Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Бронзовому солдату указали его место

Под покровом ночи, без шума и пыли его откомандировали с центральной площади Таллинна в неизвестном направлении. Потом он восстал из небытия на окраине города, на военном погосте. Там его позволят окружить цветами и венками. Прежнее место его обитания тоже превратят в цветочную клумбу. Все вроде чинно, благородно. Еще немного и рассосется маевка перед эстонским посольством в Москве. В Таллинне уже подсчитали убытки, убрали битое стекло и застеклили витрины. Постепенно сойдут на нет истерики радикальных либералов по поводу истерик радикальных политиков...

Под покровом ночи, без шума и пыли его откомандировали с центральной площади Таллинна в неизвестном направлении. Потом он восстал из небытия на окраине города, на военном погосте. Там его позволят окружить цветами и венками. Прежнее место его обитания тоже превратят в цветочную клумбу.

Все вроде чинно, благородно. Еще немного и рассосется маевка перед эстонским посольством в Москве. В Таллинне уже подсчитали убытки, убрали битое стекло и застеклили витрины. Постепенно сойдут на нет истерики радикальных либералов по поводу истерик радикальных политиков. Отношения государств войдут в спокойное дипломатическое  русло, а вот лед во взаимоотношениях народов еще долго будет оставаться не растопленным.

Коллизия обросла мифами, легендами, сказаниями, взаимными претензиями и обидами. Уже многим кажется,  дело не в том, что произошло, а в том как произошло. Что, если бы мемориал не по-воровски эвакуировали на новое место жительства, а с оркестром и прочими воинскими почестями, да если бы русскоязычной общине предварительно с сердечной интонацией бы объяснили необходимость такой операции, то все было бы нормально, никто бы и слова не сказал против.

Между тем, сама идея переноса памятника как была лицемерной, так и осталась бы таковой, сколь бы ее не припудривали церемониальными ритуалами.   

Вернемся поэтому к ее сути, на которую, кстати, практически никто не обратил внимания.

Перед нами эксцесс семиотической, то есть знаковой войны.

Знаковые войны - дело житейское с той поры, как мы вышли из-под юрисдикции коммунистической идеологии.

Советская власть, как мы помним, к чему не прикасалась, из всего создавала символ. Из орудия труда: будь то серп, молот или карандаш. Из продукта производства: будь то пшеничный сноп или железный трактор. Из электростанции: Днепрогэс - символ индустриализации. Из трудящегося человека: рабочий и колхозница - великая скульптурная пара в мухинском исполнении. Каждая социальная группа имела свои правофланговые человеко-символы. Будь то Чкалов, Стаханов, Чапаев, Горький или Ангелина - каждый из них еще при жизни стал человеком-памятником. Ну, и, разумеется, ленинская могила, которая явила себя в фигуральном смысле фундаментальным, то есть краеугольным основанием советского строя.      

Плюнуть было некуда - все было знаком, памятником и символом. Страна была закована в советскую семантику, вырваться из которой, казалось, в ту пору непосильным и безнадежным делом.

В 90-х громадный бюст Ленина то выносили из зала, где заседал Верховный Совет РФ, то вносили в него. Однажды дело чуть до драки дело не дошло. Это когда один из депутатов, кажется, Михаил Афансьев, поставил перед собой на парте маленький андреевский флажок. Кто-то из парламентариев пытался его скинуть. Кто-то заступился. Потом следовали голосования, переголосования... Много копий было сломано в дискуссиях по поводу геральдики, гимна, символики нового строя, перезахоронения Ленина.

Словом, борьба за смену государственных знаков отличий протекала поначалу, пожалуй, не менее остро, нежели борьба за смену форм собственности, принимая порой гротескные формы. Тут можно было бы вспомнить демонстрацию предпринимателей с андреевским флагом длиной в несколько десятков метров.

Нынче внутри России знаки замиряются. Красные звезды соседствуют с иконами, красный флаг с серпом и молотом - с трехколором, демократически избранный президент принимает парад, паря не над Лениным, но стоя под Лениным.  

Но ведь есть памятники и памятники. И тем, кто отвоевал свободу. И тем, кто ее отнял.  

Таллиннскому эксцессу предшествовал довольно длительный процесс его подготовки. Не один год тлела тема переноса памятника. Зимой она активно обсуждалась в эфире российского ТВ. Тогда, насколько помнится, ситуация выглядела абсолютно незамутненной.

Не о том тогда шла речь, что бронзовый солдат занимает неподобающее ему место. Ему вменялась официальными лицами страны вполне конкретная вина - солдат символизирует оккупацию, репрессии, утрату суверенитета и все беды, что сопутствовали ее пребыванию в составе Советского Союза. Сюда же приплюсовывались отрицательные эмоции, связанные с потенциальными имперскими амбициями новой России.

Еще совсем недавно еврочиновники разного уровня были на стороне монументального символа. Они осторожно призывали своего европейского союзника быть поделикатнее с этим каменным гостем. Не грузить на него все национальные комплексы. На стороне таллиннского сержанта были даже наши крайние либералы; и они неназойливо советовали эстонской элите  не делать глупости.

Грешным делом, и я надеялся, что цивилизованному политику в цивилизованной стране хватит благоразумия не открывать новый фронт семиотической войны.

Но, видимо, действительно национализм малого народа стоит империализма большого...  И оба «изма» на вкус и цвет - одного поля ягоды, хотя и кажутся столь несоразмерными.

Впрочем, тут была и еще одна подоплека, которая не могла не царапать либеральную общественность Европы и России. Ведь эстонские националисты, атакуя памятник освободителю, атаковали память о победе антинацистской коалиции Запада и СССР. И я тогда задался вопросом: неужели Эстония решила повторить выбор русского генерала Власова?..     

Теперь ясно, что «решила», но в предельно завуалированной форме. Так, чтобы по возможности не задеть и без того поверхностные антифашистские чувства и убеждения цивилизованных европейцев. Все было задумано исполнить в темпе блицкрига.

Операция по выдворению солдата, можно сказать, удалась, если не считать побитой посуды, сотен травмированных граждан и одного убитого парня при неясных обстоятельствах.

Еврочиновники, да и наши фанатики либерализма в общем и в целом удовлетворены. Воин не распилен, не выкинут на помойку: он всего лишь переселен. Эстонская власть умывает руки после гробокопательской  работы и убеждает всех, что сделана она в интересах самого воина: ему, мол, на окраине города приятнее, комфортнее, покойнее, воздух чище. Он здесь будет как на даче. Да и среди могил он органичнее смотрится. Здесь ему, мол, и место.

Странно, однако, что никто не заметил: в данном случае от перемены мест смысл изменился.

Нравится это кому-то или не нравится, но бронзовый солдат в центре столицы Эстонии символизировал освобождение страны и народа от коричневой гадости. И там, в центре было его место.

На военном погосте он знаменует нечто другое - освобождение тех, кто лежит в земле, от жизни. Чувствуете, уважаемые читатели, как они опустили памятник и память...        

С благородными каменными или бронзовыми гостями так не поступают. Эти командоры могут и отмстить. Как? Не знаю. Возможны варианты.

Сегодня во внутриполитических целях цивильные эстонские националисты на славу разогрели российских националистов. Героическая победа генерала Ансипа над бронзовым сержантом уже, по слухам, вдохновила польских и венгерских националистов-нашистов на борьбу со своими каменными гостями. Его, Ансипа, победоносная операция войдет во все учебники и хрестоматии знаковых войн. Дальше начнет работать «принцип домино».    

***

Семиотические войны, подобно всем прочим войнам, способны из локальных трансформироваться в мировые.

Лозунг «Нашисты всех стран, объединяйтесь!» еще никем не озвучен, но он витает в воздухе и может стать руководством к действию. Тогда это все аукнется и нашим «Нашим», и вашим «Нашим», господин Ансип.

 И кто знает, может, и он, Ансип, отныне станет знаком, символом того движения, которое, опираясь на темные инстинкты толпы, завоюет Европу, Запад и будет впоследствии названо «бархатным нашизмом»? Или лучше: «цивилизованным нацизмом». В отличие от отечественного «азиатского нашизма».

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Рекомендуем
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала