Автор: Елена Косова
Когда маршал Чуйков в конце 50-х писал книгу о Сталинграде, которую он назвал "Начало пути", его преследовали кошмары. Солдаты и офицеры, посланные маршалом на смерть в дни обороны города, являлись ему во сне. Пройдет 30 лет, и дважды Герой Советского Союза завещает похоронить себя вместе с ними в одной братской могиле на Мамаевом кургане. В день похорон маршала текст его завещания с заголовком "Конец пути" напечатают почти все немецкие газеты.
"Конец пути"
Текст завещания уже сильно изменившимся почерком 82-летний маршал Василий Иванович Чуйков составлял на оборотной стороне фронтовой фотографии, на книге "Начало пути", на клочках бумаги, которые были под рукой. Предчувствуя конец пути, он вызовет к себе сына Александра и скажет: "Ты мой единственный сын. Я хочу, чтобы ты знал одним из первых, - я послал письмо в ЦК КПСС с просьбой, чтобы мой прах хоронили не в Кремлевской стене, не на Новодевичьем кладбище, а на Мамаевом кургане в братской могиле. Я хочу лежать со своими солдатами".
"…Чувствуя приближение конца жизни, я в полном сознании обращаюсь с просьбой: после моей смерти прах похороните на Мамаевом кургане в Сталинграде, где был организован мной 12 сентября 1942 года мой командный пункт.
… С того места слышится рев волжских вод, залпы орудий и боль сталинградских руин, там захоронены тысячи бойцов, которыми я командовал…" (27 июля 1981 года, В. Чуйков).
Он умер 18 марта в1982-м. Согласно завещанию маршала его тело из Москвы для захоронения было перевезено в Волгоград. В день похорон с Волги тянуло ледяным ветром.
"Жители города, ветераны прощались с ним в Доме офицеров. Когда тело маршала везли на Мамаев курган, на тротуарах и площадях стояли люди без головных уборов. Для нашего города маршал Василий Иванович – не чужой человек", - вспоминает старейший сотрудник музея-заповедника "Сталинградская битва" Владимир Китаев. Он был одним из тех, кто принимал участие в организации похорон маршала.
"Главная река русских"
На военно-топографических картах Мамаев курган обозначался как Высота-102.0. Главная высота России. Склоны кургана перепаханы снарядами, почва кургана – смесь металлических осколков и солдатских костей.
Гитлер изо всех своих сил рвался к "главной реке русских", - так немцы называли Волгу. 12 сентября 42-го Чуйков принимает командование 62-ой армией.
В дни обороны города, которая длилась 180 дней и ночей, Чуйков говорил: "За Волгу мы не уйдем, за Волгой для нас земли нет". Но, уже не надеясь на победу, командарм написал прощальное письмо жене, в то время как немцы отлили медаль "За взятие Сталинграда". О том, что город пал, они объявляли несколько раз. На ременных пряжках немецких солдат и офицеров был начертан девиз "С нами Бог" или "Бог видит тебя". Но именно тогда, в сталинградском аду, бог войны отвернулся от солдат вермахта.
"Основная задача мощной немецко-фашистской группировки была проста: взять город, выйти на Волгу, т.е. пройти с боем 5-10 километров и сбросить нас в реку, - рассказывает ведущий научный сотрудник музея-заповедника "Сталинградская битва" Татьяна Приказчикова. – Но тут случилось то, чего никто не ожидал. Эти самые 10 километров немцы не могли преодолеть. Несмотря на то, что Гитлер бросил в сражение за этот город свои лучшие силы, превосходящие обороняющие мощности в несколько раз".
"Генерал, который воюет в белых перчатках"
Про маршала Чуйкова говорили, что он генерал, который буквально воюет в белых перчатках. На самом деле никаких перчаток не было. Просто в дни обороны Сталинграда его мучила страшная экзема, и руки были вечно перебинтованы.
"Он рассказывал, что это было только в Сталинграде. Какое-то обострение нервное, напряжение - и у него сразу начинали руки гореть. Трещины, кровь. И санитарки, они уже знали и всегда после боя или в передышках между боями поджидали отца с тазом марганцовки и свежими бинтами", - говорит сын маршала Александр Чуйков.
Со сталинградских времен Чуйкова также называли "генералом Штурмом".
В Сталинграде он развил и довел до совершенства известную еще в Первую мировую тактику штурмовых групп, тактику уличного боя. Мелкая штурмовая группа в Сталинграде получила право на существование как тактическая единица. Жилые дома, руины цехов, подвалы стали непреступными бастионами, защитники которых не только оборонялись, но и переходили в контратаки.
Самый известный пример - дом Павлова, который с 23 сентября по 25 ноября в 42-м стал важным опорным пунктом обороны города.
"Что такое штурмовая группа? Это 6-8 человек хорошо вооруженных людей, способных вести рукопашный бой. Кстати сказать, немцы не выносили рукопашного боя, - рассказывает Татьяна Приказчикова. – А Чуйков приказал сокращать нейтральные полосы до броска гранаты, чтобы авиация противника не могла бомбить, рискуя пробомбить свои боевые порядки. В нашем музее есть книжка про опыт штурмовых групп, в которой говорится: "врывайся в дом вдвоем с гранатой. Граната впереди, ты за ней, так проходи весь дом".
"Это тебе, Вася, мой подарок за Сталинград"
Тактику мелких штурмовых групп Чуйков с успехом применял и в Берлине. 2 мая в 45-ом именно генерал Чуйков, тогда уже командующий 8-й гвардейской армией (с апреля 43-го 62-я получила гвардейское звание и стала именоваться 8-й гвардейской), принял капитуляцию Берлинского гарнизона.
А через год в одной из больниц Потсдама у Чуйкова родится сын, которого он в честь полководца Суворова назовет Александром.
"Мама ему сказала (несмотря на то, что это уже дошли до Германии): «Это тебе, Вася, мой подарок за Сталинград». Сказать, что он был рад моему рождению, – ничего не сказать. Он, тогда уже 46-летний, был счастлив - вот как мама рассказывала - ну просто как мальчишка", - говорит Александр Чуйков.
"Он был страшно ревнив"
До войны Валя Павлова хотела быть актрисой, а стала женой маршала. Вернее, тогда, в 25-м, Чуйков был командиром полка. С двумя орденами Боевого Красного Знамени на груди он приехал навестить родные Серебряные Пруды. На танцах познакомился с 18-летней Валей Павловой, которая через год стала Валей Чуйковой.
"Он был страшно ревнив. Но, тем не менее, вместе они прожили 56 лет. Мама пережила его всего на два года, - вспоминает Александр Чуйков. – Мама была очень красива. Когда он женился на ней, то на него писали доносы, что он, якобы, женился на польской княгине. А мама из самых что ни на есть из местных – серебрянопрудских.
А из Польши единственное, что он вынес в 20-м году, – ранение разрывной пулей в плечо. Оно-то его и свело в могилу спустя 60 лет".
В 28-м году вместе с женой Чуйков поедет в Китай. Его назначат туда на ответственную работу.
Имя Василия Чуйкова могло стоять в одном ряду с именами разведчиков Рихарда Зорге и Николая Кузнецова. Чуйков грезил разведкой. Она же, разведка, чуть не отняла у него любимую жену.
"Вот эта вот извечная игра влюбленных. Она слышит его шаги. И она подкрадывается сзади. Обнимает его за шею, закрывает ему глаза, - рассказывает Александр Чуйков.
- Когда она пришла в себя, то поняла, что лежит на полу с гудящей головой, а в лицо ей смотрит дуло браунинга, который держит в руках любимый муж. Он кричал: неужели ты не понимаешь - кто подкрадывается сзади, тот враг. У меня рефлекс".
О периоде работы Чуйкова в Китае в 28-29-м годах известно мало. Ведь даже работать он поехал туда под чужой фамилией. Во второй раз в Китае Чуйков окажется уже перед войной – в 40-м году.
"Тогда он, по существу, был там главным военным советником Чан-Кайши – председателя Исполнительного Юаня Китайской Республики. В те годы создавался мощный фронт против японцев, заслоняющий наши дальневосточные рубежи. Известно, что начало Великой Отечественной отец тоже встретил в Китае", - рассказывает сын маршала.
В 42-м Чуйков был отозван Сталиным в Москву. После чего и назначен командующим действующей армией на Сталинградском направлении.
В партбилете коммунист Чуйков хранил молитву
В бою маршал Чуйков крестился кулаком. В первый раз это случилось на Украине в октябре 43-го. В течение часа немцы бомбили и обстреливали хату, в которой укрывался Чуйков с офицерами.
"Он рассказывал: «Я стоял со сжатым кулаком, и было желание перекреститься. А я чувствую, что я пальцы разжать не могу, не могу их сложить для крестного знамения, их судорогой свело. И перекрестился кулаком». Вплоть до Победы он кулаком так и крестился", - делится воспоминаниями об отце Александр Чуйков.
Уже после смерти отца Александр Васильевич разбирал его документы. Военный и партийный билеты лежали рядом. В партийном билете он обнаружил молитву, написанную на клочке бумаги рукой маршала.
"О, могущий! Ночь в день превратить, а землю в цветник. Мне все трудное легким содей. И помоги мне!"
![](http://rian.ru/images/33747/39/337473923.jpg)
Кружку простокваши – с ложкой!
У маршала Чуйкова было несколько привычек, которые граничили с чудачеством. Вечером он требовал кружку простокваши, при этом непременно добавлял: "С ложкой!" Над анекдотами про Василия Ивановича Чапаева Василий Иванович Чуйков смеялся, но лишь тогда, когда Василий Иванович Чапаев превращался рассказчиком анекдота, например, в Николая Степановича. Был заядлым любителем игры в карты. А если проигрывал, злился и обижался всерьез.
"Он был человек очень упрямый, он был человек далеко не легкий. Вы знаете, есть такое понятие - поперечный. Когда я к нему обращался с какими-то вопросами или проблемами, первое, что я от него слышал – всегда "нет", - рассказывает Александр Чуйков.
"Есть в огромной России город, которому отдано мое сердце"
Сын маршала Чуйкова, названный в честь Суворова Александром, надежды отца не оправдал - не стал военным, а стал скульптором. Сколько он себя помнит, он все время лепил. Сначала из хлебного теста – собачек и лошадок, потом из пластилина – самолетики и танки, позже из глины – бюсты военачальников.
"Я не могу сказать, что я его осчастливил своим выбором профессии. Я слышал его тяжелые вздохи, ворчание, - рассказывает сын маршала. – Человеком, который смог убедить моего отца в том, что скульптура – мое призвание, стал большой друг нашей семьи скульптор Евгений Вучетич".
Евгений Вучетич - автор памятника "Родина-мать" и всего ансамбля "Героям Сталинградской битвы" на Мамаевом кургане в Волгограде.
Автор памятника маршалу Чуйкову в этом же городе – скульптор Чуйков.
Лицом маршал, одетый в гранит, смотрит в сторону Волги. За его спиной - главная высота России Мамаев курган. А на самом памятнике сын выбил слова отца:
"Есть в огромной России город, которому отдано мое сердце. Он вошел в историю как Сталинград".
Кстати, в семье маршала Чуйкова Волгоградом этот город никто и никогда не называл.