Ветераны "северных конвоев": мы называли Сталина "дядюшка Иосиф"

Елена Пахомова

Задолго до открытия второго фронта союзнические войска антигитлеровской коалиции отправили в 1941 году из Исландии в Архангельск первый конвой кораблей, который вез в Советский Союз  боевую технику. Состоявший всего из шести торговых судов первый "караван" положил начало отдельной героической борьбе в северных водах. И несмотря на то, что в боях за возможность доставить в СССР самое необходимое погибли тысячи моряков, ветераны "северных конвоев" и сегодня уверены – борьба стоила того и во многом помогла выжить другим сотням тысяч.

"Каждый корабль конвоя уходил в никуда, и каждый раз мы знали, что это будет не напрасно", - так вспоминают события тех дней непосредственные участники конвоев, которые в канун 70-й годовщины со дня начала Второй мировой войны съехались на небольшой порт Лайнесс на шотландских Оркнейских островах, чтобы открыть мемориал в память о своих боевых товарищах, не доживших до окончания войны.

Тысячи человек на маленьких островах

Место для памятника было выбрано не случайно – именно порты Оркнейскких островов сыграли существенную роль в подготовке и отправке "северных конвоев". Теперь недалеко от военного кладбища в Лайнессе два больших оркнейских камня, соединенных вместе, как нос корабля, смотрят в почти пустую бухту Скапа-Флоу, в которой виднеются лишь небольшие грузовые и пассажирские катера и паромы.

"Это удивительно смотреть на бухту сейчас, - рассказал РИА Новости ветеран, шотландец Сэнди Мэнсон. - Здесь сейчас так пусто, а тогда бухта была полна судов. Конвои формировались прямо здесь и кораблей было так много, что невидно было воды".

Кроме того, по его воспоминаниям, на небольших островах вокруг бухты, где сейчас не часто встретишь легковую машину,  базировалось 10 тысяч человек, которые помогали кораблям отправляться.

"Это только на первых этапах потери были небольшие. Гитлер не придал сразу большого значения конвоям, не считал их опасными для себя, а когда понял, что с ними надо покончить, атаки стали невыносимыми. Поэтому здесь все работало на конвои – на их вооружение и снабжение", - добавил Мэнсон.

Другой ветеран – непосредственный участник конвоев норвежец Томас Фьелль – приехал специально  на открытие мемориала из Норвегии. Сейчас, хотя он помнит каждый день войны, как будто не прошло с тех пор несколько десятилетий, Фьелль не может даже сказать, сколько раз он возил в СССР ценные грузы, продовольствие, боевую технику и диппочту.

"Я участвовал в конвоях с самого начала. Мы ходили в Архангельск и Мурманск не переставая, из года в год, я не пробовал даже считать, сколько раз. Постоянно, один за другим", - рассказал ветеран.

Корабли тогда, вспоминает он, были везде – из бухты Скапа-Флоу отправлялись огромные конвои, иногда наскоро вооруженные.
"Отсюда уходил конвой в 150 кораблей. Все 150 были торговыми, их сопровождало лишь несколько военных судов. Оружие выдавали обычным торговым судам и здесь же учили пользоваться", - рассказал Фьелль.

Мы называли его "дядюшка Иосиф"

Каждый из них попал в состав конвоев случайно – Фьелль был в составе норвежского сопротивления и в начале войны перебрался в Великобританию из оккупированной Норвегии, вдоль которой и ходили конвои в непосредственной близости от немецких боевых кораблей. Мэнсон, попав в начале войны служить на флот, был направлен на корабль, следовавший в советские северные порты.

Шотландец признается, что пошел на конвои не "по глубокому убеждению", у него тогда просто не было выбора. Но оба удивленно поднимают глаза на вопрос, не была ли помощь Советскому Союзу вынужденной и не считали ли они тогда Сталин лишь меньшим злом, чем Гитлера.

"Никогда у нас не было отношения к советской России как к врагу, Великобритания всегда видела в Сталине союзника, и с каждым месяцем войны это чувство укреплялось", - сказал норвежский ветеран.

"Какой страх? Какие опасения? Ничего подобного никогда не было, - вспоминает Мэнсон. - Я не помню ни одного дурного слова о России, а Сталина на корабле мы называли просто "дядюшка Иосиф", честное слово, так оно и было".

Открытие мемориала для каждого из ветеранов – большое событие, признание того, насколько важны были их усилия и ужасы войны, которые они, как и каждый, кто еще видел те сражения собственными глазами, будут помнить всегда.

"Это было так опасно. С тех пор не прошло дня, чтобы я не вспоминал, как мы выходили в море, как плыли в Мурманск и Архангельск, как все это было. Я помню об этом ежедневно и не хочу, чтобы вы забывали", - говорит Мэнсон.

Теперь, почти 70 лет спустя, на его родной земле появился памятник его боевым товарищам. И он искренне надеется, что это поможет сохранить память о тех, "кто никогда за время войны не нападал, кто только оборонялся".

"Дай Бог, чтобы мы с вами встретились здесь снова, на годовщину мемориала", - сказал ветеран.