Мы стоим рядом с мостом через реку Клюевка на трассе Москва-Владивосток, которая проходит через территорию Бурятии. Мой собеседник – замглавы управления дорог "Южный Байкал" Владимир Фесенко говорит громко, но расслышать его сложно из-за гула, вибрации мостовых конструкций и лязга проносящихся фур. Но этот мост, построенный еще в 1967 году, несмотря на предаварийное состояние, отремонтировать невозможно. Как и четыре других из семи мостов на трассе на территории республики. Парадоксально, но главным препятствием на пути дорожников стал закон об охране озера Байкал.
"Мы максимально стараемся его сохранить. Сделали реверсивное движение, чтобы снять нагрузки, чтобы транспорт проходил по светофорам в одну сторону, и убрали движение с крайних балок, которые практически уже не связаны с центральной диафрагмой", – говорит Фесенко.
Заместитель руководителя ФКУ "Управление федеральных автомобильных дорог "Южный Байкал" Владимир Фесенко показывает один из разрушающихся мостов на федеральной дороге Р258 "Байкал" в Республике Бурятия
Разрушения видны невооруженным глазом: трещины, деревянные подпорки, торчащая арматура. Среднегодовая интенсивность проезда по мосту – шесть тысяч автомобилей, а количество грузового транспорта за пять лет выросло в 2,5 раза.
Мост на федеральной дороге Р258 "Байкал" в Республике Бурятия
"Состояние моста мы мониторим ежемесячно, еженедельно, специальные подрядные организации следят за этим. И они нам сигнализируют, что уже все, пора", – добавляет специалист. "Срочно надо делать ремонт, но, чтобы не остановить движение, прежде чем ремонтировать этот мост, нужно сделать рядом временный для объезда, а для этого – расчистить площадку. Это совсем точечные локальные вещи. Но сегодня законодательство пока не дает подготовку участка сделать, расчистку сделать", – подтверждает глава Бурятии Алексей Цыденов.
ЧИНИТЬ НЕЛЬЗЯ РУБИТЬ
Проектирование четырех мостовых переходов, которые считаются неремонтопригодными, началось в 2019 году, документы прошли экологическую и Главгосэкспертизу. И на подаче пакета в республиканское агентство лесного хозяйства обнаружились юридические коллизии. Оказалось, что часть земельных участков нельзя перевести из лесного фонда в земли транспорта и выполнять даже ограниченную рубку деревьев. Потому что в законодательстве даже точечная рубка байкальского леса называется сплошной. "В нашем случае она именно так называется, потому что для строительства дорог мы вырубаем и крупные деревья, и мелкие, и кустарник, то есть все подряд. Но при этом площадь этой рубки может быть как от четырех квадратных метров, так и до гектара. Иначе дорогу не проложить", – поясняет дорожник Фесенко.
Автомобили на федеральной дороге "Байкал" Р268 в республике Бурятия
Трасса Р-258 "Байкал" имеет стратегическую важность не только для региона, но и для всей страны, через нее осуществляется весь трафик Москва-Владивосток. Других дорог вдоль Байкала нет. И для ее реконструкции тоже нужны временные альтернативы, строительство которых упирается в земли лесного фонда. "И соответственно у нас все движение с запада на восток, с востока на запад находится в зоне риска. Мы в любой момент можем остановиться", – предупреждает глава Бурятии.
Автомобили на федеральной дороге "Байкал" Р268 в республике Бурятия
"Даже для того, чтобы сделать объездную дорогу, мы сегодня, к сожалению, зажаты законодательствами. Мы вышли в 2020 году в Росавтодор и Минтранс и заявили о необходимости поправок в закон", – рассказывает Фесенко. Он добавляет, что этим летом приезжали представители Генпрокуратуры и природоохранной прокуратуры: "По каждому дереву, по месту спрашивали: "Вот здесь чья земля?". Я говорю, это земля лесного фонда, эти кусты срубить не могу. Они прямо замеряли, проверяли, сверяли с "ГЛОНАСС". В результате прокуроры согласились с аргументами дорожных строителей о невозможности работ, что подтверждено документально.
МЫШЬ НЕ ПРОСКОЧИТ
Изначально закон о защите озера Байкал разрешал рубки под строительство дорог и создание инфраструктуры. Проблемы начались в 2007 году с изменением терминологии в Лесном кодексе, когда на смену прежним понятиям пришли новые: "сплошная" и "выборочная рубка". Решить эту проблему помогут поправки, которые были приняты в первом чтении еще в 2023 году, но "застряли" в процедурах согласования на два года, несмотря на поручение президента. Их должны были принять в весеннюю сессию в этом году, однако их пока нет даже в календаре заседаний парламента на октябрь. Авторы поправок предлагают установить ограниченный перечень объектов, при строительстве, реконструкции и эксплуатации которых до конца 2030 года разрешаются перевод земель и ограниченные рубки лесных насаждений. В их число входят и автомобильные дороги. При этом в законопроекте предусмотрено пятикратное восстановление леса: срубили одно дерево – должны посадить пять. В Минприроды РФ уже подчеркнули, что закон об охране Байкала не потеряет своей строгости после внесения изменений.
Глава Республики Бурятия Алексей Цыденов во время интервью на берегу Байкала
"И дожидаться того, когда у нас в один прекрасный момент все движение остановится, не нужно", – уверен глава Бурятии. Его слова подтверждают факты: дороги Бурятии до сих пор существуют в режиме нормативов и скоростей ХХ века, что по нынешним меркам считается небезопасным. Отсутствие обочин и слепые повороты часто становятся причиной аварий. "А с точки зрения экологии никто никогда не задумывается, какой ущерб наносит транспорт, который у нас попадает в аварийную ситуацию, и то горючее, которое из него вытекает", – обращает внимание Фесенко. "Мосты надо ремонтировать. Мне кажется, никто не против этого. Просто это вот такая законодательная норма", – объясняет в свою очередь Цыденов.
Поправки в закон не просто разрешат выделение земель и точечные рубки леса. В них будет прописано, что федеральный заказчик сначала должен будет пройти помимо Главгосэкспертизы еще и обязательную государственную экологическую экспертизу. И строители должны будут не только заявлять о намерении построить мост, а предоставлять перечень конкретных проектов.
Озеро Байкал возле села Турка в Республике Бурятия
Законопроектом предусмотрено создание отдельной комиссии, в состав которой войдут представители правительства Российской Федерации, Государственной Думы, Совета Федерации, администрации президента и Федеральной службы безопасности. "И только эта комиссия принимает решение, какой-то участок земли нужно выделить. То есть никакой местный чиновник, никакое должностное лицо на местном уровне такое решение принять не может. Соответственно, какого-то злоупотребления или махинаций на местном уровне просто невозможно сделать", - добавляет глава республики. "Все открыто и понятно. Мышь там не проскочит", - заключает Фесенко. Законопроект ко второму чтению уже находится в Госдуме, он поддержан правительством и согласован Генпрокуратурой и Российской академией наук.