли и новаторские теории. К счастью, Вячеслав Леонидович был яркой публичной фигурой и оставил не только научные монографии и исследования, но и публицистику.
Своим наставником его считают не только те, кто учился у него в МАРХИ или на кафедре управления территориальным развитием в Академии народного хозяйства.

"Я равняюсь на его книги и статьи, некоторые из которых написаны 50 лет назад, а при этом невероятно современны и абсолютно новаторские", - говорит Сергей Никитин, работавший вместе с Глазычевым.

Для Никитина это, например, сборник статей "Глубинная Россия", где описано, как Глазычев придумывал для разных городов в разное время новые стимулы, чтобы их взбудоражить, взбодрить, дать какую-то новую идентичность.

"Это был человек, которые прекрасно понимал, что главное в любом деле - это стимул. И он искал эти стимулы в повседневности. Он устремлялся в документальную плоть нашей жизни. Ему все было интересно, - рассказывает Сергей Никитин.

"Его книгу "Эволюция творчества в архитектуре" я прочитал, будучи студентом, 25 лет назад. Она оказала на меня огромное влияние. И до сих пор считаю ее одним из самых глубоких и оригинальных произведений об архитектуре", - говорит журналист, координатор движения "Архнадзор" Константин Михайлов.

Уход Глазычева - это большая потеря для науки и общественной деятельности, подчеркивает Михайлов. "Он был один из тех, кто свои научные взгляды и теоретические построения умел применить на практике. Это редкая и великая черта серьезного ученого - давать механизмы реализации своих идей".

Знаток малых и больших городов

Если выделить из его многочисленных занятий главное, то, прежде всего, Вячеслав Глазычев занимался теорией градостроительства и городской среды. По сути, он бы одним из главных российских урбанистов и почти уникальным специалистом международного уровня.

"Глазычев был единственным человеком, который имел у себя в голове цельную картину, что происходит в стране с городами, - говорит его ученик и коллега Петр Кудрявцев. - Он очень быстро понимал проблематику, мог проанализировать то, что в городе происходит. Обладая феноменальными энциклопедическими знаниями и аналитическим умом, очень быстро давал практические рекомендации. К нему серьезно прислушивались многие губернаторы и люди в правительстве".

Как говорит архитектурный критик Елена Гонсалес, не было ни одного крупного проекта, по которому он, гласно или негласно, не давал консультации, официально или неофициально выражал свое экспертное мнение. "Для профессионалов: архитекторов, журналистов, студентов, градостроителей - он был неиссякаемым и авторитетным источником знания по любому вопросу". Елена Гонсалес сравнила уход Глазычева с пожаром в большой библиотеке.

Он никогда не был при этом кабинетным ученым и уж тем более чиновником. В 1991 году открыл "Академию городской среды", организовывал исследовательские экспедиции по 200 малым городам России.

Искусство убеждать чиновников

В последнее время Глазычев в качестве эксперта-урбаниста работал над освоением новых территорий, присоединенных к Москве, был членом Общественной палаты.

Один из участников конкурса на проект развития Московской агломерации, архитектор Юрий Григорян рассказывает: "Он был один из тех, кто умел разговаривать с чиновниками. И пользовался большим авторитетом. Это невероятно важно, потому что среди тех, кто занимается решением территориальных проблем, у нас почти нет специалистов, а большинство профессионалов не очень-то хотят и могут сотрудничать с властями".

Глазычев, по наблюдению Григоряна, мог не только рассказать, но и умел заинтересовать тех, кто принимает решения, проблемой градостроительства. Участвовал в принятии законов - и в этом была его огромная роль в развитии и сохранении городов.

"У него была трубка, которую он всегда курил, все на нее смотрели и становились ручными. И тогда он уже начинал управлять процессом. Он был настолько харизматической личностью, что большие чиновники робели перед ним, и работали по его сценарию. Он был очень свободным человеком, и ни от кого не зависел, - рассказывает Петр Кудрявцев. - Он был универсальным одиноким суперспециалистом, но при этом очень быстро мог собрать единомышленников под какую-то конкретную задачу".

Исследователь народа

Вместе с Глазычевым Петр Кудрявцев организовал несколько лет назад "Институт развития территорий", они работали по Перми, Севастополю, Подмосковью. Сейчас Кудрявцев - один из авторов проекта "Курорт "Золотое кольцо" (Глазычев его когда-то инициировал и консультировал), и придумывает новую идею для города "Переславль-Залесский".

Главное правило, которое перенял молодой урбанист от учителя, таково: "Всегда надо привлекать простых людей в территориальное планирование. У Глазычева была уникальная особенность - он всегда мог собрать и выслушать самых разных, порой неожиданных людей, и получить очень правильный и эффективный результат".

Мы очень мало знаем о себе, считает Сергей Никитин: "Вместо описания и изучения, почему люди ходят, например, по этой улице, а не по соседней, мы говорим: вы неправильно здесь ходите, ходите там, где мы построили пешеходную зону".

Вячеславу Леонидовичу Глазычеву, по словам Никитина, в отличие от большинства архитекторов, градостроителей, чиновников, всегда было интересно понять, "почему", покопаться, поговорить, походить: "Он понял, как устроены наши мозги, великий просветитель и, главное, исследователь нашего народа".

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала