Южная Осетия: Евросоюз и Германия хотят интернационализировать урегулирование конфликта

Профессор Ханс-Хеннинг Шрёдер, специально для РИА Новости

Федеральный канцлер Ангела Меркель попыталась сохранить свою посредническую позицию. Для нее было важным показать, что от России ожидается готовность поставить урегулирование конфликта в международный контекст. Именно поэтому она не подвергала лично Саакашвили слишком сильной критике. Ее намерение заключалось в том, чтобы Германия и ЕС, в отличие от США, которые тем временем стали одним из участников конфликта, сохранили как свою посредническую роль, так и способность быть собеседником для всех сторон.

В настоящий момент, прежде всего, у нас есть согласованные «шесть пунктов». Однако это всего лишь подготовка к заключению перемирия. Это не есть соглашение о мирном урегулировании конфликта и это, тем более, никакое не решение вопроса о статусе соответствующих регионов. До сих пор нам не удалось запустить процесс, который дал бы нам возможность попытаться прийти к истинному урегулированию конфликта. Но этого можно было бы достичь в международном контексте. Германия и ЕС как раз и стремятся к такой «интернационализации».

Я исхожу из того, что Россия будет придерживаться «плана из шести пунктов» и выведет свои войска. Вопрос, однако, заключается в том, как действовать дальше, после того, как конфликтующие стороны, так сказать, разойдутся по своим углам ринга, как обеспечить длительный мир и урегулировать конфликт. Федеральный канцлер, правда, сказала о том, что территориальная целостность Грузии должна быть сохранена, однако я исхожу из того, что как она, так и ее сотрудники прекрасно знают, что абхазы и осетины не готовы оставаться в составе грузинского государства.

Здесь я вижу четкое соответствие с косовской проблемой. Косовары не пожелали оставаться в составе сербского государства, и этот вопрос был решен при помощи одностороннего провозглашения независимости анклава. Это решение не было удачным и чистым с точки зрения международного права. На Кавказе, по моему мнению, в целом создалась похожая ситуация. Мы имеем этническую группу, которая стремится получить автономный, а может быть и независимый государственный статус, и покинуть общее с грузинами государство.

Я не думаю, что нам теперь угрожает новая холодная война, о чем, к сожалению, слишком часто в настоящий момент говорится в наших СМИ, причем никто при этом не дает себе труда поразмыслить над значением самого этого понятия. Холодная война означает ведь противостояние двух блоков, которые примерно равны в том, что касается военной силы и которые угрожают при помощи этой силы друг другу. В настоящее время об этом не может быть и речи. Россия находится вне каких-либо союзов и ей еще предстоит отыскать свое место среди мощных индустриальных игроков Европы и Восточной Азии.

В долгосрочной перспективе Россия и ЕС должны развивать между собой конструктивные отношения. Этот процесс, к сожалению, в настоящее время нарушен, и мы должны снова перевести его на конструктивные рельсы с тем, чтобы прийти к разумному сотрудничеству. Ведь нам предстоит еще решить такие важные вопросы, которые касаются создания европейской архитектуры безопасности и подписания нового партнерского соглашения между Россией и ЕС. Мы должны подумать над тем, как нам обустроить добрососедские отношения между ЕС и Россией. Решить все эти вопросы в следующие полгода после шока кавказской войны будет нелегко. Однако иного пути у нас нет.

Проф. др. Ханс-Хеннинг Шрёдер - руководитель исследовательской группы Россия/СНГ в рамках авторитетного германского «Фонда науки и политики».

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции