Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

США: выборы – избирателям, администрации - кандидатам

© REUTERS / Jason Reed За четыре дня до президентских выборов Барак Обама предостерег своих сторонников от излишней эйфории и напомнил, что выборы еще не прошли
За четыре дня до президентских выборов Барак Обама предостерег своих сторонников от излишней эйфории и напомнил, что выборы еще не прошли
За четыре дня до президентских выборов 4 ноября Барак Обама предостерег своих сторонников от излишней эйфории и напомнил, что выборы еще не прошли, и нескромно делать вид, что они уже позади: "Не надо недооценивать нашу способность запороть все дело".

Андрей Федяшин, политический обозреватель РИА Новости.

За четыре дня до президентских выборов 4 ноября Барак Обама предостерег своих сторонников от излишней эйфории и напомнил, что выборы еще не прошли, и нескромно делать вид, что они уже позади: «Не надо недооценивать нашу способность запороть все дело». Обычный эвфемизм для «не сглазьте».

Все может, конечно, случиться в американской большой политике. Хотя мне больше нравится позиция лондонской The Guardian, которая заметила, что «сбить Обаму с пути к победе сейчас может разве что адюльтер с террористом нетрадиционной ориентации». Довольно сильная аргументация неизбежности победы над республиканским соперником.

Сам он, похоже, все-таки верит в нее, потому, что уже полным ходом формирует новую администрацию. Такой активности, кстати сказать, у Маккейна не наблюдается, хотя и он уже собрал «ядро» своей исполнительной команды.

Повышенные скорости подготовки к въезду в Белый дом вполне объяснимы. Нынешние выборы в США – особые. И не только по цвету, возрасту и характеру кандидатов. За ними последует первая передача власти с трагедии 11 сентября, начала войн в Афганистане и в Ираке, невероятного финансового кризиса. Со Вьетнама это вообще будет первая новая администрация, которая придет к власти, когда нация находится в состоянии войны сразу на нескольких фронтах – иракско-афганском и финансовом. Так что времени на «обкатку» не будет.

Конституция предусматривает переходный период между ноябрьскими выборами и официальным вступлением президента в должность 20 января. «Транзитной команде» победившего - ее обычно возглавляет вице-президент - выделяется на «всю канцелярию» несколько миллионов долларов (последний раз Бушу дали 5,3 млн). Надо учесть, что всех кандидатов на министерские и ряд других высоких постов исполнительной власти в обязательном порядке утверждает конгресс. Обаме здесь повезло, потому что у демократов в Капитолии большинство.

Но ему не повезло с наследством. Оно очень тяжелое. Поэтому подход к распределению главных портфелей в кабинете и администрации должен быть особым. Он, похоже, такой и есть, хотя республиканцы и ругают своего демократического соперника за полное отсутствие опыта. Если взглянуть на имена, которые чаще всего упоминаются в качестве претендентов на ведущие посты (в принципе, многие кандидатуры взаимозаменяемы, как часто бывает в США – прочившегося на госдеп могут «поставить» на министерство обороны или наоборот), то у Обамы, похоже, и впрямь толковые советники. У него получается не команда, а прямо «швейцарский нож». Тот самый, в котором и лезвия острые, и отвертки, и напильники, и ножницы, и пинцеты, ложки, штопоры…, в общем, все, что нужно «в облаках, на земле, и на море». Здесь есть патриархи, старожилы, молодые, демократы, республиканцы, независимые эксперты и т.д.

Во внешней политике, которая, ясное дело, более всего интересует весь мир, одну Райс, вполне возможно (но, конечно, не наверняка) может сменить другая Райс. Госсекретарем может стать Сюзанна Райс, которая пока возглавляет внешнеполитическую группу Обамы. В ней более 300 человек - ядро его команды в государственном департаменте. При Клинтоне Райс была помощником госсекретаря по африканским делам. В госсекретари также прочат сенатора Джона Керри, который проиграл Бушу на выборах в 2004-м году. Поддержавший Обаму Колин Пауэлл, республиканец, госсекретарь в администрации Буша-младшего, навряд ли займет этот высокий пост. Он, скорее всего, может стать спецпосланником президента. Пауэлл до сих пор консультирует Обаму по внешнеполитическим и военным проблемам (он, при Буше-старшем, был председателем комитета начальников штабов). Энтони Лейк, бывший помощник Клинтона по национальной безопасности, вполне возможно займет или этот же пост, или пост руководителя администрации президента. В США это некое подобие «теневого» премьер-министра. На эти же посты претендует и Джеймс Стейнберг, зам помощника Клинтона по национальной безопасности, который при Клинтоне готовил почти все встречи «большой восьмерки».

Хуже всего, конечно, придется тем, кого Обама призовет под «финансовые знамена». Решать финансовые и экономические проблемы Америки сейчас – все равно, что добровольно идти на заклание. У Обамы и здесь есть инструмент из «швейцарского ножа». В министры финансов прочат Пола Волкера. Того самого, который еще при Рейгане возглавлял Федеральную резервную систему. Ему, правда, уже 81 год. Но, говорят, его могут назначить только для того, чтобы он довел до конца распределение уже выделенной при Буше финансовой помощи банкам, а потом ушел на покой. Сменить его может Лэрри Саммерс, министр финансов в администрации Клинтона.

В администрации может даже найтись место для Хиллари Клинтон. Если правда то, о чем говорят в окружении Обамы, ей могут предложить место министра здравоохранения. Вопрос лишь в том, возьмет ли она его. Хиллари не теряет надежды стать лидером сената и с этой высоты готовить вторую атаку на Белый дом через четыре года.

В принципе, набор кандидатов уже известен. Неизвестно только кого, на какой пост поставят. Ясно лишь, что у Обамы экспертов по внешней политике гораздо больше, чем у Маккейна.

За всем этим скучным административным пасьянсом было бы в высшей степени безответственно не упомянуть действительно кардинальное изменение, которое ждет дом на Пенсильвания авеню. Кто бы не вселился под номер 1600,  Обама или все-таки Маккейн, там произойдет несомненный, настоящий левый переворот. После Джорджа Буша-младшего в белый дом въедет левша. «Левосторонние», как выясняется, и Обама и Маккейн.

Вообще для Белого дома «левые руки» - совершенно особый случай. Если судить по количеству левшей-президентов в послевоенные годы и, особенно, в годы после Вьетнамской войны, то Белый дом – это одно сплошное неврологическое отклонение. Этот факт приводит в страшное возбуждение любителей теории заговоров, статистиков и, естественно, исследователей мозга.

По большому счету, левши в Америке вовсе не редкость. Обама или Маккейн станут 44-м президентом США. В этой достопочтенной компании каждый в отдельности будет лишь восьмым левшой в президентском кресле. Это совсем не страшно только тем, кто не понимает, с какого конца надо смотреть на такую статистику: если от «отцов основателей», то все в порядке. Но если от нашего времени?  Из 12 послевоенных глав исполнительной власти – сразу 6 делали левой рукой все то, что нормальные люди делают правой. Соотношение 50 на 50 - это уже нечто паранормальное, поскольку, по статистике, примерно лишь один из 10 американцев – левша. Если же взять пять последних президентов, то от картины веет анормальность: из них только один был правшой. Определенные горячие головы утверждают в этой связи, что «левость», таким образом, является для Белого дома нормальным явлением, а «правость», напротив, отклонением от нормы. Даже не хочется и говорить, какая рука «рабочая» у Джорджа Буша-младшего.

Короче говоря, со времен «левостороннего» Джеральда Форда левшами были Рональд Рейган, Джордж Буш-старший и Билл Клинтон.

Некоторые статистики утверждают, что подобного рода вещи случаются, и нынешняя «доминанта левости» с годами сойдет на нет и вернется в рамки обычной статистической погрешности. Противники столь упрощенного подхода к феномену уверены, что никаких погрешностей здесь нет, а есть нечто явно сатанинское.  Почему, вопрошают они, в Британии из 12 послевоенных премьеров только два (Уинстон Черчилль и Джеймс Каллагэн) были левшами, а в Америке таких половина? Профессор генетики в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе Дэниел Гешвинд утверждает, что «когда шесть из 12 президентов левши – это уже статистически значительно, и за этим наверняка что-то есть». Сам он признает, что пока не может понять – что именно. И навряд ли когда узнает, поскольку, по его собственному признанию, для выяснения темных сторон «левосторонней оккупации» Белого дома надо было бы провести длительные и сложные эксперименты с президентской генетикой. А кто же позволит копаться в генах исполнительной власти и верховного главнокомандования  –  вдруг там и впрямь нечто совершенно невообразимое?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Рекомендуем
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала