Куратор Стеделика: музей без стен - это и сложно, и интересно

Амстердамский Стеделик (Городской музей) владеет одной из лучших в мире коллекций искусства ХХ-ХХI веков. С 2003 года там идет масштабная реконструкция. Зачем она нужна и как живется классическому музею без собственного дома, рассказал РИА Новости куратор Мартин фон Ньювенхайзен. Беседовала Светлана Янкина.

- Ради чего была затеяна столь масштабная реконструкция?

 Фото: Стеделик-музей в Амстердаме

Стеделик-музей в Амстердаме откроется после реконструкции в 2012 году

- У нас довольно старое здание - 1895 года постройки, над которым никогда не проводилась серьезная работа. К началу ХХI века оно уже не отвечало нашим потребностям ни по показу коллекции, ни по приему посетителей – и, главное, в нем не было климатической системы. В результате мы получим современное здание с трансформирующимися залами для показа произведений искусства и дизайна.

- Что происходит на стройке сейчас?

- Работы по реконструкции исторического здания практически завершены, все климатическое оборудование убрано под обшивку стен, из-за чего помещения сделались немного меньше. Но их стены стали белыми, что оптически расширяет пространство. Система климат-контроля, кроме одного зала, пока не работает. Она общая с новым крылом, которое пока строится, поэтому запуск произойдет одновременно.

- А что происходит с новым зданием? 

- Оно практически закончено - это такая футуристического вида пристройка в виде стоящей на Музейной площади огромной белой ванны, которая соединяется с музеем на уровне второго этажа.

- Что будет внутри "ванны"?

- В новую часть переместится все, что связано с приемом и развлечением посетителей, там же будет устроен главный вход в "Стеделик". Это будет некое неформальное пространство, с необычным рестораном, прекрасным видом на площадь, книжным магазином и библиотекой, а также с огромным, в 1100 квадратных метров, подземным выставочным пространством. В будущем площади, которые заняты под общественные нужды в старом здании, освободятся и станут выставочными залами.

- Уже решено, как будет выглядеть новая постоянная экспозиция, где она разместится?

© Фото: Stedelijk Museum Amsterdam

Интерьер нового музея Stedelijk Museum Amsterdam

- Как раз это сейчас находится в процессе обсуждения. С января 2010 года у "Стеделика" новый директор - Энн Гольдштейн (до этого 25 лет она работала в лос-анджелесском Музее современного искусства), и мы пока не знаем, какую именно программу она предложит. У нее много идей; вполне вероятно, что для дальнейшего развития будет выбран другой тип музея, менее традиционный, чем предыдущий. Нам самим интересно, что получится.

- С чем была связана смена руководства?

- Ничего экстраординарного: прежний директор вышел на пенсию. 

- В отсутствие постоянного места вы все эти годы придумываете какие-то специальные программы.

- Да, и их было достаточно много. Мы постоянно приспосабливались к бездомному положению. Например, когда наше здание только закрылось на реконструкцию, в 2003 году, почти пять лет мы проводили выставки в здании бывшего почтового отделения рядом с вокзалом - туда пришло порядка миллиона зрителей. Потом мы придумали проект "Стеделик идет в город" и делали экспозиции и разные проекты по всему городу. Также активно развивалось в эти годы наше пространство SMBA - такая лаборатория, где рождается история голландского современного искусства.

- Сложно ли музею без стен?

- И сложно, и интересно. Надо, чтобы люди, пока идет реконструкция, не забывали о музее, чтобы был постоянный контакт с публикой. Мы хотим показать, что музей - это не только стены. Мы считаем своим долгом принимать участие в разных виртуальных проектах, обарзовательных программах, взаимодействуем с различными арт-объединениями, с людьми, которые занимаются другими видами искусства - например, музыкой, драматургией. С публикой у нас идет очень активная работа.

- Были ли подобные примеры в мировой музейной практике?

- Пожалуй что нет. В любом случае, мы - самые активные. Разве что ваш "Гараж" - хотя это и не музей, как "Стеделик", но вскоре он окажется в ситуации смены площадки. И в этом смысле обмен опытом был бы совсем не лишним, но пока я только прочел там лекцию, совместных проектов у нас не планируется.

- Что "Стеделик" делает сейчас?  

- Как только это стало хоть сколько-то возможно, мы сразу вернулись к себе. Пока историческое здание не доведено до конца, мы делаем там проекты "Временный Стеделик". Первый работал с августа 2010 года до января нынешнего, с марта запущен "Временный Стеделик-2".

- Что это за проект?

© Фото: Stedelijk Museum Amsterdam

Инсталляция Дэна Флавина в Stedelijk Museum Amsterdam

- Он включает в себя, в частности, выставку "Создавая истории". Это не просто показ ключевых произведений из нашей коллекции, это динамичный проект, который и отражает прошлое и, как нам видится, дает задел на будущее. В так называемом "Зале славы" мы показываем Малевича, Матисса и Мондриана, а также Виллема де Кунинга, Брюса Наумана, Ива Кляйна, Дональда Джадда. Идея в том, что мы не хотим заполнять все экспонатами, а оставляем свободное пространство, чтобы можно было видеть архитектуру. В дальнейшем мы будем строить свои проекты таким же образом, чтобы обыгрывать историю здания, его архитектурные особенности. Также мы делаем реплики старых успешных выставок.

- Как долго он будет работать "Временный Стеделик-2"?

- Мы предполагаем, что до июня, но пока однозначно сказать сложно. Это зависит от того, насколько быстро закончат новое здание - работы там сейчас в самом разгаре. Мы рассчитываем, что все будет завершено через 10 месяцев, но это пока не точно. Потом еще пара месяцев потребуется, чтобы довести здание до ума, все отладить. Если все пойдет по плану, то мы вряд ли будем затевать третью часть - временной зазор слишком мал.

- Кто финансирует деятельность музея и его реконструкцию? 

- Реконструкция происходит, преимущественно, за счет городского бюджета — им покрывается 80-90 процентов расходов. А на свою деятельность мы пытаемся заработать сами. В 2006 году "Стеделик" был приватизирован, образовался "Фонд музея Стеделик". Это значит, что теперь музей - не муниципальная организация, а независимая. И здание, и коллекция по-прежнему принадлежат городу, но у нас появилось больше возможностей вести хозяйственную деятельность и самостоятельно изыскивать средства, привлекая поток частного капитала и придумывая разные программы для горожан. Это гораздо интереснее, чем постоянно что-то просить у властей.