Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Лех Валенса: не надо беспокоиться о России

Читать ria.ru в
20 лет назад в Польше прошли первые в коммунистическом блоке свободные выборы в парламент. У истоков демократических перемен в стране стоял лидер «Солидарности», электрик Гданьской судоверфи, лауреат Нобелевской премии мира, а позже – президент Польши – Лех Валенса. В беседе с корреспондентом РИА Новости Леонидом Свиридовым Лех Валенса говорит о смысле жизни, падении коммунизма, рыбалке и Нобелевской премии, Путине и Медведеве, Ющенко и Саакашвили, своей супруге Дануте и будущей книге.

20 лет назад - 4 июня 1989 года миллионы полек и поляков лишили коммунистов власти: в Польше прошли первые в коммунистическом блоке свободные выборы в парламент. Их называют частично свободными, потому что, по условиям, согласованным во время общенационального «круглого стола», 65% мест в Сейме закреплялось за представителями Польской объединенной рабочей партии и партий-сателлитов. В верхней палате парламента – Сенате, где не было никаких ограничений, «Солидарность» получила 99 мандатов из 100!

У истоков всех демократических перемен в Польше стоял легендарный лидер «Солидарности», электрик Гданьской судоверфи, лауреат Нобелевской премии мира, а позже – президент Польши – Лех Валенса.

В Варшаве и Гданьске сейчас проходит международная конференция «Солидарность и падение коммунизма».

В беседе с корреспондентом РИА Новости в странах Центральной и Восточной Европы Леонидом Свиридовым Лех Валенса говорит о смысле жизни, падении коммунизма, рыбалке и Нобелевской премии, Путине и Медведеве, Ющенко и Саакашвили, своей супруге Дануте и будущей книге.

- Господин Валенса! 20 лет назад «Солидарность» одержала оглушительную победу на выборах. Это был переломный момент для Польши?

- Да, в тот день мы победили коммунизм демократическим путем. Нам удалось сформировать правительство, которое возглавил первый некоммунистической премьер Тадеуш Мазовецкий. Вице-премьером и министром финансов стал Лешек Бальцерович, начавший рыночные и демократические реформы: либерализацию цен и приватизацию госсобственности. Сейчас мы живем совсем в другой стране.

- Когда Вы в Польше, большую часть времени проводите все-таки в Гданьске. А не хотели бы вновь вернуться в Варшаву в президентский дворец?

- Нет, нет и еще раз нет (смеется). Я так наработался, когда был президентом Польши, что как только подумаю о должности президента – сразу становится плохо. Ведь я действительно засыпал за рабочим столом, такое тогда было время. 

Я себя отношу к патриотам старшего поколения. Для Отечества готов пойти на все. Наработался я по максимуму, а благодарности – минимум, так часто бывает на посту президента.  Но я-то знаю, что отдал максимально все, что мог. И потому совсем не тоскую по президентскому креслу.

- Как сейчас обычно проходит Ваш день?

- Обращаются люди, звонят, приходят письма, вот Вы тоже обратились и даже специально приехали в Гданьск. Мой секретариат составляет график, а я все выполняю. Но времени всегда не хватает - часто выезжаю за пределы Польши.

- Вы советуете что-либо премьер-министру Дональду Туску?

- Нет, я не являюсь советником премьер-министра, хотя у нас очень теплые отношения. Но если он меня о чем-то спрашивает, я всегда помогаю советом. У Туска достаточно много помощников в Варшаве.

- Говорят, что о решении Нобелевского комитета Вы узнали на рыбалке?

- Да, это правда. Я получил Нобеля в 1983 году. Уже тогда были разного рода утечки информации, мол, Валенса, получит Нобелевскую премию мира.

Мой дом в Гданьске был просто осажден: всюду журналисты и спецслужбы. Я решил убежать из дома и утащить с собой всех журналистов на рыбалку. Там все и узнали.

- Сейчас есть возможность поехать на рыбалку?

- Очень бы хотел, но все нет времени. Все-таки рыбалка – дело серьезное. Вот думаю, пройдут все торжества, и в следующем году точно поеду на рыбалку. Если хотите – присоединяйтесь.

- Вы часто бываете в США. Зарабатываете деньги?

- Да, я езжу работать, консультировать и зарабатывать деньги. Все сразу. У меня не такая большая пенсия, порядка трех тысяч злотых (около 900 долларов США – Л.С.). Этого очевидно не хватает на содержание моего дома, семьи, потому у меня должен быть приработок. Конечно, со всех моих доходов я исправно плачу налоги. Но там, где нужно что-то для страны или для конкретных людей – многие вещи делаю бесплатно. У меня нет цели заработать миллионы, в этом смысле я вполне нормальный человек.

- В польской прессе постоянно присутствует российская тема. Россию все время учат, Москве объясняют, как жить и что делать…

- Не надо беспокоиться о России. Россия сама разберется, что ей делать, с кем сотрудничать, как реализовывать национальные интересы.

- Как Вы оцениваете тандем Путин-Медведев или Медведев-Путин?

- Путин для меня на первом месте. Просто потому, что у Путина очень большой опыт, школа жизни. У Медведева еще все впереди. 

Но до конца Путина так никто и «не разгрыз», кто Вы – мистер Путин? Я сегодня вижу двух Путиных: один, который понимает мир, имеет колоссальный опыт, реформирует Россию, ведет страну к демократии и делает все для нормального управления государством. Это один позитивный Путин, и ему нужно максимально помогать, ибо Россия нужна всему миру. Но именно такая Россия нужна в современном понимании: демократическая, со свободным рынком, свободная и открытая страна.

Но есть и другой Путин: немного страшный, потому что он – из КГБ. Это – иной Путин, и тут ему не нужно помогать. Тут мы можем набить себе много шишек.

Кто из них победит? Логично – первый Путин. Но жизнь слишком сложная штука, временами я вижу первого Путина, иногда второго – в старом стиле. Просто идет борьба между философией 20 и 21 века. Россия – богатый край, в России – мудрые люди. Нужно только страну поставить на нормальные рельсы.

- В польско-российских отношениях всегда появляется тема Катыни…

- Рано или поздно Кремлю придется открыть все документы по Катынской трагедии. Жаль, что сейчас нет отважных людей, чтобы это сделать. Я сожалею, что не сделал это с Борисом Ельциным до конца. Мы просто не успели. Мы были близки к большому очищению и пониманию друг друга.

А мои последователи в Польше делают все это неловко, неуклюже, некрасиво и бездарно.

Но мы обречены быть всегда рядом друг с другом. Господь Бог так решил, что мы попросту соседи. И ближе нам из Варшавы до Москвы, чем до Нью-Йорка. А потому после разного неприятного опыта, мы должны по-соседски понять друг друга. Такова потребность, и чем быстрее мы это поймем и это сделаем - тем меньше потерь понесем. И третьи силы не будут на этом зарабатывать свой капитал. Ведь всегда, когда мы ссоримся, кто-то на это зарабатывает.

- А это возможно, так «перезагрузить» наши отношения?

- Ну, конечно же, возможно. Только нужно принять мужские решения в тех вопросах, которые нас разделяли. Нужно просто все расчистить – и вперед!

- С польской стороны это должен сделать президент или премьер?

- У вас это проще, яснее, в России легче принять решение. В Польше несколько хуже – такая у нас конституция. Но такое решение можно принять и нужно это сделать. Премьер у нас больше склонен к принятию таких решений. 

- Меняем тему: Южная Осетия, Абхазия - признают ли их страны ЕС?

- Я думаю, что ни одна страна Евросоюза не признает Южную Осетию и Абхазию.

- Нужна ли была такая ангажированность Леха Качиньского в Грузии?

- Нет, конечно, нет. Россия - ядерная держава. Можно, конечно, сколько угодно кричать России «Нет!», как это делал президент Лех Качиньский, но это же глупость! И опасная глупость. Это все несерьезно.

Кремль тоже мог сделать много ошибок, но так нельзя разговаривать с Россией. Теперь после военного конфликта на Кавказе у всех есть друг к другу претензии.

- Но ведь Саакашвили начал бомбардировку Цхинвали!

- Да, это была самая большая ошибка президента Грузии.

- Господин Валенса! Вы теперь в так называемой группе 12 мудрецов Евросоюза. Каково будущее Европы? Через 20 лет?

- Мы должны изменить Европу. Нужно многое поправить в Европе, в мире.

В Европе сейчас много своих проблем, Европа эгоистична. Группа мудрецов должна попытаться предложить концепцию жизни в 21 веке. Что сейчас глобально в мире? Проблемы экологии – нам всем нужно выжить. Вопросы глобальной безопасности. Далее, делаем ли мы это на нынешних принципах свободы и демократии? А как быть с духовностью?

Каждая страна, каждый народ имеет свои ценности. Нужно определиться с этими ценностями, универсальными для всех. Пусть это будет 10 новых заповедей – это должен быть фундамент. За добро нужно поощрять, за зло – наказывать.

Я бы хотел, чтобы новая модель выглядела, например, как правила дорожного движения. Мы с Вами ездим в Москве по правилам, так же в Варшаве, в Париже, в Гданьске. Политическая и экономическая модель должна также функционировать как правила дорожного движения. Все мы движемся вперед, но, действуя по правилам, можно сесть в вагон поезда и выйти из вагона.

Но чем дальше мы кооперируемся, тем сложнее выйти из вагона движущегося поезда. Следовательно, следует создавать такие правила, которые сломают границы между Россией и Европой, даже шире – между Азией и Европой. Ведь не нужно иметь специальные водительские права: с российскими можно ездить в ЕС, с европейскими правами можно ездить в России. Я бы хотел, чтобы такую модель мы продвинули и в экономике, и в политике. Если мы сейчас не будем этого делать – будут большие проблемы и серьезные конфликты.

- Во время оранжевой революции на Украине Вы лично поддержали Ющенко. Не ошиблись? 

- Ну, это было не совсем так. Я не носил оранжевый шарфик в Киеве, не было такого! И всегда говорил, что за один заход не удастся все сделать. И, как оказалось, «оранжевые» многое не смогли сделать. Впереди еще много крутых поворотов. Но – направление правильное.

- Курс на Европу?

- Не только, речь идет о свободах, о широком сотрудничестве. Чтобы мы не говорили, но уровень и качество жизни в Европе выше, чем в России. Потому логично, что Украина стремится к лучшей модели.

С другой стороны, украинское общество может не воспринимать многие европейские нюансы. Что-то украинцам может у нас и не нравиться. Но на сегодня в Европе - лучше. А завтра может оказаться, что в России значительно лучше, чем в ЕС. И если Россия всерьез займется собой, то в России завтра действительно может быть лучше.

- Вы можете подытожить эти 20 лет жизни в другой Польше?   

- Наверное, нужно издать еще одну книжку, тогда, может быть, еще одного Нобеля получу – по литературе (смеется).

Тогда Нобелевская премия мира, конечно, помогла в развитии «Солидарности». Это был свежий ветер в паруса, награда послужила великому делу – мы в Польше мирно сменили систему.

Что касается подведения итогов, я думаю, мне еще рановато этим заниматься (смеется).

- Господин Валенса! А дома в Гданьске Вы часто бываете? Как на Ваши постоянные разъезды реагирует супруга?

- По-разному бывает. Иногда мы ссоримся. Раньше Данута много занималась детьми. Сейчас дети все самостоятельные. В общем – у нас с Данутой все нормально, как в любой нормальной семье.

- Как Вы отдыхаете?

- Когда устает голова, начиная что-то делать дома. Ремонтирую что-то, поправляю электропроводку. Я же все-таки электрик! А я люблю работу по дому.

- Самый важный вопрос: как Вы себя чувствуете после операции на сердце?

- Спасибо, как видите, все хорошо. Все удалось, чувствую себя значительно лучше, с сердцем все в порядке. Так что жить можно еще долго.

- Большое спасибо за интервью!

 
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала