Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Эксгумация РСМД

Аббревиатура, что вынесена в заголовок, расшифровывается просто - ракеты средней и меньшей дальности. Так они обозначены в Договоре между СССР и США, подписанном 8 декабря 1987 года в Вашингтоне Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом. Он предусматривал ликвидацию двух классов ядерных ракет обеих стран - средней дальности, летающих на расстояние от 1000 км до 5500, и меньшей дальности, «стреляющих» на расстояние от 500 до 1000 км...

Аббревиатура, что вынесена в заголовок, расшифровывается просто - ракеты средней и меньшей дальности. Так они обозначены в Договоре между СССР и США, подписанном 8 декабря 1987 года в Вашингтоне Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом. Он предусматривал ликвидацию двух классов ядерных ракет обеих стран - средней дальности, летающих на расстояние от 1000 км до 5500, и меньшей дальности, «стреляющих» на расстояние от 500 до 1000 км. Их, развернутых и неразвернутых, было у обеих сторон - 2692, пять процентов ядерного потенциала обеих стран.

У нашей страны - 1846. Из европейской части страны, от Постав, Малориты, Кармилавы, Слуцка и Глухова мы доставали своими ракетами до Исландии, включая всю Европу. А из азиатской части, от Барнаула, Канска, Дровяной - до Вьетнама, Индии и Пакистана, включая всю Японию с ее четырьмя большими и тысячей меньших островов и американскими военными базами. В том числе и Йокосукой, штабом 7-го Тихоокеанского флота. Куда были нацелены знаменитый «Пионер» РСМ-10 (SS-20 по западной классификации), Р-12 (SS-4), Р-14 (SS-5), РК-55 (крылатая, наземного базирования), ОТР-22 «Темп-С» (SS-12) и легендарная ОТР-23 «Ока» (SS-23). Почему, «легендарная»? Она не подпадала под действие Договора о РСМД, так как имела дальность полета только 400 км. Но действительно обладала уникальными по тем временам эффективными тактико-техническими характеристиками, включая систему «Stealth», и американцы буквально выкрутили руки нашим переговорщикам во главе с министром иностранных дел Эдуардом Шеварднадзе, заставили включить ее в договор.

У самих США было 846 ракет средней и меньшей дальности. Среди них «Pershing-2», «Pershing-1A» и BGM-109G (крылатая ракета Tomahawk наземного базирования). Из баз в Великобритании, ФРГ, Италии, Бельгии и Нидерландов они «доставали» до нашего Грозного, Архангельска, Горького (сейчас Нижний Новгород), в том числе и  до Москвы. Подлетное время этих ракет составляло 8-14 минут.

Свои последние ракеты американцы уничтожили 1 и 6 мая 1991 года на глазах у наших военных инспекторов. Мы - 12 мая того же года, на глазах у их военных инспекторов на испытательном полигоне Капустин Яр, в двухстах километрах от Волгограда. На том самом месте, где в октябре 1947 года стартовала первая советская баллистическая ракета. Заодно ликвидировались оперативные базы, арсеналы, места обучения специалистов, работающих на них, технологическая оснастка для их производства. Всего 117 советских (российских) объектов и 32 - американских.

Мне довелось присутствовать на последнем взрыве наших ракет на КапЯровском  полигоне. Никогда не забуду, как после фейерверка из связки двух «Пионеров» у полутора десятка немолодых мужчин в примерно одинаковых серых, неприметных плащах и фетровых шляпах покатились по щекам слезы. Может, от ветра. Может, еще от чего-то. От чего, догадаться не трудно. Самое страшное в жизни каждого человека - пережить своих детей. А эти люди присутствовали на похоронах собственного детища, которому, так получилось, отдали свою молодость, знания, талант - фактически всю свою жизнь. Было, от чего взгрустить. Потом я узнал, генеральный конструктор «Оки» Сергей Павлович Непобедимый даже попал от сильнейшего нервного потрясения в госпиталь, где пролежал несколько месяцев с инфарктом. У него отнялись ноги, и он заново учился ходить...

И хотя Михаил Горбачев сейчас утверждает, что все сокращения были согласованы с Генеральным штабом и получили полную поддержку военных, мне думается, что это не совсем так. Может быть, совсем не так. По крайней мере, покойный маршал Советского Союза Сергей Ахромеев, бывший в то время начальником генерального штаба, говорил мне, что его только поставили в известность о принятых решениях. Спорить с Генеральным секретарем ЦК КПСС, что-то доказывать было тогда бессмысленно.

Сегодня руководители нашей страны высказывают сожаление о том решении. Так высказался в своей речи в Мюнхене президент Владимир Путин. «Реликтом холодной войны» и «ошибкой» назвал Договор о РСМД на «Правительственном часе» в Государственной Думе теперь бывший, а тогда министр обороны России, ныне первый вице-премьер правительства Сергей Иванов. Нам  не мешало бы обзавестись такими ракетами, заметил он, хотя бы потому, что они есть у Индии, Пакистана, Кореи, КНР, Ирана и Израиля. О возможном выходе из Договора о ликвидации РСМД, как о реакции на перспективу размещения в Чехии и Польше элементов третьего позиционного района американской системы ПРО, направленной, кто бы и что по этому поводу не говорил в Вашингтоне, Варшаве и в Праге против российских ядерных сил сдерживания, в последнее время не раз упоминали министр иностранных дел России Сергей Лавров, начальник Генерального штаба вооруженных сил России генерал армии Юрий Балуевский и командующий Ракетными войсками стратегического назначения генерал-полковник Николай Соловцов...

Генерал Соловцов, отвечая на мой вопрос, даже подчеркнул, что российская оборонная промышленность готова начать воспроизводство ракет средней и меньшей дальности.

-Остались чертежи, технология. Восстановить производство будет несложно. Но уже с новой технологией, с новой элементной базой и новыми системами управления.

На предостережение российских политиков и генералов откликнулись многие высокопоставленные лица из Вашингтона. Один из них - министр обороны США Роберт Гейтс даже сказал, что «выход Москвы из РСМД может создать проблемы для Америки, но в больше степени это озадачит европейцев». Правда, он отказался увязывать угрозу России возобновить производство ракет средней и меньшей дальности с перспективой появление элементов американского ПРО в Чехии и Польше. «Москву может тревожить нарастающая угроза, связанная с ракетами средней дальности, к югу и востоку от ее границ», заметил глава Пентагона.

Не будем с ним дискутировать, тем более, что он и не прочтет этих заметок. Давайте подумаем, действительно надо ли нам эксгумировать РСМД? На мой взгляд, однозначного ответа тут нет и, в принципе, быть не может.

С одной стороны, угрозы для России от некоторых стран вблизи ее границ реально существуют или могут появиться. Военные специалисты судят не по намерениям тех или иных государств и их руководителей, а по потенциальным возможностям их армий. Так вот потенциальные возможности тех стран, о которых говорил в Госдуме Сергей Иванов, могут вызвать у нас необходимость иметь адекватное оружие для их сдерживания. Но с другой стороны, такое оружие у нас уже есть. Это наши «Стилеты» (УР-100НУТТХ) с шестью разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧ ИН). Это «Воевода» (Р-36МУТТХ и Р-36М2, на западе их называют SS-18 «Сатана») с 10-ю разделяющимися головными частями индивидуального наведения. Это мобильный «одноголовый» РТ-2ПМ «Тополь» (SS-25 «Серп») и новые моноблочные комплексы РТ-2ПМ2 «Тополь-М», в шахтном и мобильном исполнении. Всего около 560 ракет и 1970 боеголовок.

Вряд ли какое-либо из тех государств, где есть РСМД, захочет получить в ответ на свои угрозы «подарочек» от «Сатаны» или «Тополя-М». Даже один-единственный. Шизоидов во главе таких государств для «чистоты эксперимента» учитывать не будем. Понадеемся на их чувство самосохранения.

Так что, исходя из этого «арифметического посыла», можем сделать предварительный вывод, что для защиты от подобных государств и непредсказуемых режимов РСМД нам вряд ли понадобятся. Нужны ли они для  того, чтобы, как говорится, «приструнить» поляков и чехов, другие страны НАТО, которые держат на своей территории американские авиационные бомбы свободного падения В-61 (от 150 до 400 единиц по разным источникам)? Вопрос открытый.

Да, для нас эти бомбы - прямая угроза (не для борьбы же с террористами они складированы). Тем более, при наличии на границах России, в литовском городе Шауляй самолетов F-16, способных нести эти ядерные боеприпасы. Подлетное время F-16 до Смоленска и Москвы, как у тех же ликвидированных «Першингов» и «Томагавков», всего 8-14 минут. Мы могли бы «откликнуться» на такую возможность адекватным и ассиметричным ответом - перенацеливанием своих стратегических ракет. И поставить об этом в известность партнеров по НАТО и США. Так, мол, и так. Ядерные бомбы Вашингтона в Европе мы расцениваем, как прямую угрозу. Если у нас партнерские отношения, как вы утверждаете, то зачем они здесь? Тем более, что российского ядерного оружия на чужих территориях, даже союзных по ОДКБ стран нет.

Можно, наверное, рассуждая отвлеченно, вспомнить в этом случае и о Договоре о ликвидации РСМД, о возможном выходе из него. Но способны ли мы быстро наладить выпуск таких ракет? Все ли последствия (политические, военные и финансовые) подобного шага нами просчитаны?

Не дело журналиста, хоть и полковника в отставке, спорить с действующим генерал-полковником. Это, как минимум, неприлично. Но оптимизм господина Соловцова представляется мне несколько преувеличенным. Большая часть заводов, где серийно выпускались наши РСМД, остались на Украине и в Казахстане. Они от нас отрезаны и, видимо, навсегда. Остается один завод в Воткинске. Но он сегодня загружен выпуском «Тополей-М», ракетами оперативно-тактического комплекса «Искандер-М», «Булавой-30», которую мы пока еще не сумели поставить на вооружение. Кто будет выпускать модернизированные «Пионеры», не ясно. Где брать на это деньги, - тоже.

Дело в том, что даже с деньгами, которые, в принципе, найти можно, наладить новое производство в ближайшие два-три года крайне сложно. Нет в достаточном количестве высококвалифицированных кадров. Те, кто вспоминают Великую Отечественную, опираются на тот опыт, когда на холоде, в открытой степи ставили заводы и через месяц-другой начинали отправлять на фронт пушки и танки, не понимают или не хотят понять, что нынешние ракеты - не тогдашние танки, пушки и самолеты. Их самоотверженной работой, на героизме и самопожертвовании не создать.

Простой пример, который я часто использую, когда-то и Пхеньян, и Тегеран, и другие страны получили советские ракетные комплексы «Скад-Д», который стрелял на дальность 300 и больше километров. На его базе они создали новые ракетные комплексы - специалистам они известны. И что? Оказалось, что увеличение объема топливных баков и их количества не дает  сильного приращения дальности. А тем более, точности попадания. Нужна другая наука, другой уровень развития техники и технологии, другая электроника. Выше существующей на порядок.

Так и тут. Для того, чтобы возродить РСМД потребуются колоссальные затраты. Финансовые, материальные, экономические... Они нам нужны?! Стоит ли отрывать их от тех социальных задач, которые не менее остры?! В конце концов, не война. Разве нельзя решить проблемы сдерживания вероятного агрессора тем, что у нас уже есть и запланировано. Той же полутора сотней  «Тополей-М» к 2015 году. Тем более, если после 2009 года, когда закончится действие договора СНВ-1, мы сможем ставить на них три разделяющиеся головные части индивидуального наведения. Если все-таки поставим на боевое дежурство в стратегических подводных силах ВМФ «Булаву-30». Шесть РГЧ ИН, как минимум, на каждой. Двенадцать ракет на первом корпусе АПЛ, шестнадцать - на пяти следующих. К 31 декабря 2012 года, времени выполнения еще одного договора с США по СНП, когда у нас и у них должно остаться на носителях от 1700-2200 ядерных боевых блоков (ЯБП), у нас может быть чуть меньше 1700 ЯБП. Но необходимый баланс и возможность сдерживания, думаю, мы соблюдем. Это и будет наш ассиметричный, адекватный и сравнительно дешевый ответ на все происки конкурентов. Что не позволит нам втянуться в разрушительную и бессмысленную гонку вооружений.

Это когда-то наши «стратеги» считали, сколько нужно доставить к цели ядерных блоков, чтобы нанести противнику неприемлемый ущерб, который заставит его прекратить агрессию - 150 или 200. Сегодня ясно, что для такой цели достаточно гораздо более меньшее количество ЯБП. Сколько именно, пусть считают специалисты. А от себя, журналиста, хочу сказать вот что.

Если мы по тем или иным причинам (элементы ПРО в Восточной Европе, или страны, окружающие нас имеют РСМД и etс.) решили выходить из Договора 1987 года, то надо выходить, а не только говорить об этом. А то, как-то неудобно получается. Предупреждали, что адекватно и ассиметрично отреагируем на расширение НАТО на Восток, и что? Где эта «ассиметричность»?  Говорили о праве России на превентивный удар по террористам, где бы они не находились. И кто знает, когда и где был нанесен такой удар? Предупреждали о возможном выходе из Договора об обычных вооруженных силах в Европе, так как он не соответствует сегодняшним реалиям, уже нарушен США и их союзниками по НАТО, особенно на флангах, не соответствует российским национальным интересам. И опять вынужден задать риторический вопрос - что из этого? Теперь мы говорим о возможном выходе из Договора о РСМД.

Пора что-то делать или нас так и будут воспринимать в мире: мели, Емеля, - твоя неделя.

Вспоминаю в этой связи известную побасенку про молодого пастушка, который интересовался, что ему делать, если на стадо, которое он охраняет, нападут волки. Кричи: «На помощь!», посоветовали ему.

Раз решил пастушок проверить бдительность односельчан, призывая их помочь ему, второй раз, третий... А когда волки действительно напали на стадо, никто на помощь не пришел.

Мы этого добиваемся?!

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Блог Виктора Литовкина

Оценить 0
Рекомендуем
РИА
Новости
Лента
новостей
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала
Чтобы участвовать в дискуссии
авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
loader
Чаты
Заголовок открываемого материала